Не меньшее напряжение в Кремле вызывает политика США на Украине и на Южном Кавказе, где НАТО наметило следующие ориентиры своего движения. «Но, — как сказал Путин, — односторонние нелегитимные действия не решили ни одной проблемы», намекая на войну в Ираке и подчеркнув, что в результате начатых США военных действий погибло множество людей. Сегодня, сказал он, «не хватает сил для комплексных решений ни одной из них»[717].
А американская сторона, даже попав в иракский капкан, не прошла «урока дружественности», важности иметь союзников в тяжелое для тебя время. Более того. Незадолго перед отъездом министра обороны США Роберта Гейтса в Мюнхен он выступил в конгрессе с речью, в которой поставил Россию и Китай в один ряд с Ираном и КНДР, то есть практически присоединил Россию к «оси зла». Ощутимый урок неблагодарности. В Вашингтоне принято решение о перемещении из Перл — Харбора к берегам Камчатки крупнейшего в мире американского плавучего радара национальной системы противоракетной обороны США (стоимостью 815 млн долл.). Он будет передавать данные в Калифорнию, где уже размещены 16 первых ракет–перехватчиков. Этот радар будет связан и со строящимися в Чехии и Польше военными системами с 10 противоракетами.
Но все прежние упреки России имели весьма жалкий вид. Ельцин в 1994 г. метался от принятия поворота в американском курсе (визит в Польшу) до речей о «холодном мире» (выступление в Будапеште). И лишь теперь, в 2007 г., Россия устами своего президента говорила Западу о своей обеспокоенности смело и прямо.
Россию беспокоит и милитаризация космоса. По словам Путина, «она недопустима, так как может быть чревата непредсказуемыми последствиями для безопасности всего мира. Россия разработала проект договора, предотвращающий размещение вооружений в космосе, и скоро разошлет его своим партнерам».
Что страшит Россию?
Россия более всего опасается пересмотра пункта 7 статьи 2 главы 1 Устава ООН, который провозглашает принцип невмешательства «во внутреннюю компетенцию любого государства». Америка предлагает заменить государственный суверенитет принципами управления глобальной безопасностью. Права человека и нации на самоопределение противопоставляются принципам государственного суверенитета и территориальной целостности. Национальные государства обвиняются в неспособности обеспечить эффективное управление.
Путин направил всеобщее внимание на мирового гегемона, на страну, выступающую мировым лидером: «Америка перешагнула свои национальные границы во всех сферах… Такая политика является, конечно, катализатором гонки вооружений, подпитывает тягу ряда стран к обладанию оружием массового уничтожения». Российский президент осудил «однополярный» мир, в котором, как он сказал, единолично правят Соединенные Штаты, мир, который «означает на практике только одно: это один центр власти, один центр силы, один центр принятия решений» и «единого хозяина, одного суверена»[718]. Путин обвинил США в «гипертрофированном применении силы». И это губительно не только для всех, кто находится в рамках этой системы, но и для самого суверена. «И ничего общего не имеет с демократией». Локальных и региональных конфликтов меньше не стало, и людей в этих конфликтах гибнет не меньше, а даже больше, чем раньше.
Начальник российского генерального штаба генерал Юрий Балуевский заявил, что Москва может в одностороннем порядке выйти из договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности — все будет зависеть от действий США в области ПРО. По его словам, договор между Москвой и Вашингтоном имеет бессрочный характер. «Но возможность выхода из него существует, если одна из сторон предоставит убедительные доказательства о необходимости выхода. Сегодня такие убедительные доказательства есть»[719].
Как заключил американский обозреватель Джордж Фридман, «другими словами, США перешли легитимную грань дозволенного, и потому несут ответственность за попытки других государств — здесь явно имеется в виду Иран — овладеть ядерным оружием»[720]. Особую неприязнь России вызывает явное вторжение Америки в пограничные России страны — Украину и Грузию в первую очередь. Для России неприемлема сама идея однополярного мира, на что она находит позитивный отклик в самых разных странах Земли: «Однополярный мир не имеет ничего общего с демократией. Россию постоянно учат демократии. Но те, кто нас учит, сам почему–то учиться не очень хотят». Путин отметил, что для современного мира однополярная модель неприемлема. Единственным доводом для применения силы должен быть только устав ООН. В противном случае ситуация будет заходить в тупик и умножать количество тяжелых ошибок. «Нужно добиваться того, чтобы международное право имело универсальный характер и в понимании, и в применении норм»[721].
