Кверт поперхнулся и, заметно побледнев, замолчал.
— Идем! — велела я, все еще учащенно дыша от злости. — В участок! Излагать свою позицию будешь там.
— Как вы могли поступить подобным образом? — рвал и метал капитан Уилфорт. — Вы понимаете, что нарушили закон? Вы, страж, нарушили закон! Вы не имели права угрожать арестованному оружием! Не имели права направлять на него снятый с предохранителя арбалет!
— При определенных обстоятельствах мы имеем право на подобные меры.
Я отлично понимала, что оправдания не помогут: не захочет Уилфорт прислушаться к моим аргументам, да и нарушение действительно имело место. Но не отмалчиваться же. Тем более что я не считала себя виноватой. С моей точки зрения, капитан концентрировался на букве закона, забывая при этом о его подлинной сути — защите добропорядочных подданных. Я же, со своей стороны, действовала именно с такой целью, хотя, возможно, и нарушила некое предписание.
— Но не при таких обстоятельствах! — рявкнул Уилфорт. — Только в случае угрозы для жизни!
— Именно такой случай и имел место, — заявила я.
— Не смешите меня, — утомленно отмахнулся капитан. — К тому моменту вы надели на него наручники. Или, может быть, он пытался вас загрызть?
— Он рекламировал свою деятельность перед детьми, — в очередной раз повторила я, пропустив шпильку. — Это вполне можно интерпретировать как угрозу их жизням. В долгосрочной перспективе.
— Интерпретировать? — сердито фыркнул Уилфорт. — Может быть, вам стоит служить не в страже, а в суде? Подобные игры с формулировками любят именно там. А здесь работа несколько иная.
— Я отлично знаю, какая здесь работа! — начала закипать я. — И в первую очередь моя работа заключается в том, чтобы уберечь горожан, особенно детей, от преступников вроде Кверта! Я занималась своим прямым делом!
— Из рук вон плохо занимались, — отрезало начальство. — Вы нарушили закон и дали арестованному возможность предъявлять нам претензии вместо того, чтобы отвечать на обвинения с нашей стороны.
Меня вдруг осенила страшная догадка. Подозреваю, что я даже изменилась в лице.
— Вы что, его отпустили?! — воскликнула я, начисто забыв, что передо мной — новое и малознакомое начальство, которое запросто может в любую секунду выбросить меня на улицу. Не то чтобы даже я об этом забыла, скорее, мне просто было в тот момент наплевать. — Я его обнаружила, поймала на горячем, арестовала, чтобы он не имел возможности гробить человеческие жизни, а вы просто взяли — и отпустили?!
Конечно, я с самого начала понимала, что, возможно, доказать вину Кверта не удастся. В том, чем он занимается, сомнений ни у кого не возникнет, но вот о законности этого занятия, увы, действительно можно было спорить. Однако я рассчитывала, что дело по меньшей мере дойдет до суда — а там уже, конечно, как повезет. Многое зависело от адекватности судьи. Но чтобы арестованного выпустили из-под стражи уже сейчас, только из-за того, что он предъявил свои собственные обвинения, — смириться с этим было выше моих сил.
— Сержант Рейс! — рявкнул Уилфорт, как следует разозлившись. Последнее явственно следовало не столько даже из его тона, сколько из выражения лица. — Во-первых, я не отпускал арестованного и не собираюсь этого делать. В моем представлении Остин Кверт виновен в не меньшей степени, чем любой торговец ринаином, и я позабочусь о том, чтобы наказание он получил соответствующее. Во-вторых, как вы позволяете себе разговаривать со старшим по званию, тем более вашим непосредственным начальством?
Он стоял, опираясь обеими руками о высокий стол, чуть наклонившись вперед, в мою сторону, и сверлил меня гневным взглядом.
— Приступив к работе в этом отделе, я с самого начала был неприятно удивлен распущенностью сотрудников и отсутствием дисциплины! — продолжал Уилфорт. — Вы осознаете, сержант, что, несмотря на специфику поставленных перед вами задач, городская стража принадлежит к воинским частям королевства? А, следовательно, и требования к дисциплине здесь те же самые, равно как и спектр наказаний? Не будь вы женщиной, для первого раза уже получили бы двадцать отжиманий.
Ну что ж, господин капитан, вы сами напросились. Терпеть не могу, когда меня выделяют из команды стражей по половому признаку. Опять же и в плане физической формы причин жаловаться у меня нет. Я занимаюсь каждый день. К тому же попробуйте иметь слабые руки после того, как на протяжении нескольких лет изо дня в день тягали ведра с водой от колодца до дома.
С огромным трудом сдержав ухмылку при взгляде на капитана, я нарочито медленно стянула с себя камзол.
— Сержант Рейс?
На сей раз голос Уилфорта прозвучал удивленно.
Я не отреагировала. Повесила камзол на спинку стула и расстегнула верхнюю пуговицу белой рубашки.
— Сержант, что вы делаете?
Думаю, капитан решил, что я собралась задобрить его тем самым способом, который так горячо рекомендовала Эльза. Я предоставила ему еще пару секунд пребывать в этом заблуждении, а затем, расстегнув всего две пуговицы, по-солдатски рявкнула:
— Разрешите приступить?
От неожиданности Уилфорт поморщился и даже приложил руку к уху, так громко прозвучали мои слова.
— К чему приступить? — растерянно и одновременно сердито спросил он.
Отвечать я не стала. Просто отошла на шаг, туда, где получала достаточно места для маневра, упала на пол и принялась отжиматься, вслух считая: «Один. Два. Три…»
— Что за…
Дальнейших слов Уилфорт, видимо, не нашел. А я продолжала, нисколько не напрягаясь и жалея лишь о том, что отжиманий всего двадцать и потому в скором времени они закончатся. Некоторую пикантность ситуации придавал тот факт, что сегодня на мне были не брюки, а юбка.
— Что здесь происходит?!
Этот грозный голос капитану не принадлежал. Не знаю, с какой именно целью зашел в кабинет Уилфорта полковник Михаэль Ленн, но появился он в чрезвычайно удачный момент.
— Прохожу наказание согласно приказу господина капитана! — отрапортовала я, застыв, приподнявшись на руках.
После чего продолжила отжиматься.
— Тринадцать. Четырнадцать.
— Отставить! — приказал Дедушка.
Я послушно вскочила на ноги. Ленн повернулся к Уилфорту.
— Как это понимать, капитан?
— Господин полковник, я не…
Уилфорт выглядел растерянно.
— Мы не в армии, — перебил его Ленн. — Кроме того, у нас не принято, чтобы подчиненные отбывали наказание в кабинете у начальника, да еще и один на один. Впредь потрудитесь наказывать провинившихся другим способом. Это понятно?
