Путин обвинил политику США в провале усилий по недопущению распространения ядерного оружия. Теперь ракеты средней и большей дальности имеют Иран, Индия, Пакистан, Северная Корея и несколько других государств. Не потерял ли смысл договор от 1988 г. РМСД — о запрете на ракеты средней и меньшей дальности, по которому США и СССР отказались размещать в Европе свои «Першинги‑2» и СС‑20 — твердотопливные мобильные ракеты средней дальности. Тогда всем западным гостям советской столицы выдавали стальное кольцо размером в ладонь со вставленным в него металлическим осколком с гравировкой: «14 января 1989 г. — СС‑20 — Капустин Яр». То была дата и место уничтожения Советским Союзом ракет среднего радиуса действия СС‑20. 2611 «Першингов» и ракет СС‑20 были уничтожены. Сегодня на вооружении у двух ядерных держав осталась только треть из 70 000 единиц боеголовок, которыми они прежде владели.
Накануне отъезда в Мюнхен С. Б. Иванов, выступая в Государственной думе, назвал «ошибкой» заключенный Соединенными Штатами и Советским Союзом Договор о ядерных силах средней и меньшей дальности, запрещающий иметь подобное оружие, а также крылатые ракеты наземного базирования. Иванов указывал, что выход России из данного договора не будет беспрецедентным поступком, поскольку Соединенные Штаты вышли в 2002 г. из Договора по противоракетной обороне. Странно ведь: все страны кроме РФ и США имеют право устанавливать такие системы. Сергей Иванов: «Ракеты из Северной Кореи, Китая, Индии, Пакистана, Ирана, Израиля не могут долететь ни до Центральной, ни до Западной Европы, и уж тем более до США. Но вот до нас — вполне».
Не согласятся ли американцы вместе с русскими создать противоракетный щит? Американцы на такое российское предложение не соглашаются. А как ведут себя в этой обстановке США в целом?
Договор о полном запрещении испытаний ядерного оружия, подписанный 161 государством, так и не был ратифицирован американским сенатом. Проектировщики американского оружия настаивают на резервации за Америкой возможности возобновления подземных испытаний ради создания новых видов ядерного оружия. И вот теперь они создают антиракетный щит в одиночку.
В Москве довольно долго призывали восстановить процесс постоянных переговоров по стратегическим вооружениям (особенно учитывая тот факт, что срок действия ключевого договора СНВ‑1 истекает в 2009 г.). Эти ограничения долгие годы помогали России сохранять надежду на достижение численного паритета с США. Теперь стало ясно, что американцы на процесс выработки нового СНВ не пойдут, и России приходится думать о собственных действиях по сохранению ракетно–ядерного паритета. Здесь российские генералы задумываются о ракетах средней дальности, которые расширяют набор стратегических возможностей.
И все же главным был вопрос о замышляемых американцами антиракетах. Когда Гейтса спросили, готов ли Вашингтон подписать соглашение, которое обязывало бы его не использовать эту систему в качестве оружия против России, Гейтс ответил: «Не знаю, насколько это было бы правильно». Тогда Путин сообщил о российском намерении развернуть большее количество ракет «Тополь-М» дальнего радиуса действия. И при этом резюмировал: «Если вы говорите, что система ПРО не направлена против нас, то и наши ракеты не направлены против вас»[722].
Обычные вооружения
В Мюнхене переводчики переводили слова российского президента, но невозможно было донести внутреннее волнение, которое он, совершенно очевидно, испытывал. Президент Путин в высшей степени критически охарактеризовал отказ членов Североатлантического союза ратифицировать Договор об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ).
По мнению российского генштаба, «после двух этапов расширения НАТО на Восток и при так и не вступившем в силу Соглашении об адаптации, ДОВСЕ фактически утратил жизнеспособность. При такой ситуации Российская Федерация не собирается делать вид, что ДОВСЕ нормально функционирует и это нас устраивает. Третья конференция по рассмотрению действия ДОВСЕ высветила стремление стран НАТО закрепить на неопределенный срок неравноправие сторон в рамках действующего Договора»[723].
