— Отдел по злоупотреблению магией темных, — уточнила я.
— Да-да, конечно, простите неграмотную, вечно что-нибудь напутаю, — пробормотала она.
— Все в порядке, — поспешила заверить я, видя, что служанка приняла мое уточнение уж очень серьезно. — Вы что-то хотели мне сказать?
Женщина решительно кивнула.
— Давайте присядем, — предложила я.
Служанка вела себя настолько робко, что я сама повела ее к ближайшему дивану. Мы сели, причем она осторожно опустилась на самый краешек.
— Как вас зовут? — успокаивающим тоном спросила я.
Первое правило опроса свидетелей простого происхождения — дать человеку понять, что не смотришь на него свысока и не собираешься ежеминутно грозить тюремной камерой. Увы, поведение некоторых стражей создает в сознании людей предубеждение, с которым впоследствии бывает непросто бороться. Потому-то мы с ребятами и не брезгуем прямо в служебной форме выпить в дешевом трактире или, присев на ступеньку, поболтать за жизнь с пьяными гончарами с Рябинной улицы. Зато потом свидетели из неблагополучных районов от нас не шарахаются.
Но аристократия — другое дело. Эти сами до нас не снисходят. Да и с другими обитателями таких вот богатых районов, то бишь слугами, нам пересекаться особенно негде. Хорошо, что эта женщина решилась заговорить — многие предпочли бы держать свои мысли при себе.
— Белла, — ответила она, скромно улыбнувшись.
— А я — Тиана, — улыбнулась в ответ я, благоразумно оставив сержанта Рейс для другого случая. — Итак, Белла, что вы хотели мне рассказать?
Женщина так дрожала от волнения, что, находись мы в участке, я бы первым делом предложила ей воды. Но предлагать подобное в доме, где она работает служанкой, было бы перебором, так что я просто терпеливо ждала ответа.
— Не верьте в самоубийство, — предварительно оглядевшись, умоляюще сказала Белла. — Не могла госпожа покончить с собой. Раз не случайное несчастье, значит, убили.
— Почему вы так думаете?
Вытаскивать блокнот и делать записи я не стала. Во-первых, в этом случае данная конкретная свидетельница точно испугается и замолчит. Во-вторых, давно заметила, что люди вообще больше раскрываются, когда разговор ведется как бы неофициально, без протокола. И в-третьих, на память я не жалуюсь, поэтому и сама предпочитаю сосредоточиться на рассказе и не отвлекаться на записи.
— Я знаю госпожу. То есть знала, — грустно поправилась служанка. — Да и не было у нее причин для самоубийства.
— Насколько я поняла, после смерти отца она пребывала в крайне подавленном состоянии духа?
Белла впервые позволила себе хоть как-то проявить характер: раздраженно поморщилась и передернула плечами.
— Любой нормальный ребенок переживает, когда боги забирают его родителя, — заметила она. — Сильно переживает. Но многие ли из-за этого лишают себя жизни? А других бед у госпожи не было.
Я задумалась. С одной стороны, слова служанки были интересны. С другой — кто их, самоубийц, разберет. Порой и причины, и выбранное средство бывают столь странными, что, сколько ни бьешься, понять психологию покончившего с собой (или совершившего такую попытку) не удается.
— Может быть, несчастная любовь? — высказала одно из простейших предположений я.
Служанка слабо усмехнулась.
— С ее-то приданым? Да еще и после того, как она стала сама себе госпожой?
Да, маловероятно. Хотя и не так чтобы невозможно.
— Да и не было у нее никого, — продолжала Белла. — Я бы знала.
— Вы имеете в виду, что она бы вам рассказала? — с долей скептицизма уточнила я.
— Даже если бы не рассказала, уж я была бы в курсе, поверьте, — улыбнулась Белла.
Ну что ж, пожалуй, верю.
— Хорошо, а что в таком случае, вы думаете, произошло? — приступила к следующему этапу расспросов я. — И еще: почему вы все время оглядываетесь? Вас кто-то запугал? Запретил разговаривать со стражами?
— Нет, — покачала головой Белла. — Просто боюсь, скажут, что лезу не в свое дело. Оно, может, и правильно, но не могу промолчать после того, что случилось. Понимаете, если люди правду говорят и госпожа действительно сама под карету бросилась, значит, точно темный маг постарался.
— Пока в пользу этой версии нет никаких весомых аргументов, — призналась я.
— Откуда бы им взяться? — со вздохом отозвалась служанка. — Еще бабушка моя говорила: темная магия — она как вода. То прозрачная, то мутная и такие глубинные тайны хранит, до которых ни одному человеку не добраться.
Я одобрительно хмыкнула. Неплохое сравнение, не столько даже для темной магии самой по себе, сколько для предмета ее воздействия. Вода и мозг. Водные глубины и глубины сознания.
— Ну хорошо, а как вы считаете, кто мог быть заинтересован в смерти госпожи Веллореск?
Служанка заметно напряглась и, с трудом разомкнув сжатые губы, почти неслышно проговорила:
— Не знаю…
— Давайте так: каково финансовое положение ее младших братьев?
— Сказать по правде, трудно судить, — призналась Белла. — Вообще-то оба они при отце не бедствовали и при госпоже тоже бедствовать бы не стали. Отказывать от дома она никому не собиралась, да и кое-какое наследство каждый из них от отца тоже получил. Беда в том, что деньги у обоих уходят, и порой очень быстро.
На сей раз Белла сжала губы не напряженно, а скорее неодобрительно.
— Можете сказать, куда конкретно? — заинтересовалась я.
— Дункан их во всякие проекты вкладывает, сомнительного характера, — в очередной раз оглядевшись, начала рассказывать служанка. — Исследования какие-то поддерживает. Бывает так, что большая сумма вся пропадает. Бывает, что, наоборот, по прошествии времени возвращается с прибылью — это если изобретение какое полезное получилось. Но в целом для семейного бюджета пользы мало, и покойный господин Веллореск часто недовольство выражал.
— А младший сын что? — поинтересовалась я, мысленно сделав отметку: надо бы выяснить, изобретения какого рода так сильно интересуют Дункана, что тот готов ради них жертвовать своими материальными интересами.
— А с младшим все просто: игрок он, — совсем уж неодобрительно ответила Белла. — Когда проиграет, когда выиграет. И скрытничает при этом.
— То есть как у него обстоят дела непосредственно сейчас, вы с уверенностью сказать не можете?
— Не могу, — виновато подтвердила служанка.
— Стало быть, не исключено, что он сильно проигрался? Даже настолько, что влез в долги?
— Не исключено.
Белла вновь ответила моими собственными словами.
— Хорошо, — я задумчиво покивала. — Спасибо, Белла. Обещаю, что досконально проверю версию злоупотребления темной магией. Если появятся дополнительные вопросы, я вас разыщу.
