случае успеха сепаратных переговоров объединенный Запад с участием Англии, США и Германии мог нанести сокрушительный удар по советским войскам, и близкая Победа обернулась бы поражением и как следствие — гибелью целых народов, населяющих Советский Союз. Здесь на карту был поставлен исход Второй мировой войны. А тот факт, что в фильме Штирлиц нашел поддержку в лице Бормана, как раз и свидетельствует о том, что в действительности Мюллер помог Борману решить поставленную задачу и столкнуть Гиммлера и Геринга между собой и с Гитлером. 20 апреля 1945 года, в день рождения Гитлера, Гиммлер поклялся в абсолютной верности фюреру и объявил, что не покинет столицу, но вскоре после этого и он, и Геринг покинули город. 23 апреля Геринг направил Гитлеру телеграмму, в которой просил разрешения возглавить правительство. С подачи Бормана Гитлер воспринял это как попытку государственного переворота и требование капитуляции. В тот же день по приказу Бормана Геринг был арестован, лишён всех званий и наград. В это же время Гиммлер вёл переговоры с англичанами и американцами через графа Бернадота, главу шведского Красного Креста. Мюллер сообщил об этом Борману и в Москву, в результате чего последовала нота советского правительства и ВВС вынуждено было передать по радио сообщение о попытке Гиммлера договориться со странами Запада. Гитлер был в бешенстве и приказал арестовать изменника. 29 апреля рано утром он продиктовал своей секретарше Траудль Юнге политическое завещание, в котором обличал и Гиммлера, и Геринга как предателей. Гиммлер был снят со всех партийных и государственных должностей и лишён партийного билета. В завещании Гитлер не назвал своего преемника ни на посту фюрера, ни во главе партии. Вместо этого он назначил Геббельса рейхсканцлером, гросс-адмирала Карла Дёница, который находился во Фленсбурге на границе с Данией, — рейхспрезидентом, а Мартина Бормана — министром по делам партии. Утром 1 мая Геббельс прислал на переговоры с советским командованием начальника штаба сухопутных войск Ганса Кребса. По поручению Ставки переговоры на КП 8-й гвардейской армии вели генерал армии Василий Данилович Соколовский и генерал-полковник Василий Иванович Чуйков. Переговоры закончились ничем, Кребс вернулся в рейхсканцелярию и застрелился.
Тем временем бои за рейхстаг продолжались до позднего вечера 1 мая. Советские 3-я ударная и 8-я гвардейская армии охватили центр Берлина широкими клиньями, которые соединились в парке Тиргартен перед Рейхстагом. Однако правительственный квартал на противоположном берегу Шпрее, где находилась рейхсканцелярия, оставался в руках эсэсовцев: немцев из 11-й танковой дивизии СС «Нордланд» и французов из 33-й гренадерской дивизии СС «Шарлемань». На север от правительственного квартала, на другой стороне Унтер-ден-Линден, в районе станции наземки Фридрихштрассе и в районе вокзала Лертер также оставались незанятые советскими войсками островки.
