— Уж извини, — развела руками я. — Однако мне казалось, что вы не возражаете против добросовестной работы стражей. Раньше, во всяком случае, вы на нее не жаловались.
Регулярно посещать это место я стала после того, как мы повязали одного темного с садистскими наклонностями, использовавшего девушек из борделя для своих экспериментов. С тех пор отношения у нас с Эльзой были вполне приятельские, так что сейчас она ныла все больше для проформы.
— Ладно, давай рассказывай, — решила не раздувать конфликт я. — Были какие-нибудь неприятности? Нападения, поножовщина, избиения, поджоги?
— Да ничего такого, — отмахнулась Эльза. — У меня заведение пристойное. Ну, пяток пьяных драк за все это время — сама понимаешь, не в счет. Своими силами справились, охрана имеется.
— Наркотики? — продолжила расспросы я.
Эльза скривилась:
— Ты же знаешь — я этого терпеть не могу. С месяц назад одна девица притащила сюда какую-то гадость. Так я ее сразу выставила за дверь.
— Суровая ты, — хмыкнула я.
— У меня не забалуешь, — подтвердила хозяйка.
— Незаконное использование магии? — я перешла к наиболее интересующему меня вопросу. — Что-нибудь подозрительное или просто странное?
— Странное — не знаю, я в силу профессии уже давно ничему не удивляюсь, — усмехнулась Эльза. — Но ничего такого, на что ты намекаешь, не было. Уж поверь мне, я после прошлого раза не пропущу. Сама бы к вам человека послала.
Причин для недоверия у меня не было. А жаль. Допрос с пристрастием на два-три часика основательно оттянул бы время возращения в участок.
— Может, еще что-нибудь расскажешь? — жалобно спросила я.
— Что например? — не поняла Эльза.
— Все, что угодно, — я подняла на нее заискивающий взгляд. — Сплетни, слухи. Анекдот какой-нибудь свежий. Можно неприличный. Можно два раза.
Эльза прищурилась, понимая, что в моем вопросе что-то нечисто, и намеренная разобраться, что именно. Но тут я полностью перестала обращать на нее внимание, вскочила с места и обежала комнату, вертя головой. Словом, со стороны выглядела, мягко говоря, странно. И, наверное, совсем не похоже на гончую, взявшую след. Хотя последнее было куда ближе к моему внутреннему состоянию. Затем я вернулась к креслу, подхватила сумку и вытащила из нее прозрачную прямоугольную пластину, после чего продолжила кружить по комнате, держа ее в вытянутых руках. Наконец остановилась, направив пластину на потолок. Направление было выбрано верно. Подтверждением тому явилась диаграмма, которая стала постепенно проявляться на аппарате, слева направо, словно ее рисовал невидимым карандашом невидимый художник.
Эту пластину мы называли «зеркалом», и она отображала энергетические колебания, вызываемые применением темной магии. Для получения такого изображения было необходимо, во-первых, находиться поблизости от места применения магии и, во-вторых, направить пластину непосредственно на источник, чтобы она могла «отразить» колебания.
Использование темной магии я почувствовала. Любой темный (как и некоторые светлые) может развить такое чутье, хотя над этим надо много и методично работать. Стражам темного отдела такие навыки, разумеется, необходимы. На открытом пространстве или в многолюдном помещении эта способность мало чего стоит. Энергетических колебаний настолько много (как магических, так и эмоциональных, атмосферных и прочих), что различить на их фоне нужное практически невозможно — если, конечно, не знаешь заранее, что и где искать. А вот сейчас, в полупустом доме мое чутье сработало моментально.
Я сосредоточила внимание на пластине. Кривая пересекла ее и достигла изображения правого полушария мозга, указывая на определенный участок. Именно на этот участок воздействовал тот, кто использовал в данный момент магию. Навскидку я не могла определить, за что именно он отвечает, но не сомневалась, что наши эксперты быстро справятся с задачей. Да и сама я смогу разобраться, если мне дадут спокойно посидеть с пластиной и парой книг.
— Эльза! — возмутилась я, обличающе направляя на хозяйку борделя руку, в которой сжимала пластину. — Тебе не совестно? Ты говорила — никакой магии, а это в таком случае что? В комнате наверху непосредственно сейчас работает темный маг. — Мои глаза округлились. — Степень воздействия растет! А ну-ка идем туда немедленно!
Но Эльза осталась расслабленно сидеть в кресле.
— Не стоит, — рассмеялась она. — В комнате наверху тебе точно не будут рады. Да сядь, я все тебе объясню.
Я была недовольна, но все-таки села.
— Там наша новая девочка работает, — объяснила Эльза. — Мы ее называем «Невинная Зои». Талант. Пользуется необыкновенной популярностью.
— Невинная? — невольно заинтересовалась я. — Это в каком смысле?
В моем представлении невинность как-то плохо сочеталась с популярностью в борделе.
— В том самом, — с довольной усмешкой заверила хозяйка. — В том самом. Ты, Тиана, спрашивала о незаконном применении магии. А там все законно, я бы даже сказала, прилично. И с согласия клиента.
— Тогда при чем тут магия? — спросила я, успокаиваясь.
— Зои — темная, — по-прежнему улыбаясь, сказала Эльза. — И она умеет воздействовать на ту часть мозга, которая отвечает… сама понимаешь, за что. Так вот, к ней приходит клиент. Она сидит в кресле, одетая — вполне, кстати сказать, скромно. Никаких корсетов с чулочками. Закрытое платье, белый воротничок. Клиент приходит и садится напротив. Или ложится, это уж как он сам предпочтет. И она, без единого движения, начинает воздействовать на его мозг. Эффект — тот же, как если бы он кувыркался с женщиной. Растущее возбуждение, гамма чувств — и полноценный результат. Не поверишь, к ней ходят чаще, чем к остальным. Нет, я не думаю, что магия в конечном итоге заменит настоящие женские ласки. Но любопытство — великая вещь, в нашем деле далеко не последняя.
Я смотрела на нее, раскрыв рот. Никогда не слышала о подобном применении темной магии. Впрочем, новые способности открываются постоянно, и всегда находятся самородки, которые изобретают оригинальные способы их применения.
— Хочешь пойти и посмотреть? — хитро ухмыльнулась Эльза. — Вообще-то у нас подглядывание не в ходу, но тут уж очень оригинальное зрелище.
— Нет, спасибо, — я с отвращением поморщилась. — По-моему, на работу любой другой из ваших девочек я посмотрела бы с большим удовольствием. А тут… Есть в этом что-то противоестественное.
— Но не противозаконное, — торжественно отметила Эльза.
С противоестественным спорить она, кстати сказать, не стала.
Я, со своей стороны, вынуждена была признать, что противозаконного ничего нет. Темная магия, как и светлая, сама по себе не запрещена. А тут все по взаимному согласию и никакого вреда подвергающемуся воздействию.
