я была поражена.
— Ты говорила мне это. И у меня было время подумать над этим. А еще я знаю, что твое настоящее имя Марина.
— Это правда, но как ты узнал?
— Ты сама сказала, когда мы ходили с тобой в чайный дом, и тебя ранили стрелой, я принес тебя на руках домой всю в крови, и ты в бреду сказала мне, что тебя так зовут. Я запомнил это. Я сберег твое имя в тайне как ты и просила.
Мое сердце отчего-то защемило.
— Можешь звать меня Мату, — тихо сказала я, — я сама выбрала это имя, и это вольный перевод имени Марина на монгольский.
— Да, хорошо.
— Я прибыла сюда из будущего вроде как на такой штуке, она называется машина времени. И мне надо было найти демона. Меня послали люди, которые ищут этого демона везде.
— Они вроде как ангелы?
— Нуу. — я вспомнила профессора Минамота, — они вроде как Колта.
— Колта?
— Да, он один из них. Но он здесь больше не появится. Поэтому нам самим придется придумать способ как избавиться от демона. И я думаю, что он находится в Гвиби Ки. Скажи, ты помнишь, как она заколдовала тебя?
— Да что-то вроде того. Я в последние дни, как будто все осознавал, но был одержим злобой на всех, на Баяна, на тебя, на императора. Думаю, ты права и демон в ней.
— Тогда нам надо собрать тайный военный совет, потому что империя и все кто тут есть в опасности и решить, как избавиться от демона. Пока она не просекла.
— Тогда идем, нужно сообщить господину Баяну, а то он на войне в южных провинциях.
— Баян уже здесь, он сейчас в твоем дворце. Колта отправил ему письмо электронной почтой.
— Как это?
— Откуда я знаю, но это единственно разумное объяснение тому, как он быстро получил известие о болезни императора.
— Тогда поспешим к нам во дворец, но так чтобы Гвиби Ки и ее демон об этом не узнали.
— Да, — кивнула я, сузив глаза и наблюдая за встревоженным Тал Талом, — но прежде я хочу знать, каким образом Гвиби Ки нанесла тебе татуировку в это место! И если мне не понравится твое объяснение, я сделаю для императора нового евнуха, раз Колта исчез и больше не может исполнять свои обязанности, — закончила я на высокой ноте.
На лице Тал Тала появилось такое выражение, будто он собрался сказать, что потерял память и не помнит как Сонька измывалась над ним. Хотя только что утверждал обратное.
— Тогда я, — сказал он, облизнув губы, — хочу знать, почему ты одета в рубашку Колты на голое тело!
— Выясним это!
— Выясним!
Наши взгляды встретились. И я поняла, что моему сердцу наконец стало легко. Я снова была дома.
— Начнем объясняться с того места, на котором прервались, — пояснил Тал Тал.
— Согласна.
41. Finale Problem
Дайду. Дворец Тал Тала. Ночь.
Среди ночи мы приехали во дворец на двух лошадях без какого-либо сопровождения. Тал Тал спешился и, опередив мечущегося в разные стороны конюшего, подал мне руку. Я спрыгнула с лошади и он поймал меня в свои объятия, прижав к себе очень крепко.
— Эээ, и чем это вы тут занимаетесь? — услышали мы голос Баяна и нехотя отпрянули друг от друга, — я тут получил письмо с известием…
— Господин Баян, вы живы! — я подбежала к нему и радостно повисла на его шее.
Баян так и остался стоять с письмом в одной руке и с мечом в другой.
— Да что такое! — проворчал он, — что происходит?
— А вдруг бы вас убили на этой вашей войне, — пояснила я, отлипнув от него.
— Меня? Что ты такое несешь, малявка. Я вот лучше вам расскажу, как мы сражались с мьянмцами, я захватил их слонов с помощью одной хитрости. Тал Тал, даже ты бы до такого не додумался.
— Охотно верю, — сдержанно улыбнулся Тал Тал, — мы вызвали вас так скоро, потому что у нас тайный военный совет.
— Да, он тайный, — подтвердила я.
— Что опять? — воскликнул Баян, скривившись как от кислого помидора.
— Пройдемте в дом, — Тал Тал указал на дверь.
Мы вошли, и пока нам готовили чай, так как ночка предвещала быть бессонной, решили поведать Баяну всю правду о происходящем. Не скажу, что он также легко это воспринял как и Тал Тал. Баян не обладал таким гибким умом и, наверно, не был тайным мистиком в отличие от своего племянника, с удовольствием зачитывающегося трактатами о ведьмах и вампирах. Поэтому разъяснить ему что да как, времени ушло больше.
Но после моего рассказа о его смерти и печальном исходе империи, Баян все же проникся. На его лбу возникли глубокие складки.
— И что же нам делать? Я в этом не разбираюсь совсем, хотя если надо кого-то убить…
— Нам как раз и надо решить каким образом это сделать, — ответил Тал Тал с горящими глазами, — я читал в одной древней рукописи, что нужно узнать имя демона, призывая его.
— Я знаю его имя, — ответила я.
— Тем лучше, — продолжил Тал Тал, — тогда нужно заставить его заговорить с нами и, заклиная чем-то святым, навроде слез Будды, выдворить из тела. Или вот еще есть способ нужно прочитать ему трактат учения Лао Цзы. Считается, что там описан настолько нравственный образ жизни, что грязные внутренности демона не выдержат этого описания и лопнут.
— И это произойдет прямо внутри в Гвиби? — сморщив лицо, спросил Баян.
Тал Тал радостно кивнул. Я задумалась, прокручивая в голове все свои знания о демонах и их изгнании. Раз Колты, а значит и ученых с их излучениями и проникающими сквозь время машинами не будет рядом, мы должны будем справиться сами. Единственное, что приходило мне на ум, это сцены из сериала Сверхъестественное, где охотники на нечисть заключали демонов в ловушки, кололи их закаленными кинжалами, поливали святой водой и применяли традиционный католический экзорцизмус. Разве это не наглядное пособие. Я бросила взгляд на Баяна и Тал Тала. Вот тебе Дин и Сэм, а я что же Кастиэль?
Итак, они рисовали демонские ловушки — звезду Соломона, она по идее не позволяет демону вырваться за пределы начертанного круга. И если Красноглазый. Вселившись в Соньку, использовал пентаграммы на Тал Тале, то идея с ловушкой Соломона вполне рабочая, чудится мне.
Вспомнив о Сонькиных художествах на теле Тал Тала я со злостью взглянула на него, точнее на то место, где была раньше пентаграмма ненависти. Тал Тал, заметив это, заерзал на стуле. А Баян, поймав
