В свое время они планировали завести троих детей. Они оба были согласны на троих. Три. У Лейна не было братьев и сестер, он всегда хотел брата и еще одного брата или сестру, наблюдая за Рок с ее братом. У Рокки был брат, и она любила его так, что была бы счастлива иметь еще одного брата или сестру, ей было все равно кого именно. Семья значила для нее все, чем больше семья, тем лучше. Поэтому они решили, что у них будет трое, определенно трое.
У него было двое.
У Рокки детей не было.
Рокки вышла из ванной с кружкой кофе в руках, ее волосы были собраны в пучок на затылке, и на ней был темно-зеленый комплект нижнего белья, атласный с намеком на темно-серые кружева. Лейн уже стал разбираться в том, что это означало, сегодня она надет что-нибудь в зеленой гамме. У Рокки было много нижнего белья разных цветов, она подбирала его в тон к своим нарядам. Это тоже было ново, и это тоже нравилось Лейну. Ему нравилось это, потому что, даже не видя ее платья, он мог запросто предположить, что было надето на ней под одеждой.
И ему это тоже очень нравилось.
— Детка, иди сюда, — позвал он, и она посмотрела в его сторону.
— Мне нужно идти на работу, милый.
— Иди сюда, — повторил он, она остановилась в дверях своей гардеробной, секунду смотрела на него, потом подошла.
Когда она подошла ближе, Лейн изогнулся, схватил ее за запястье, другой рукой забрав кружку кофе. Он поставил кружку на тумбочку, затем потянул ее за запястье, Рокки упала на него всем телом.
— Лейн!
Его руки обвились вокруг нее, поймав в ловушку.
— Мне нужно на работу, — повторила она.
— Я знаю, но я должен спросить тебя кое о чем.
Она перестала сопротивляться, внимательно глядя ему в лицо.
Затем прошептала:
— О чем?
— Ты хочешь детей? — прямо спросил Лейн.
Она вздрогнула, затем спросила:
— Что? — на этот раз с придыханием.
— Ты хочешь детей?
— Я... эм... — она запнулась, ее глаза скользнули на подушку рядом с его головой.
— Смотри на меня, Рок, — приказал он, и ее глаза метнулись к нему.
— Да, — ответила она, это одно слово было быстрым, вымученным и откровенно испуганным. Он понял это, потому что она едва прошептала «да», прежде чем все ее тело напряглось.
Он ухмыльнулся и прошептал в ответ:
— Хорошо, детка, сколько ты хочешь? Двое, трое?
Она неподвижно смотрела ему в глаза, глаза заблестели, ноздри затрепетали. Кажется, она собиралась заплакать и, чтобы дать ему отпор, проявляла сдержанность.
— Что? — прошептала она в ответ. — Ты решил вырастить целую армию?
Лейн рассмеялся, перевернул ее на спину, лег на нее и уткнулся лицом ей в шею.
— Ты не ответила, — пробубнил он ей в шею.
— Лейн, ты испортишь мне прическу.
Он поднял голову.
— Свитчикс, ответь на мой вопрос.
Она уставилась на него, он заметил ее счастливый взгляд, и у него сдавило грудь от ее сверкающих глаз.
— Одного, если будет мальчик. Если девочка, то две, с надеждой завести еще одну девочку.
— А мальчика еще одного?
— Нет.
Брови Лейна поползли вверх.
— Тебе не нравятся мальчики?
— Одежда для маленьких мальчиков не такая милая, как одежда для маленьких девочек.
Лейн уставился на нее и увидел, что она говорит вполне серьезно, основываясь на одежде для маленьких, чтобы иметь ребенка определенного пола.
Затем он пробормотал:
— Господи.
— Что? — защищаясь спросила Рокки.
— Девочки означают, что у меня будет постоянная головная боль, как у Кэла, я должен буду каждую ночь молиться, чтобы они встретили такого парня, как Джас, когда этот парень, как Джас, в них влюбится. С мальчиками все проще — даешь презерватив и все.
Ее тело замкнуло под ним, и она рявкнула:
— Лейн!
— Но, это правда.
— Мальчики означают, что мне останется только надеяться, что они не пойдут по стопам их крутого папаши и не захотят карьеры, где спят с пистолетом под подушкой.
