Кто-то дотронулся до плеча Паладайна. Он обернулся: у него за спиной стояла прекрасная Богиня, окутанная облаком света. Она улыбнулась ему печальной улыбкой, и радуга невольных слез блеснула в ее глазах.
— Я отнесу тело короля его матери, — предложила она.
— Эльханы уже не было здесь, когда он погиб, не так ли?
— Нет, она бы этого не вынесла. Мы вовремя освободили всех, кого Такхизис насильно перенесла сюда посмотреть на ее триумф. В момент смерти сына Эльхана была уже далеко.
— Скажи ей, — попросил Паладайн, — что он умер как герой.
— Скажу, любимый.
Губы, мягкие как перышко, прикоснулись к его губам.
— Ты никогда не познаешь одиночества, — пообещала Мишакаль. — Я всегда буду с тобой, муж мой.
Больше всего на свете Паладайну хотелось, чтобы это было действительно так, но пропасть, которая пролегла между ними, неумолимо росла. Мишакаль оставалась на залитом солнцем берегу, а он бился среди бушующих темных волн, и они уносили его все дальше и дальше в открытое море.
— Что сталось с душами мертвых? — спросил он.
— Они свободны, — ответила Мишакаль отдалявшимся голосом — Паладайн уже едва его слышал, — и теперь могут продолжить свое странствие.
— Когда-нибудь и я присоединюсь к ним, любимая.
— В тот день я выйду встретить тебя, — донеслось до него.
Тело Сильванеша вспыхнуло серебряным светом и исчезло.
А Паладайн еще долго сидел на пустой темной арене. Затем он покинул осиротелый Храм и шагнул в новый для него мир. Один.
Дети Богов — Нутари, Лунитари и Солинари — вошли в бывший Храм Сердца. Мертвый маг Даламар сидел на скамейке, устремив невидящий взгляд в пустоту.
Боги Магии встали перед заброшенным алтарем.
— Пусть Рейстлин Маджере выйдет вперед.
Маг появился из тьмы. Край его черного бархатного одеяния волочился по янтарным осколкам, которые все еще лежали на полу, ибо не нашлось никого, кто осмелился бы прикоснуться к остаткам проклятого саркофага, удерживавшего в плену Золотую Луну. Рейстлин прошелся по ним и обратил их в пыль.
Он нес на руках тело, завернутое в белое покрывало.
— Твой дух освобожден, — строго сказал Солинари. — Твой брат ожидает тебя. Ты обещал покинуть мир и теперь должен выполнить свое обещание.
— Я не собираюсь задерживаться здесь, — ответил маг. — Мой брат ждет меня, как и все мои бывшие друзья.
— Почему бывшие? Они забыли тебя?
— Нет, это я их забыл, — вздохнул Рейстлин. — Но это наше дело. — Он взглянул на тело, которое держал на руках. — А вот это — ваше.
Он опустил тело племянника к ногам Богов и, откинув капюшон, посмотрел в глаза трем близнецам.
— Я прошу вас о последней милости. Воскресите Палина. Верните его семье.
— А зачем нам это делать? — поинтересовалась Лунитари.
— Палин заблудился на дороге, по которой когда-то пошел я. Он понял свою ошибку, но не успел исправить ее. Если вы вернете ему жизнь, он еще сможет найти путь домой.
— Чего не удалось тебе, — заметила Лунитари.
— Чего не удалось мне, — подтвердил Рейстлин.
— Ну? — Лунитари повернулась к братьям. — Что вы скажете на это?
— То, что нам нужно решить еще один важный вопрос, — напомнил Нутари. — Пусть чародей Даламар выйдет вперед.
Встревоженный дух мага отделился от своего мертвого тела и приблизился к детям Богов.
— Ты предал нас, — обвиняюще произнес Нутари.
— Ты перешел на сторону Такхизис, — добавила Лунитари, — и мы едва не потеряли шанс спасти Кринн.
— По приказу Владычицы Тьмы ты убил нашего служителя Палина, — нахмурился Солинари.
Даламар обвел их внимательным взглядом, и, когда он заговорил, голос его был тихим и печальным.
— Разве вы способны понять? Понять, что значит потерять самое дорогое?
— Возможно, — сказала Лунитари, — мы понимаем это гораздо лучше, чем ты можешь себе представить.
Даламар промолчал.
— Что с ним делать? — спросила Лунитари. — Вернуть его к жизни?
— Только если вместе с магией, — поспешил вмешаться Даламар. — Иначе это не имеет смысла.
— Нет, — отрезал Солинари. — Он использовал мертвых для своих черных дел. Он не заслуживает нашей милости.
— Нам придется воскресить его, — возразил Нутари. — Если мы намерены вернуть жизнь и магию Палину, то обязаны точно так же поступить и с Даламаром.
— Каково твое мнение, сестра? — обратился Солинари к Лунитари.
— А вы примете его в расчет?
Братья посмотрели друг на друга и кивнули.
— Вот что я думаю. Мы исполним просьбу Даламара, но он должен будет навсегда покинуть Башню Высшего Волшебства, в которой когда-то жил, поселиться среди живых и пробивать себе путь наравне с другими. Палин также получит обратно свою жизнь и — если захочет — магию. Вас это устроит?
— Да, — согласился Нутари.
— А что скажешь ты сам, Даламар? — спросила Лунитари.
Эльф уже добился желаемого. Все остальное его не интересовало. Вернуться в мир живых? Что ж, недурно: возможно, когда-нибудь он сможет ими править.
— Да, — ответил он.
— А ты, Рейстлин Маджере?
— Да.
— В таком случае обе просьбы удовлетворены.
— Благодарю вас, о Бессмертные, — произнес Даламар. Он мельком взглянул на Нутари, который отлично понял его тайные мысли.
Рейстлин опустился на колени рядом с племянником и отдернул покрывало с его лица. Палин открыл глаза и с удивлением начал озираться по сторонам. При виде Рейстлина он был сильно изумлен.
— Дядя! — задыхаясь, произнес Палин. Он сел и попытался дотронуться до Рейстлина, но его пальцы прошли сквозь призрачную руку мага. Палин посмотрел на свои руки и вдруг осознал, что он жив. Маг попробовал пошевелить ими — такими же длинными, как у дяди, — и они охотно послушались его.
— Благодарю вас, — прошептал Палин Богам, стоявшим вокруг него в облаке света. — И тебя, дядя. — Он помолчал и добавил: — Однажды ты предсказал, что я стану самым могущественным чародеем, когда-либо жившим на Кринне. Я не думаю, что это случится.
— Нам многому нужно научиться, племянник, — ответил Рейстлин, — чтобы понять, в чем заключается главная цель нашей жизни. Теперь прощай. Мой брат и мои друзья ждут меня. — Он улыбнулся. — Танису, как всегда, не терпится уйти.
Палин увидел перед собой реку душ — реку, чьи воды безмятежно и незримо струились среди живых. Солнечные лучи искорками вспыхивали в ее бездонных глубинах. Души опускались в эту реку и уплывали в океан, омывавший берега Вечности, чтобы оттуда отправиться в другие странствия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