Часть российских военных специалистов утверждает, что, поскольку США и НАТО обещали не создавать на постоянной основе военные базы на территории новых членов Североатлантического союза — но создают их, — Россия имеет право приостановить свое участие в Договоре об обычных вооружениях в Европе. Исключительную актуальность приобрела адаптация Венского соглашения 1999 г. по обычным вооружениям в редакции 1994 г., которое фактически перестало выполнять свою главную функцию — контролировать мерами доверия и безопасности текущую военную деятельность. Это происходит вопреки резко возросшей военной деятельности: возрастает количество военных учений (в том числе многонациональных), зримо расширяется география их проведения. Некоторые участники договоренности полагают, что крупных учений больше не проводится — потому они и не достигают порогов уведомления и наблюдения. Однако сегодня, обладая средствами ведения военных действий меньшим количеством войск и вооружений, можно решать более масштабные и весьма значимые в военном отношении задачи.
Договор о фланговых ограничениях, помимо прочего, еще и памятник русскому безумию: он был подписан, когда флангом для СССР была Армения; но с 1991 г. таким флангом стала Ростовская область — и это не помешало многозвездным российским генералам и их гражданским руководителям все 1990‑е гг. жестко держаться за соблюдение Договора, который западные страны не соизволили до сегодняшнего дня даже ратифицировать.
Предметом жесткой критики российского президента стала Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе. «ОБСЕ пытается превратиться в вульгарный инструмент обеспечения внешнеполитических интересов одной группы стран в отношении другой». Многие, наверное, помнят синий домик представителя этой организации в самом центре Грозного, где велись переговоры между представителями федерального Центра и чеченскими сепаратистами, где готовился Хасавьюрт. Но никто никогда не видел таких домиков в Басконии, Каталонии, на Корсике, в Северной Ирландии. Почему? Разве Хельсинкский акт 1975 года касался только СССР-России, а не всей Европы? Или это еще один пример бездумной доверчивости?
Поддерживая демократию в бывших восточноевропейских странах–сателлитах СССР и даже отправляя туда международных наблюдателей для того, чтобы выборы в этих странах были свободными, Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) превратилась в «вульгарный инструмент обеспечения внешнеполитических интересов одной страны»[724].
Региональные аспекты
Небезызвестный Збигнев Бжезинский так определяет цели Североатлантического союза: «Если Америка желает контролировать мир, а она этого желает, тогда она должна установить главенство над Евразией, особенно над Западной периферией (Евросоюз), над ее сердцевиной (Россия), Ближним Востоком, Центральной Азией и над нефтяными запасами, которые там имеются»[725]. На западном направлении особую значимость приобрела Польша, на территорию которой перебрасываются из США, Германии, Италии, Бельгии и других стран Североатлантического союза личный состав и боевая техника (в том числе ракетная). С ее территории ведется постоянная разведка.
Но сами американцы ныне признают, что работа «одного полицейского» слишком тяжела для них. При этом не только США, но и региональные центры силы, такие как Европейский союз, Россия, Китай, Индия, так или иначе борются между собой за позиции и влияние, за рынки и за ресурсы.
США, по мнению Путина, завязли на Ближнем Востоке, это их «болевая точка», она концентрируется в Ираке. Военная операция в Ираке, конфронтация с Ираном, израильско–палестинский конфликт и наличие гигантских нефтяных ресурсов на Аравийском полуострове создают ситуацию, при которой любые неурядицы в регионе существенным образом затрагивают Соединенные Штаты. Поэтому россиянам есть смысл задействовать все возможные формы давления на Ближнем Востоке для сдерживания действий Вашингтона в других регионах, прежде всего на территории бывшего СССР.
В последние годы у Москвы появились новые возможности. Россия заняла первое место в мире по добыче нефти. Взаимодействие с Ираном и Саудовской Аравией — полностью в интересах России. Россия не позволит ваххабитам из Аравийского полуострова финансировать мятеж на Северном Кавказе. Россия имеет значительные интересы и в Центральной Азии, она намерена восстановить здесь свое влияние, следуя за своими национальными интересами. И многое будет решаться в треугольнике Россия — Иран-Саудовская Аравия. При этом Эр — Рияд более всего опасается полного хаоса в Ираке и выхода вперед шиитов. Это отводит Саудовскую Аравию к Соединенным Штатам. Интересы России и Ирана могут сблизиться более естественным образом. Завязанность США на Ираке освобождает обеим странам руки.