Он ухмыльнулся.
— Ты заметила?
— Трудно не заметить, когда я каждое утро кладу на твой пистолет под подушку пижаму, Лейн.
Его голос смягчился, он заверил ее:
— Это всего лишь мера предосторожности.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Предосторожности против кого? Твоих врагов или разозленных отцов девиц до Киры, с которыми встречался Джаспер?
Он снова ухмыльнулся.
— И это ты тоже заметила?
— Дети в школе любят трепаться, и, кстати, это вторая причина, почему никаких мальчиков.
— Почему?
— Сколько еще причин тебе нужно? — спросила она.
— Двенадцать, — ответил он.
— Девочка... — Она остановилась, ее глаза расфокусировались, тело напряглось, когда снова заговорила. — Девочку я смогу научить всему, смогу рассказать ей многое, направить ее по жизни, объяснить то, что может произойти у нее в жизни. — Ее глаза сфокусировались, тело расслабилось под его взглядом. — Девочке я смогу дать все то, что не смогла дать мне мама, так как у нее отняли этот шанс.
— Тогда будут девочки, — мгновенно прошептал Лейн, заметив, как Рокки моргнула, лицо стало сначала испуганным, потом появилось удивление, но и оно исчезло, отобразилась надежда, и она улыбнулась.
— Гарантируешь, Таннер Лейн? — прошептала она в ответ.
— Нет, но подумаю, что смогу сделать.
Ее рука коснулась его подбородка, большой палец скользнул по щеке, затем по губам, потом обхватила его подбородок, приподнялась и прикоснулась губами к его губам.
Потом уронила голову на кровать и прошептала:
— Мне пора идти на работу, малыш.
— Ага, — ответил он, затем опустил голову поцеловать ее, и поцеловал намного сильнее и намного дольше, поцелуй Лейна был влажным.
Затем он скатился с нее, наблюдая, как она поднялась с кровати и подошла к гардеробу.
Значит девочки.
Первую они назовут Сесилией.
* * *
Вторник, 18:53 вечера.
Лейн взбежал по ступенькам к квартире Рокки, вставил ключ в замок, вошел, попав в приглушенное освещение, тихую музыку и свечи, зажженные по всей комнате.
Он закрыл дверь, повернулся к кухне, Рокки в фиолетовой футболке с рычащим белым бульдогом спереди смотрела на него.
— Свитчикс, я ценю твои усилия, но должен сказать, что двух мнений быть не может.
Она усмехнулась, уперев руки в бедра.
— Дом не всегда должен быть наполнен звуком футбольных щитков и запахом несвежего пива, — ответила она.
— Не всегда, — согласился он, снимая куртку и направляясь к креслу. — Иногда дом должен быть наполнен звуками кроссов, скользящих по полю, свистками и запахом сырных начо.
Он бросил куртку на стул и развернулся как раз вовремя, так как Рокки выбежала из кухни, собираясь броситься в его объятия.
Он подхватил ее за задницу, она обхватила его руками и ногами, и опустила голову, ее губы коснулись его губ, приоткрылись, его губы приоткрылись в ответ, ее язык тут же скользнул внутрь.
Он позволил ей целовать себя, затем зарычал, начав целовать ее, пока она не мяукнула, затем приподняла голову и заглянула ему в глаза.
— Поймали каких-нибудь плохих парней? — прошептала она, пока он нес ее на кухню.
— К сожалению... нет, — прошептал он в ответ.
Ее брови поползли вверх.
— А плохих женщин?
— То же самое нет.
— Черт. — Все еще шептала она, и он опустил ее задницу на стойку, она крепко обхватила его руками, чтобы он придвинулся ближе и обнял ее.
Лейн сменил тему.
— Что у нас на ужин?
— Ризотто с грибами.
Настала очередь Лейна приподнять брови.
— С мясом?
Она улыбнулась.
— Эм... нет. С грибами.
— С пепперони?
— Неа.
— С сосисками?
— Неа.
— С гамбургерами?
Она начала хихикать и выдавила:
— Нет.
— Детка, — прошептал Лейн.
— Тебе оно понравится. В нем много сыра пармезан, сыр делает любое блюдо потрясающим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Господи.
Так говорил Джаспер, и она запомнила и вспомнила, как говорил его сын.