Прежде всего, президент В. В. Путин открыто обвинил США в расширении Североатлантического союза к российским границам и в размещении «пяти тысяч штыков» на передовых базах в Болгарии и Румынии. Россия выполнила свои обязательства по разоружению, а Запад блокирует договор об обычных вооруженных силах в Европе и в нарушение договоренностей подводит свои армии к границам России. «Очевидно, процесс натовского расширения не имеет никакого отношения как к модернизации самого альянса, так и к обеспечению безопасности в Европе. Наоборот, это серьезно провоцирующий фактор, снижающий уровень взаимного доверия. И у нас есть справедливое право откровенно спросить: против кого это расширение? Почему обязательно нужно выдвигать военную инфраструктуру на наши границы? Разве это связано с преодолением сегодняшних глобальных угроз?»
Впервые российский президент подверг недвусмысленной критике намерение американской стороны создать вышеуказанные базы на чешской и польской территориях. Новое высокотехнологичное оружие, милитаризация космоса — связаны с размещением в Польше и Чехии противоракетного щита Америки.
С характерным сарказмом российский президент высмеял заявления о предназначении этих баз и их ракет, якобы направленных против ракет Ирана и Северной Кореи. Отбросив губительный для России политесе, он безоговорочно оценил эти базы американской новой противоракетной обороны как предназначенные для нейтрализации возможности нанесения ответных ядерных ударов Россией. Это обстоятельство является дестабилизирующим фактором российской ядерной доктрины.
Путин не остановился на восточноевропейской конкретике. Он в весьма жесткой форме обвинил американское руководство в несоблюдении обязательств, зафиксированных в договорах о ядерном разоружении 2002 г. и в стремлении сберечь сотни ядерных боезарядов на складах, «под подушкой и под одеялом». Развернувшись на трибуне, Путин повернулся к залу, напоминая о российско–американских договоренностях мая 2002 г. в Москве: «Мы обещали довести численность боезарядов на стратегических носителях до 2200–1700 носителей к 2012 году. И мы сделаем это. Но в зале сидит новый министр обороны США. — Все взоры направились на Роберта Гейтса. — Пусть он при всех подтвердит, что и Соединенные Штаты выполнят эту договоренность… Надеюсь, что наши партнеры будут действовать так же транспарентно и не будут откладывать, на всякий случай, на черный день лишние пару сотен ядерных зарядов». Роберт Гейтс неловко молчал, как не повторил он пятилетней давности обещания 2002 г. на последовавшей пресс–конференции и в ходе своего выступлении в Мюнхене на следующий день.
Напомним, что расширение НАТО на Восток увеличивает на 400–750 км глубину поражения российских объектов и целей тактическим ядерным оружием, передвигаемым к нашей границе. Ударная авиация альянса получает возможность на почти 700 км глубже проникать в воздушное пространство России до рубежей Петрозаводск — Рыбинск — Москва (северо–запад и запад) и Краснодар — Ставрополь — Астрахань (юг). В то же время стратегическая авиация Североатлантического союза получает возможность увеличить радиус действия с северо–запада, запада и юга до Урала. Приближение установки мощных радаров, систем радиоэлектронной разведки позволит НАТО на огромную глубину прослушивать и просматривать территорию РФ.
Ослабление России в 1990‑х гг. делает для России опасной противостояние не только с американской сверхдержавой, но и споры с державами среднего калибра, оснащающими свои армии современным оружием.
Путин обвинил политику США в провале усилий по недопущению распространения ядерного оружия. Теперь ракеты средней и большей дальности имеют Иран, Индия, Пакистан, Северная Корея и несколько других государств. Не потерял ли смысл договор от 1988 г. РМСД — о запрете на ракеты средней и меньшей дальности, по которому США и СССР отказались размещать в Европе свои «Першинги‑2» и СС‑20 — твердотопливные мобильные ракеты средней дальности. Тогда всем западным гостям советской столицы выдавали стальное кольцо размером в ладонь со вставленным в него металлическим осколком с гравировкой: «14 января 1989 г. — СС‑20 — Капустин Яр». То была дата и место уничтожения Советским Союзом ракет среднего радиуса действия СС‑20. 2611 «Першингов» и ракет СС‑20 были уничтожены. Сегодня на вооружении у двух ядерных держав осталась только треть из 70 000 единиц боеголовок, которыми они прежде владели.
