где в детстве выступал благодаря своему таланту. Классические методы гипноза дед Игоря осваивал в Индии, уже окончив медицинский факультет Петербургского университета.
Сам Игорь впоследствии стал академиком и впервые в мире разработал «инструмент измерения психического» — то, о чем мечтали выдающиеся исследователи человеческой психики — от Вундта до Бехтерева. В начале 80-х годов Игоря Викторовича Смирнова за рубежом окрестили «отцом психотронного оружия». Он ушел из жизни 5 ноября 2004 года.
В настоящее время Институтом психотехнологий руководит его вдова Елена Григорьевна Русалкина. С помощью разработанных в институте технологий, реализованных в виде аппаратно-программных комплексов, можно за считаные минуты вычислять террористов, педофилов, потенциальных или реальных убийц и вообще людей, склонных к криминалу. Это с успехом можно применять, например, при контроле в аэропортах: положил ладонь на датчик — и через минуту можно вызывать спецназ. Чем не продолжение дела славного ГУКР Смерш!
С помощью тех же технологий можно создавать супервоинов, нечувствительных к боли, быстрых, ловких и сильных, владеющих секретами бесконтактного обезвреживания противника по методу русбоя, способных быстро осваивать языки той местности, в которой они действуют. Разрабатываемые технологии позволяют обезоруживать большие массы противника или жителей городов, меняя их мотивацию и поведение.
В 1990-е годы дело Абакумова было пересмотрено: 28 июля 1994 года его действия были переквалифицированы на статью 193—17, п. «б» (злоупотребление властью), а в 1997 году мера пресечения была заменена на 25 лет заключения в ИТЛ без конфискации имущества.
В 2013 году на кладбище «Ракитки» под Москвой, в 10 км от МКАД по Калужскому шоссе, появился надгробный памятник Абакумову Виктору Семёновичу. В администрации кладбища можно удостовериться, что останки бывшего министра государственной безопасности и его жены, скончавшейся в 1974 году, были перезахоронены в 2013 году в могилу их сына — академика Игоря Викторовича Смирнова. Перезахоронением занимались серьёзные молчаливые люди: все эти годы чекисты хранили сведения о месте захоронения легендарного начальника Смерш и светлую память о нём. И мечта Елены Григорьевны Русалкиной сбылась.
Разведчики без границ
Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем. И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя.
Фридрих Ницше
Если у Сталина была опричнина, а это факт, то у него не могло не быть и личной разведки. Однако входящие в нее асы разведывательного искусства — или топ-шпионы, как говорят на Западе, — не проходили по картотекам штатных спецслужб, таких как внешняя разведка или ГРУ. Арсен Беникович Мартиросян пишет: «Занимаясь историческими исследованиями, я неоднократно поражался, насколько детально Сталин знал механику различных политических событий, действующих на мировой арене сил, и тому, насколько его действия отличались исключительной выверенностью». Отец Арсена был личным юрисконсультом Сталина по международно-правовым вопросам сотрудничества с зарубежными компартиями и по работе пересекался с его личной разведкой. Один из старых друзей отца, которого Арсен знал еще с детства, приоткрыл ему в конце «перестройки» некоторые стороны своей работы у Сталина. «Видимо, не хотел все унести в могилу, — говорит Арсен. — Конечно, далеко не сразу он объяснил мне, кто он, что и как делал… Он специализировался на проникновении в особо секретные государственные архивы зарубежных стран. Эту работу начали еще до Второй мировой войны. Они, так сказать, “взламывали” эти архивы, получая доступ к наиболее важным документам, — фотографировали, снимали копии. Добытая таким образом информация позволяла осмыслить генезис тех или иных политических процессов в мировой политике на протяжении веков, изнутри и в деталях разобраться в механизмах мировой политики, подлинных взаимоотношениях различных политических и экономических сил, правильно понять движущие мотивы тех или иных их действий». По словам Арсена, после войны личная разведка Сталина работала под крышей Главного управления советского имущества за границей. Одно время этот комитет возглавлял бывший нарком госбезопасности, генерал армии Всеволод Николаевич Меркулов. По другим сведениям, эта спецслужба находилась под крышей Министерства госконтроля, который в 1950–1953 годах возглавлял всё тот же Меркулов. Сотрудники Госконтроля жестко держали всех под присмотром и имели право проверять кого угодно — от мелкого чиновника до министра или маршала. Именно поэтому Меркулова ждала та же участь, что и Берию — после осуществленного Хрущёвым военного переворота он был обвинен в измене Родине и расстрелян.
Задолго до этого, ещё в 1945 году и даже раньше, начались расследования причин неудач, постигших Советский Союз в ходе войны — в том числе и провалов разведки. Сотрудники Смерш доставили в Москву руководителя «Красной капеллы» Леопольда Треппера, руководителя разведгруппы «Дора» в Швейцарии Шандора Радо, его заместителя Александра Фута, который оказался агентом английской разведки МИ-6, и других. 29 апреля 1945 года в Берлине сотрудниками Смерш была арестована и на самолете доставлена в Москву кинозвезда Третьего рейха, любимая актриса Гитлера Ольга Чехова. Её родная тётя, Народная артистка СССР Ольга Леонардовна Книппер-Чехова, которая доводилась Антону Павловичу Чехову женой, попыталась вмешаться в судьбу любимой племянницы через Василия Ивановича Качалова, который был знаком с комендантом Берлина, генерал-полковником Николаем Эрастовичем Берзариным. Однако когда Качалов позвонил Берзарину, тот, всегда любезный, ледяным тоном посоветовал актёру никогда и никому вопросов об Ольге Чеховой не задавать.
— Об Ольге Чеховой я ничего не знаю, и больше не звоните, забудьте об этом.
В справке, подписанной начальником 4-го отдела ГУКР Смерш генерал-майором Георгием Валентиновичем Утехиным, говорится: «Будучи в Москве, Чехова вела дневник на немецком языке, который тщательно прятала. Секретным изъятием и просмотром дневника было установлено, что в дневнике Чехова записывает свои впечатления от пребывания в Москве». Ольга Константиновна отмечала, что все офицеры и обслуживающий персонал были обходительны, вежливы и внимательны. «Меня здесь балуют и выполняют все мои желания, — пишет она. — Прислали лучшего парикмахера, вино, продукты: икру, лимоны… Достаточно было одного моего намека, что Оля (дочь Ольги Константиновны. — А. В.), оставшаяся в Берлине, может быть, нуждается в продуктах, как это уже урегулировали. У меня есть радиоприемник, цветы, духи, лучшие книги».
Серго Лаврентьевич Берия пишет: «Когда отец узнал, что задержана немецкая актриса Ольга Чехова, поинтересовался, что Абакумов собирается с нею делать и какие компрометирующие эту женщину материалы есть у военной контрразведки. Смерш какими-либо данными для ареста Чеховой не располагал.
— В таком случае, — сказал отец, — ее следует отпустить, пусть уезжает в Германию…
И Чехова действительно уехала в Германию. Ольга Чехова была связана сотрудничеством с моим отцом много лет. Я знаю, кто ее вербовал, и на каких основаниях это делалось, но не считаю себя вправе говорить о таких деталях из биографии
