class="p1">- Как уйдёт? - растерялась Алёнка - А я? А...? - и резко замолчала, прикусив губу.
- Ну а какие у него тут перспективы? - пожал я плечами - А мы скоро станем известным на всю страну ансамблем, у нас ему всяко-разно перспектив побольше будет. Переедет с нами в Москву, получит там квартиру, хорошую зарплату, а в Москве там и артисты, и певцы, и актёры. Бомонд - одним словом - рассмеялся я - Будет он потом к вам в гости заходить и свои фотки со знаменитостями показывать, а вы ему завидовать будете и другим хвастаться, что когда-то вместе с таким человеком работали... - хитро посмотрел я на вдруг задумавшуюся Алёнку.
Ну а чего? Парень понимаешь страдает, из-за неё в больницу устроился, обхаживает её по полной и ведь любит он её по настоящему. Это-то я теперь влёт определяю, опытный вдруг стал. А эта мамзель всё варианты получше ищет, а потом они говорят, что это мы мужики меркантильные? Ну-ну! Надо помочь хорошему человеку, а то он мне все полчаса только о ней и рассказывал. Бедолага!
- А вообще чай, да ещё и с лимоном это хорошо - сказал я и посмотрел на Алёнку - Ау!!! Сударыня вы с нами?
- А? - очнулась вдруг та от тычка подружки.
- Говорю чай, да ещё и с лимоном это прелестно... - изобразил я восхищение.
- Пять минут - ответила Алёнка и подхватив подружку испарилась.
- Лихо ты Антона сосватал - рассмеялся Аркадий.
- Хороший же парень - пожал я плечами - Только о ней и говорит, на всё согласен, а эта принцесса нос воротит, всё королевича заморского ждёт. Нужна она ему? Попользует да бросит, а она всё равно к тому-же Антохе и приползёт. Только будет уже всё совсем по другому и не факт, что даже романтично.
- Странно, что ты - семнадцатилетний пацан это понимаешь - внимательно посмотрел на меня Семён Гаврилович - Я в твои годы был дурак-дураком - задумчиво покачал он головой.
- Да был у меня один пример перед глазами, вот и поумнел - ответил я.
- Ну тогда понятно - согласно кивнул головой Гаврилыч - А Антона действительно позвал или так...
- Позвал, да у него только Алёнка в голове.
- Ладно сочиняй, не будем тебя больше отвлекать...
- Спасибо! - поблагодарил я его и задумался - И чего сочинять будем? О любви? Весёлую или грустную? Или за жизнь?
Глава 35.
31 декабря 1970 года. Вторая городская больница. Палата №8.
Вы встречали когда-нибудь новый год в больнице? Как сказал бы ослик Иа - Душераздирающее зрелище! - и я с ним абсолютно согласен. Это реально грустно и печально, хотя медперсонал и родные стараются сделать его приятным. Именно приятным ибо весёлым его сделать явно не получится. Хотя...
Я лежал и смотрел в окно. Эх, как весело я встретил этот Новый год в своём мире. Как мы тогда смеялись, как пели, как танцевали, какими счастливыми мы тогда были. Абсолютно все, а теперь? Другой мир, другие люди. Эх, как бы я хотел вернуть всё обратно. Увидеть ребят, спасти Вику...
Мечты-мечты. Как ни крути, а я скучаю о ребятах из моего мира. Здесь всё не так... До концерта осталось всего пять дней, а я инвалид. Да-да! Самый натуральный инвалид, потому что хожу кривось-накось, то есть боком. Хорошо хоть не как рак. Танцевать на сцене? Только разве в качестве клоуна, мне даже просто стоять выпрямившись больно, какие уж тут танцы? Такая вот незадача...
И ребята и девчата из ансамбля лишь повздыхали разочарованно, но дисциплинированно и душевно меня поздравили и разошлись. Света тоже посидев рядом пару часов убежала, вернее это я сам её вежливо выгнал. Всё понимаю, но у неё есть семья, мама и брат. Ей нужно налаживать отношения, тем более она в последний месяц домой только спать приходит. Хорошо, что ей от нашего завода помогли, пришли специально обученные люди и сделали ей косметический ремонт в их двухкомнатной квартире. Сказать, что её мама была в шоке, это ничего не сказать. Им поменяли сантехнику и в туалете и в ванной и на кухне. Отремонтировали все двери, замки, окна, мебель, как Ударнику Социалистического труда ей выделили новую стенку и мягкий уголок. Конечно это всё Дениска постарался, за что я ему безмерно благодарен, но там и мои отец с мамой отметились, так сказать налаживают хорошие отношения со своей будущей невесткой и её родственниками. Да и полученная неожиданно премия и тринадцатая зарплата Светке совсем не лишние. Думаю Свете-Вике после того достатка, что был у неё там, в родном мире, пришлось многое переосмыслить и на многое взглянуть по другому. Реалии жизни...
Родители с Алёнками тоже просидели у меня больше часа, глядя на мои жалкие потуги передвигаться по палате, а затем я и их выставил. Нечего из-за меня расстраиваться, праздник есть праздник. Жив-здоров, а остальное со временем вернётся, вот и нечего тут слёзы лить. Идите уже, праздновать...
Заскочили и товарищи с моей бригады слесарей. Поздравили всех с наступающим и надарили мне всякой-всячины, передали пламенный привет от всего коллектива завода. Пожелали выздоровления и шумной, весёлой гурьбой убежали, оставив в палате крепкий запах табака и машинного масла.
Под вечер забежал Денис с Валентиной Васильевной и Танюшкой. Притащили мой любимый салат под шубой и торт. Я так обрадовался, ведь у Валентины Васильевны салат получался особенно вкусный, а всё потому, что она убирала все-все косточки из селёдки. А домашние торты она делает такими вкусными, что меня от них натурально ремнём отгоняют, чтобы немножко и другим досталось. У меня даже своя фишка есть над которой все родственники ржут. Когда мне кладут кусок торта на тарелку я начинаю его жадно есть и ругать повариху. Примерно так: - Ай какая гадость. До чего же противно. Это-же есть невозможно. Люди, оторвитесь, отравитесь же? Давайте лучше я за вас съем, меня никому не жалко. Так и быть, обожрусь и помру молодым. Зато всех спасу!
Больше всех меня конечно жалела Танюшка, она так жалобно и трогательно жалась ко мне и рассказывала, как ей сегодня будет грустно на празднике и даже сладкое будет совсем не таким вкусным... Мне стоило труда уговорить
