глаза засветились красными светом. На ее губах появилась та самая улыбка, что преследовала меня во сне.
— Вам меня не поймать, глупые люди, — прохрипела она чужим голосом.
И вдруг она заскользила по полу с такой быстрой, что была не свойствена людям. Было такое ощущение, что она катится по льду на коньках. В такой манере она бросилась к воротам, но воины уже загородили проход огромным камнем, на котором были написаны даосские заклинания из тех самых трудов, о которых говорил Тал Тал.
Тогда она по странной траектории, будто чертя какие-то прямоугольники, скользнула к другому выходу, но мы уже распорядились все выходы перегородить этими волшебными камнями.
— Ваше Величество! Читайте! Вы же Мейтрайя, помните, — выкрикнула я, обращаясь к Тогону.
— Да, — нервно отозался он и, встав прямо на трон ногами, громогласно зачитал, — Бог Неба и Земли, области меня многими полномочиями, чтобы я мог изгнать из этого тела злого духа Бальтазара. А если он не подчиниться, то дай мне силу приказывать и повелевать ему!
Сон Нян застыла посреди двора, и по ее лицу уже было ясно, что ее мутит. Она не могла сдвинуться с места, ее руки и тело корежило примерно так же, как корежит человека, катающегося на центрифуге в луна-парке.
Гвиби изрыгала страшные проклятья. Затем из ее рта полилась кровь. Тогон, заметив это, сбился.
И вдруг воздух потемнел. Все вокруг заволокло черным дымом как от порошка мгновенной тьмы. Я испуганно взмахнула руками, пытаясь нащупать Тал Тала. Но мои руки наткнулись только на пустоту.
— Тал Тал, господин Баян. Кто-нибудь? — позвала я. Но никто не откликнулся.
Я осторожно сделала шаг, и тьма чуть прояснилась. Пространство посерело, и я увидела очертания предметов. Вокруг меня высились голые мертвые деревья. Под ногами снег, а напротив кирпичная пустующая заправка. Я ошеломленно посмотрела на себя. Я была в джинсах, кроссовках и синей куртке. Голову будто сжали. Я вдруг поняла, что сейчас произойдет. Навстречу мне вышла Гвиби Ки, из ее рта текла кровь, а глаза светились как красные лазеры.
— Ну вот и встретились, дорогуша, — произнесла она таким голосом, что не был похож ни на мужской и не на женский, — это время твоей смерти, еще не забыла?
— Да нет же, все время помню, — прошептала я, испытав вдруг приступ мучительной боли в груди, животе, горле и во рту, — 18.30, так ты сказал?
— Когда я тебя убил, то и понятия не имел, что ты принесешь столько неприятностей. Ты казалась такой никчемной. Маленькой, запуганной жизнью.
Сон Нян покачала головой и почти мечтательно улыбнулась кровавым ртом.
— Почему ты прокляла меня, никогда не мог понять.
Я усмехнулась, сдерживая боль.
— Если бы я знала. Бальтазар, я наверно так была озлоблена на свою никчемную жизнь, что эта ненависть вылилась на тебя.
— Ты хотя бы знаешь, что я убил тебя не случайно, хотя и сказал так, чтобы тебе было горше. Если бы знал раньше, я бы поступил по-другому.
— Что значит не случайно?
— Демоны, — Сон Нян постучала пальцем с золотым острым колпачком себе по виску, — не могут просто так овладеть человеческой душой, если она крепка и чиста. Другое дело, если она одержима грехами. И знаешь, какой был твой самый главный грех, который я усердно пестовал в тебе каждый день?
— Какой? — похолодев, спросила я.
— Уныние, дорогуша, отчаянье и печаль.
— Ааа, — мне почему-то стало больнее, и я упала на колени, — а как же ты овладел Тал Талом?
— Тебя все еще это интересует?
— Меня только это и интересует, послушай.
— Так и быть скажу тебе перед смертью. Ты наверно удивляешься, почему я еще не сбросил это тело? Но дело в том, что я, путешествуя сквозь время, тоже претерпел изменения, я так крепко вцепился в это тело, что слился с ним, будто мы стали одним целым.
— Колта предупреждал меня о чем-то подобном, — шепнула я, скрючившись у ног Сон Нян, — так скажи.
— Какая глупость. Но ладно, я знал о всех плохих чувствах, что испытывал Тал Тал и решил нанести ему пентаграмму ненависти, разбудив его злость на полную катушку.
— Ты что его соблазнил? — я даже на минуту забыла о мучавшей меня боли.
Красноглазый вроде как мужик, если можно так сказать о Демоне, а Сонька женщина, что мне думать-то?
— А-хаха, — Демон захлебнулся смехом, — это было забавно. Знаешь, что я с ним сделал? Я просто…
Вдруг его слова оборвались. Я подумала, что этот проклятый выродок хочет потянуть интригу, и подняла голову. Лицо Гвиби изменилось. Оно сделалось удивленным, а ее глаза смотрели куда-то поверх моей головы. Я скользнула взглядом вниз, и поняла, что происходит. Из груди Сон Нян торчала горящая стрела.
Заговоренная стрела со священным огнем! Ее мы договорились использовать в крайнем случае. Я обернулась. Напротив нас стоял Тал Тал с луком.
— Ах-рг-гррра, эщщщ-ке-ре, — Сон Нян, задыхаясь, зарычала, — это не поможет тебе, сын человеческий, я все равно договорю… — и она залилась демоническим смехом, изрыгая кровь, — твой муж…я нанесла ему, я… — она не могла договорить из-за душившего ее смеха.
Тал Тал в миг преодолел расстояние между нами. Сон Нян двумя руками схватила стрелу, пытаясь вырвать ее из груди, ее пальцы покрылись волдырями. А потом она бросила взгляд на меня, нагнулась, собираясь упасть, и прошипела:
— Я этот знак…
— Да говори уже, ведьма! — выпалила я.
— Замолкни же навечно, злобный демон! — воскликнул Тал Тал и прежде чем Гвиби упала на меня, он удержал ее одной рукой, а другой наложил на ее уста печать из желтой бумаги с даосским заклинанием.
Сон Нян взвыла, раскинув руки. В эту же минуту мы все втроем снова оказались во дворце императора, на коронационной площади. Гвиби Ки рухнула вниз на наши тела. И огонь, захватившей ее тело, перекинулся на нас. Тал Тал с силой оттолкнул меня, так что я кубарем прокатилась к трону.
— Горим! Горим! — как припадочный закричал Баян, размахивая мечом, будто это поможет.
— Тушите их! Тушите! — я привстала, оперевшись на руки.
Гвиби и Тал Тал, сцепившись в огненном вихре, неслись по площади. В воздухе сильно пахло серой и гарью.
— Боже! Он сейчас погибнет! — я вскочила и бросилась к фонтанам и вазам с цветами, но там почему-то было пусто.
— Я распорядился убрать воду! — панически закричал император, прыгая по трону, — чтобы злобный демон не ушел в воду. Я же сказал, он может подкрадываться в воде!
— Так сделайте что-нибудь! — завопила я, в голову мне пришла идея.
Я подбежала к Баяну и сорвала с него плащ с