Ночью с 1 на 2 мая дивизия СС «Нордланд» попыталась прорваться из правительственного квартала через Вайдендамский мост по Фридрихштрассе на север. В своей книге «Бункер» (Die Katakombe) 1975 года Уве Банзен на основе интервью очевидцев событий утверждает, что вместе с эсэсовцами решили пробиваться три группы обитателей рейхсканцелярии. Первую группу возглавил бригадефюрер СС Вильгельм Монке, вторую — рейхсляйтер Мартин Борман и третью — начальник личной охраны Гитлера, группенфюрер СС Ганс Раттенхубер. По версии адъютанта Гитлера Отто Гюнше и камердинера Хайнца Линге (их воспоминания «Неизвестный Гитлер» изданы историками Маттиасом Улем и Хенриком Эберле), групп было шесть. Первую действительно возглавлял Монке. В нее входили Гюнше, Вальтер Хевель, представитель гросс-адмирала Дёница в Ставке Гитлера, вице-адмирал Ганс-Эрих Фосс, личные секретарши Гитлера Герда Кристиан и Траудль Юнге, диетврач Гитлера Констанция Манциарли, секретарша Бормана Эльза Крюгер, доктор Эрнст-Гюнтер Шенк и рота эскорта. Вторую группу, в которую входил Борман, возглавил статс-секретарь министерства пропаганды, бригадефюрер СС Вернер Науман — в своем политическом завещании Гитлер определил его на пост министра пропаганды вместо Геббельса, который должен был стать рейхсканцлером. Здесь же были фольксштурмисты и заместитель гауляйтера Берлина (Йозефа Геббельса) Герхард Шах. Третью группу возглавил шофер Гитлера Эрих Кемпка. В нее входили Линге, несколько ординарцев и охранников Гитлера. Четвертую возглавил бригадефюрер СС Альбрехт, пятую — группенфюрер СС Ганс Раттенхубер (в нее входили личные пилоты Гитлера группенфюрер СС Ганс Баур и Георг Бетц) и шестую — руководитель гитлерюгенда, рейхсюгендфюрер Артур Аксман.
Эльза Крюгер, выступившая свидетельницей на Нюрнбергском процессе в 1946 году, показала: «1 мая 1945 года я последний раз видела и говорила с Борманом в бункере рейхсканцелярии… Его последние слова ко мне… были: “И все же, до свидания. Все это уже бессмысленно; я конечно попытаюсь, но мне не уйти”». Собравшись в подвале рейхсканцелярии незадолго до полуночи, группы по очереди через окна и проломы в стенах выбрались на Фоссштрассе, добежали по ней до угла Вильгельмштрассе, обогнули его и спустились внутрь станции метро «Кайзерхоф» (современное название — «Моренштрассе») на Вильгельмплац. Теперь путь к отступлению лежал под землей. Группа Монке прошла по туннелю линии А (сегодня — U2) до станции «Штадт-Митте», а потом по туннелю линии С (сегодня — U6) до станции «Фридрихштрассе». Группа Наумана — Бормана попыталась двигаться тем же маршрутом, но в абсолютной темноте на станции «Штадт-Митте» перепутала поворот и ушла дальше по линии U2 до станции «Хаусфогтайплац», где она выбралась на поверхность через полностью разрушенный выход. Под землей группы перемешались, и в числе выбравшихся на поверхность оказались Баур, Науман, Борман и эсэсовский хирург Людвиг Штумпфеггер, который по просьбе Магды Геббельс отравил шестерых ее детей. Пройдя через площадь Жандарменмаркт и еще одну из улиц, они вышли на Фридрихштрассе, пошли по ней на север, пересекли Унтер-ден-Линден в 750 метрах от Бранденбургских ворот, уже находящихся в руках Красной Армии, прошли мимо вокзала Фридрихштрассе и через 200 метров оказались у Вайдендамского моста через Шпрее. Но они пришли слишком поздно — мост успела проскочить только первая группа Монке, которой удалось уйти довольно далеко на север. Секретарши Юнге, Крюгер и Кристиан сумели выбраться из Берлина и двинулись на Эльбу, Констанция Манциарли вообще исчезла. Однако большинство других были арестованы утром 2 мая в подвале на Шёнхаузераллее.
Когда группа Бормана с опозданием подошла к Вайдендамскому мосту, там уже были советские части. Она попала под сильнейший огонь и была вынуждена отступить. В этот момент подъехал «тигр», забитый ранеными немецкими солдатами, и под его прикрытием группа двинулась через мост. На Нюрнбергском процессе 3 июля 1946 года Эрих Кемпка заявил, что видел, как с той стороны танка, где шел Борман, внезапно блеснуло пламя — возможно, по танку выстрелили из фаустпатрона (по свидетельству маршала Чуйкова, «8-я гвардейская армия, бойцы и командиры, были влюблены в
