— У тебя есть шанс выжить, мальчик. Запомни, что он есть.
Лицо юноши едва заметно дрогнуло.
— Ты даже сможешь подняться к вершинам… и при этом спасти Империю, как хотели вы с Кеем. Подумай, будешь ли ты послушным.
Вячеслав Шегал шагнул в стену, и та послушно расступилась. Через мгновение охранники вновь возникли за стеклянным барьером.
— Понял, о чем он? — поинтересовался Кей.
Томми покачал головой.
— Император решил устранить Кертиса с его «Линией Грез». И получить нового Кертиса — способного контролировать аТан.
Казалось, что это прошло мимо сознания юноши.
— Дач, так он и был создателем?
— Да. Оперативник Императора. Специалист по грязной работе. — Кей засмеялся. — Берущий от жизни острые ощущения, и потому наша жизнь стала одним бесконечным приключением. Скучающий Бог и развлекающийся мессия — какая пара!
3
Психоломка не прошла для Грея бесследно.
Что-то неуловимое сдвинулось в сознании, просуществовавшем уже треть тысячелетия.
Он больше не встречался с Кертисом. Это было бессмысленно. Пока Шегал не вернется с Артуром, согласным занять место отца, его позиция будет проигрышной.
Выступать с обращением к Империи — по поводу речи Кертиса, ставшей событием номер один, — он тоже не стал, предоставив отдуваться пресс-секретарям.
После того как крейсер стартовал к Горре — планете, непременной для Преклонения Ниц, Грей вяло пролистал оперативную сводку и остался сидеть, глядя в стену.
Жизнь и впрямь была серой пустыней. Вот только ничего трагичного в этом не оказалось.
Когда Патриарх Единой Воли обратился с просьбой о видеоаудиенции, Грей не сразу дал разрешение на связь. Не потому, что собирался выдерживать унизительную для собеседника паузу, как в случаях с Кертисом. Просто он не видел повода для разговора. Но Патриарх ждал, не прерывая расточительного даже для церкви прямого канала, и Грей сдался.
Изображение было подчеркнуто низкосортным — зернистые поверхности, слишком яркие и однообразные цвета. Даже объем казался неправдоподобным.
— Император, — Патриарх сидел за низеньким столиком перед маленькой дымящейся чашкой, — моя радость по поводу неудачи покушения безмерна.
— Благодарю, Владыка. — Грей попытался ощутить прежнее любопытство, неизменное при встречах с Патриархом, и не смог.
— Простите за качество нашей встречи… — Патриарх даже не подумал приподняться. — Но церковь обязана давать пример скромности и бережливости.
— Даже Императору?
— Все равны перед Единой Волей, Грей. Что стоит роскошь вашего дворца или красота наших храмов перед Сотворившим Мир? Что значат лишние краски изображения перед нашим даром общаться и понимать друг друга?
Грей кивнул:
— Я понимаю, Владыка. Но порой это тщеславие помогает понять друг друга. Забыть о расстоянии.
— Мы всегда далеки меж собой, Грей. Ты говоришь об иллюзиях. Так вино дает нам иллюзию радости, а секс — иллюзию близости.
— Хорошо, Владыка. Чем я обязан радости видеть вас? — Грей отвел взгляд от слишком ярких красок изображения.
— «Линии Грез», Император.
— Увы, я узнал правду о ней одновременно со своими подданными.
— Я не порицаю вас. Единственное, что хотела бы церковь, — знать, как поступит Император.
— А как поступите вы, Владыка? Кертис обещает сделать людей равными Богу. Вас это не тревожит?
Фигура в темном плаще качнула головой:
— Нет, Грей.
— Почему?
— Я не хотел бы отвечать.
— А я надеюсь услышать ответ.
Патриарх поднес к губам чашку. В очередной раз Грей попытался разглядеть хоть часть его лица. Безуспешно.
— Вы веруете, Император?
— Да.
— В воздаяние за праведность и грехи, в вечную жизнь и высший разум?
— Да.
— Тысячелетиями люди верили в то, что ни один их проступок не останется потаенным от Бога. Что праведников ждет награда, а грешников кара. Что есть рай и есть ад. Верили — и грешили. Почему?
— Люди слабы.
— Кому это знать, как не мне, Император. Но почему человек готов променять вечное блаженство на минутное удовольствие?
— Рай далеко, Владыка. Его цветы и благодать — иллюзия по сравнению с миром вокруг.
— Так вот, Кертис обещает людям рай.
Грей помолчал:
— У отделений «аТана» — толпы.
— А вы всмотритесь в их лица, Император.
Патриарх вновь потянулся за чашкой.
— Я не знаю, что смогу предпринять, — тихо сказал Грей. — Кертис неуязвим и стоит на своем. Если я получу возможность влияния — «Линия Грез» будет уничтожена.
— Только не спешите, Император. Благодарю вас за беседу и жду возвращения на Терру.
Изображение исчезло. Грей остался один, как всегда.
— Всмотритесь в их лица, — прошептал он. — Они все хотят быть Императорами, Владыка… — Он усмехнулся пустоте, лучшему в мире собеседнику. — Императорами Иллюзий.
4
Лемак смешал джин, залпом выпил..
— Что ты можешь мне сказать, Артур?
— Ничего, адмирал. — Кертис-младший был бледнее обычного, но голос его оставался твердым. — Все объяснения будут даны Императору.
Вячеслав Шегал, сидевший в стороне, в разговор не вступал. Артур, на его взгляд, был более твердым орешком, чем Томми. Но и более удобным кандидатом на роль нового хозяина «аТана».
— Этот юноша — твоя точная копия. Генный анализ еще не закончен, но я уверен в результатах.
— Да. Это моя копия.
— Умник. — Лемак не в силах был отказать себе в удовольствии. — Так кого пытали мои ребята — его или тебя?
— Меня.
— Ну, я думаю, мы восстановим равновесие.
— Как представитель Императора…
— Мне плевать на твои полномочия! — Лемак подошел к нему вплотную, с наслаждением ощущая вновь вернувшуюся уверенность. — Твой клон — или кто он там — участвовал в покушении на Грея! Ты под подозрением, понимаешь?
— Еще бы.
— Я выжму из них правду еще в прыжке… — Лемак заулыбался. — И узнаю, не стоит ли взяться за тебя.
— Только попробуйте! — с яростью воскликнул Артур. — Вам ведь частенько нужен аТан, адмирал!
— Вот именно, мальчик!
— Господа, господа! — Шегал, не поднимаясь с диванчика, замахал руками. — Успокойтесь! Вы оба не правы. Артур еще ни в чем не обвинен, а попрекать клиента тоже не в традициях «аТана».
И адмирал, и Артур замолчали.
— Карл, вы не позволите мне поговорить с Артуром наедине?
Лемак неохотно кивнул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
