Фургонам и скоту потребовалось еще пять дней, чтобы добраться до форта Предзнаменования. Вся семья стояла на платформе для стрельбы. Вначале прошел табун запасных лошадей, и Том с Дорианом радостно приветствовали их.
– Приятно снова сесть на лошадь! – восторженно сказал Том. – Без доброго коня у меня словно не хватает половины. Теперь мы сможем поездить по этой земле и сделать ее по-настоящему своей.
Потом они в пораженном молчании смотрели на темную массу скота, спускающегося к ним с холмов. Когда Инкунзи и пастухи начали сгружать перед воротами склада слоновьи бивни, Том по лестнице спустился с платформы и пошел между грудами бивней, поражаясь их количеству и размеру. Вернувшись, он сердито спросил у Джима:
– Ради любви ко всему святому, парень! Неужели у тебя нет ни капли скромности? Ты подумал, где нам хранить все это? Придется строить еще один склад, а виновник ты. – Он перестал хмуриться и рассмеялся собственной шутке, потом стиснул сына в медвежьем объятии. – После такой добычи у меня нет другого выбора, кроме как объявить тебя полноправным партнером компании.
Всем нашлась работа на многие месяцы вперед. К тому же нужно было планировать будущее и многое организовывать. Главные работы в форте были закончены, в том числе новый склад для размещения слоновой кости. Сара смогла перевезти на берег свою мебель. Она поставила клавесин в зале, который служил столовой и гостиной для обеих семей. Вечером она играла любимые мелодии, и все подпевали. Том, начисто лишенный слуха, возмещал этот недостаток громкостью пения, пока Сара тактично не отвлекла его, попросив переворачивать страницы ее нот.
Из-за недостатка пастбищ такое количество скота невозможно было держать в непосредственной близости к форту. Джим разделил скот на семь небольших стад и приказал Инкунзи переместиться на двадцать лиг от форта туда, где есть вода и хорошие пастбища. Пастухи нгуни построили свои деревни вблизи пасущихся стад.
– Они образуют буфер вокруг форта, – говорил Джим Тому и Дориану, – и предупредят нас о появлении врага задолго до того, как тот подойдет на двадцать лиг. – И добавил, словно это только что пришло ему в голову: – Конечно, мне придется время от времени бывать у них.
– Что даст тебе возможность охотиться на слонов, – мудро заметил Том. – Твоя преданность делам компании трогательна, парень.
Однако через несколько таких экспедиций слоны оценили внимание Джима и ушли из окрестностей форта дальше в глубь местности.
Через месяц после прибытия в форт Предзнаменования Джим и Луиза подстерегли Сару на кухне. После долгого живого обсуждения, в ходе которого обе женщины плакали от радости, Сара немедленно пошла к Тому.
– Клянусь, Сара Кортни, не знаю, что и сказать, – сказал Том. Сара знала, что это его самое сильное выражение удивления. – Ошибки быть не может?
– Луиза уверена. Женщины в таких делах редко ошибаются, – ответила Сара.
– Что ж, кто-то должен разрубить узел и сделать все правильно и по закону.
Том выглядел встревоженным.
– Ты капитан корабля, – язвительно ответила Сара, – и за тобой власть.
Чем больше Том думал об этом, тем больше ему нравилась мысль о внуке.
– Что ж, похоже, Луиза выдержала испытательный срок, – заключил он беззаботно.
Сара подбоченилась – штормовое предупреждение.
– Если это была шутка, Том Кортни, то она совершенно неуместна. Насколько дело касается меня, тебя и всех остальных в мире, Луиза – невеста-девственница, – сказала она.
Том быстро отступил.
– Я в этом убежден и буду драться с любым, кто возьмется утверждать иное. Как ты хорошо знаешь, в нашей семье обычны ранние браки. Луиза красивая и добрая девушка. Думаю, Джиму долго пришлось бы искать, чтобы найти лучше.
– Означает ли это, что ты согласен? – спросила Сара.
– Подозреваю, что у меня нет выбора.
– На этот раз ты подозреваешь верно, – сказала она, и Том поднял ее и расцеловал в обе щеки.
Том поженил их на юте «Духа». Места на палубе для всех не нашлось, поэтому непоместившиеся наблюдали за церемонией с борта «Мести» и с ограды форта. Джим и Луиза дали клятву и расписались в корабельном журнале. Когда Джим перевозил новобрачную на берег, Мансур и его люди дали салют из двадцати одного орудия форта, отчего воины нгуни в страхе разбежались, а с маленькой Лети приключилась истерика, и Баккат с трудом убедил ее, что небо на нее не падает.
– Что ж, – сказал довольный Том. – Это сойдет на какое-то время, пока не найдется священник, который проделает все более верно.
Он снял капитанскую шляпу и сменил роль священника на роль бармена, выбив пробку из бочонка доброго капского бренди.
Смоллбой забил быка, и его целиком поджарили на берегу под фортом. Праздник продолжался, пока бык не был съеден, а бочонок с бренди не опустел.
Джим и Луиза начали строить в пределах форта собственный дом. Множество желающих им помогало, и через неделю они покинули фургон, который так долго давал им кров, и переселились под тростниковую крышу дома с прочными стенами из просушенного на солнце кирпича.
Пришлось заниматься и менее приятными делами. Из подвала, который задумывался как погреб, привели закованного Рашида. Дориан и Мансур, которые по закону ислама были судьями и палачами, увели его в лес, так что из крепости нельзя было увидеть и услышать выстрел. Уходили они всего на несколько часов, но вернулись мрачные, и Рашида с ними не было.
* * *
На следующий день Том созвал семейный совет. Впервые на нем присутствовала Луиза Кортни, новый член клана. Как старейший в семье, Том объяснил, какое решение предстоит принять.
– Благодаря Джиму и Луизе у нас очень много слоновой кости. Лучший рынок сбыта кости – по-прежнему Занзибар, фактории на Коромандельском побережье или Бомбей в царстве Великих Моголов. Занзибар в руках калифа Заяна аль-Дина, так что этот порт для нас закрыт. Я останусь здесь, в форте Предзнаменования, чтобы вести дела компании, и мне потребуется помощь Джима. Дориан поведет корабли на север, взяв столько кости, сколько они выдержат, хотя сомневаюсь, чтобы они увезли хотя бы четверть общего количества. Когда кость будет продана, Дориан займется еще более важным делом, в Маскате. – Он посмотрел на младшего брата. – Попрошу объяснить Дориана.
Дориан, куривший кальян, вынул изо рта мундштук слоновой кости; зубы его все еще оставались белыми и ровными. Он осмотрел круг любимых лиц.
– Мы знаем, что Заян аль-Дин был изгнан бунтовщиками из Маската. Батула и Кумра получили тому подтверждения во время последнего плавания в Оман. Кадем ибн-Абубакер, – при упоминании имени убийцы Ясмини лицо Дориана потемнело, – принес мне предложение присоединиться к совету мятежников, свергнуть Заяна аль-Дина со Слонового трона и начать с ним войну. Мы не знаем, действительно ли совет пытается найти меня, или это была очередная ложь, чтобы заманить меня в когти Заяна. Во всяком случае, я отказался ради Ясмини, но эта попытка защитить ее привела к смерти.
