После этого Зенобию провели в комнаты, где ее ожидали суетящиеся рабыни. Командовавшая ими женщина немедленно вручила ей бокал темно-красного вина и настояла, чтобы она выпила его залпом.
— Это придаст вам силы, ваше величество, — вкрадчиво сказала женщина, — а кроме того, это приказ императора.
Зенобия взяла бокал, готовая к протесту. Но вино, хотя на вид казалось крепким, было, как ни странно, легким и имело фруктовый вкус. Кроме того, царице хотелось давно пить. Она осушила бокал, и рабыня улыбнулась ей в знак одобрения.
— А теперь, ваше величество, вас ожидает ванная, — сказала она и поспешно повела Зенобию через высокие двустворчатые двери в купальню. Ее скоблили, парили, намыливали, ополаскивали и снова скоблили. Последнее ополаскивание — и ее подвели к массажному столу и уложили на него. Потом предложили второй бокал вина. Ей было жарко после бани, и она вдруг вновь почувствовала жажду. Поэтому снова осушила бокал, и прохладная жидкость легко потекла ей в горло.
Она вытянулась на прохладной мраморной плите, и тут же рабыни начали массировать ее тело слегка ароматизированным бледно-зеленым лосьоном. Зенобия сомлела от вина и бани. Потом они перевернули ее на спину и стали массировать ее груди и живот. Она слабо запротестовала, но внезапно почувствовала сильную слабость и впала в полубессознательное состояние, смутно сознавая, что ей подмешали наркотики.» Ради чего «, — мелькнуло у нее в голове.
Все вокруг было туманным, хотя она лежала с открытыми глазами. Ее куда-то несли, и при этом ее тело казалось ей невесомым, словно она плыла. Туман начал рассеиваться, и снова она видела окружающее совершенно отчетливо. Зенобия оторопела, обнаружив, что находится в некотором подобии храма, прикованная тонкими золотыми цепями к мраморному алтарю на вершине лестницы. В каждом углу алтаря были установлены огромные светильники в форме золотых фаллосов, в которых горело густо пахнувшее мускусом масло. Золотисто-алые языки пламени вздымались в прохладном ночном воздухе и вихрем крутились в резных золотых чашах. Из какого-то потайного места лилась музыка.
Зенобия чуть-чуть повернула голову и пришла в ужас, увидев, что алтарь установлен в самом центре маленькой круглой арены, а на ступеньках этой арены стоят мужчины и женщины, совершенно обнаженные. Они по-дружески болтали между собой и не обращали на нее внимания. Зенобия ни на мгновение ни в малейшей степени не заботила их. Это полное отсутствие интереса дало ей возможность продолжить изучение того, что ее окружало. Конструкция храма была очень проста, очевидно, он находился внутри дворца. Его украшало огромное солнце, выкованное из чистого золота, с гигантскими лучами.
Аврелиан! Его имя молнией промелькнуло у нее в голове вместе с воспоминанием о том, что он когда-то говорил ей. Должно быть, это и было его творение, его храм. Храм Непобедимого Солнца! Она находилась в храме, посвященном Непобедимому Солнцу — любимому культу Аврелиана. Несколько раз он говорил ей об этом культе, но она не обратила внимания на его слова. Она до сих пор не могла понять, что он задумал, но полагала, что скоро узнает.
Короткий, но отчетливый звук трубы прорезал воздух, и глубокий громоподобный голос воззвал:
— Дети Солнца! Приближается время, когда воплощение великого и непобедимого бога-Солнца на земле пройдет между вами, чтобы соединиться с той, которая воплощает любовь. Слушайте, ибо жертвоприношения вот-вот начнутся!
Как только голос умолк, послышался могучий и страстный, в чувственном ритме, грохот барабанов, и дюжина танцоров — шесть мужчин и шесть женщин — выбежали на арену: белокурые женщины — как догадалась Зенобия, на самом деле это были девочки тринадцати-четырнадцати лет, — восхитительные и безупречно сложенные; восемнадцатилетние юноши, не менее прекрасные, тоже белокурые и светлоглазые. Все они, и девушки, и юноши, были покрыты золотой фольгой, за исключением единственной полоски обнаженной кожи вдоль позвоночника. Они исполнили чувственный и неистовый танец, весьма наглядно изображая половой акт.
Вдруг одна из девушек отделилась от группы и пробежала часть пути вверх по ступенькам. Тут же молодой человек с напряженным половым членом прыгнул следом за ней. Мгновение они боролись на мраморных ступеньках, потом юноша сбросил девушку вниз, набросился на нее и овладел ею. Раздался жалобный крик, и толпа застонала, когда молодой человек вытащил свой член из тела жертвы. Он повернулся лицом к толпе. Его пенис был покрыт девственной кровью девушки.» А-ах!«— воскликнули зрители. Они наклонились вперед, глаза загорелись от вожделения, губы приоткрылись от удовольствия. Танцор-мужчина снова повернулся к беспомощной девушке и опять овладел ею. Один за другим золотые мужчины хватали прелестных золотых девушек и набрасывались на них. Крики разрывали воздух, когда под неистовый грохот барабанов каждая из девушек публично прощалась со своей девственностью. Сидевшие чуть выше них почитатели культа Непобедимого Солнца жадно смотрели на это зрелище. Мужчины начали ласкать самих себя, сидевших рядом женщин, а иногда — даже других мужчин.
Все это привело Зенобию в ужас. Мысль о том, что собирались сделать с ней, пугала ее, но, как ни странно, ее тело воспламенилось. Потом танцоры исчезли так же внезапно, как появились. Мужчины несли плачущих девушек на руках. Громоподобный голос вновь заговорил:
— Может ли женщина принести большую жертву, чем предложить богу себя и свою невинность? Сейчас тот, кто является воплощением солнца на земле, соединится с той, которая является воплощением любви на земле. Предсказано, что в эту ночь они вместе дадут жизнь сыну, сыну, который будет править миром от имени Непобедимого Солнца!
Ею будут обладать публично! Зенобия попыталась вырваться из сковывавших ее цепей, которые на вид казались тонкими, но они крепко держали ее. Потом в поле ее зрения показался Аврелиан. Она узнала его по шраму на бедре, так как он был в резной позолоченной маске. Он стоял, высокий и горделивый, и принимал чествования от пришедших в неистовство почитателей культа. Несколько женщин вырвались из рядов зрителей и, сбежав вниз по сиденьям-ступенькам, бросились к его ногам. Они распустили волосы и, извиваясь вокруг Аврелиана, начали подниматься. Некоторые из них ласкали и целовали его, одна опустилась на колени и взяла его пенис в рот, а остальные суетились у его ног, начали лизать и поглаживать их. Отвратительный массовый психоз, подумала Зенобия, и тем не менее это возбуждало ее. Все время, пока женщины таким образом поклонялись ему, он оставался совершенно неподвижным, пока наконец их действия не произвели желаемого результата. Мягко пнув их ногами и оттолкнув прочь, он встал перед Зенобией. Быстрым движением он снял с себя позолоченную маску, и она наконец увидела его лицо. Выражение его было насмешливым, а глаза подернулись пеленой от вожделения и наркотиков.
