5.
Что говорить о стремлении к славе, если даже простое тщеславие и безумие толкают людей на такие же подвиги. Скольких бездельников тщеславие побудило взяться за ремесло гладиатора, а некоторые из тщеславия даже участвуют в звериных травлях и считают, что шрамы от когтей и зубов сделают их привлекательнее. Другие обрекают себя на сожжение, лишь бы им позволили пробежаться в горящей рубахе[448]; а третьи готовы терпеливо расхаживать под ударами бичей из воловьей кожи. Не случайно Бог допускает в миру такое, но для того, чтобы поощрить нас сейчас или привести в смятение в день Страшного суда, если мы побоимся ради истины и себе во спасение вытерпеть то, что другие терпят ради тщеславия и себе на гибель.
6.
Впрочем, оставим примеры стойкости, проистекающей из тщеславия. Обратимся к примерам несчастных случаев, чтобы они убедили нас стойко встречать то, что иным приходится претерпеть и невольно. В самом деле, сколько людей сгорают живьем при пожарах! Сколько растерзано хищниками в лесу или в амфитеатре, когда звери, перескочив рвы, нападают на зрителей! Скольких разбойники пронзили мечами, а неприятели даже распяли на кресте, предварительно замучив издевательствами и пытками! Всякий может даже из верности человеку[449] претерпеть то, что не решается претерпеть из верности Богу. Наше время дало тому много примеров, когда особы знатного рода погибают смертью, какой не должны бы подвергаться по своей знаменитости, достоинству, возрасту или красоте. И все это они претерпевают либо от того человека за то, что изменили ему, либо от его противников, за то, что сохранили ему верность.
1.
Достойные исповедники Іисуса Христа, предназначенные на мученіе! Въ то время, какъ Церковь, общая наша матерь и владычица, занимается доставленіемъ вамъ пищи, въ которой имеете вы нужду для поддержанія тела своего, въ то время, какъ братья ваши посещаютъ васъ въ темнице для принесенія вамъ части плода отъ посильныхъ своихъ трудовъ, позвольте, чтобъ я съ другой стороны споспешествовалъ вамъ, чемъ могу, къ облегченію вашей души; ибо вамъ известно, что человекъ напрасно питаетъ плоть свою, когда нетъ пищи духу его, и если онъ печется о телесныхъ немощахъ, то темъ паче долженъ заботиться о болезняхъ душевныхъ, которыя гораздо опаснее телесныхъ. Но кто я, чтобы сметь мне давать вамъ поученія! Припомните однакожъ, что гладіаторы иногда возбуждаются къ мужеству нетолько начальниками и руководителями своими, но и посторонними нисколько неискусными людьми: народъ издали ихъ ободряетъ, и каковъ онъ ни есть, но часто голосъ его бываетъ действительнее, нежели голосъ знатоковъ искуства.
И такъ прежде всего подумайте о томъ, чтобы не оскорбить Духа Святаго Божія (Ефес. 4:30), сопровождавшаго васъ въ темницу, въ которую не были бы вы и заключены, если бы Онъ не вошелъ туда вместе съ вами. Поступайте такъ, чтобъ Онъ съ вами всегда пребывалъ, и чтобъ изъ сего печальнаго места привелъ Онъ васъ во славу Божію. Я знаю, что темница бываетъ часто крепостію діавола, въ которую ввергаются обыкновенно рабы его; но вы, священные Атлеты, вошли въ нее единственно для того, чтобы восторжествовать надъ симъ гордымъ врагомъ въ самой его крепости, хотя вы терзали его уже и въ другихъ местахъ. Да не похвалится онъ темъ, что вы у него въ когтяхъ, что онъ изнуритъ васъ голодомъ, скукою, взаимными несогласіями; да убежитъ онъ отъ васъ, да сокроется въ глубокихъ и срамныхъ пещерахъ, и да пресмыкается тамъ, какъ ядовитая змея, изгнанная посредствомъ волхвованія. Да не будетъ онъ столько счастливъ, чтобы сражаться съ вами и победить васъ у себя дома: да обрящетъ васъ во всякое время готовыми и вооруженными доспехами любви. Миръ вашъ составляетъ жестокую для него войну: миръ столь вожделенный и драгоценный, что многіе верующіе обыкли приходить въ темницы ваши молить васъ объ испрошеніи имъ мира сего для вступленія въ общеніе Церкви. Вамъ надобно сохранить между собою любовь сію и миръ сей, дабы могли вы сообщать ихъ другимъ.
Сердечно желаю, чтобы всякаго рода другія заботы ума сопровождали васъ только до темничныхъ дверей, равно какъ чтобъ и родственники ваши не провождали васъ далее. Тутъ разлучились вы съ міромъ: не жалейте, что съ нимъ распрощались. Зная, что міръ самъ по себе есть истинная темница, вы уразумеете, что вы какъ бы вышли изъ темницы своей, а не вошли въ нее. Действительно: темна ли темница ваша? Міръ еще более покрытъ густымъ мракомъ, ослепляющимъ умъ. Находитесь ли вы въ оковахъ? Міръ носитъ тягчайшія цепи, изнуряющія душу. Заразительно ли жилище ваше? Міръ преисполненъ вредныхъ испареній, несравненно несноснейшихъ: это соблазны и распутства сладострастія. Сравнены ли вы съ преступниками? Міръ заключаетъ въ себе гораздо более виновныхъ, я хочу сказать, весь родъ человеческій. Зависитъ ли жизнь ваша отъ Проконсула, угрожающаго вамъ своимъ приговоромъ? Міръ долженъ одержимъ быть бóльшимъ страхомъ во ожиданіи страшнаго суда Божія.
2.
Согласитесь же, знаменитые исповедники, что вы перешли только изъ темницы въ убежище. Признаюсь, что жилище ваше мрачно; но сами вы светъ живый. Вы связаны путами; но вы свободны въ Боге. Вы дышете заразительнымъ воздухомъ; но предъ Богомъ вы воня благоуханія. Вы ожидаете приговора судіи; но придетъ время, когда вы судить будете самыхъ судей вашихъ. Да предаются печали другіе люди, воздыхающіе объ услажденіяхъ века сего. Христіанинъ отрекся отъ міра сего, прежде нежели вышелъ изъ него; но въ темнице долженъ онъ отречься и отъ того, что только можетъ усладить горечь ея. Въ какомъ бы месте міра сего вы ни находились, до того дела нетъ: вы уже оставили міръ; и если вы лишились чрезъ то какого удовольствія въ жизни: то какой выгодный сделали вы торгъ, променявъ малое на великое? Но не станемъ теперь говорить о наградахъ, обещанныхъ Богомъ мученикамъ.
Продлимъ сравненіе жилища міра съ жилищемъ темницы, и посмотримъ, выигриваетъ ли душа въ семъ последнемъ более, нежели сколько тело можетъ потерять въ немъ. Скажемъ лучше еще: тело тутъ ничего не теряетъ: оно находитъ все нужное посредствомъ попеченія Церкви и любви верующихъ, между темъ какъ душа обретаетъ всякую помощь, потребную для поддержанія веры. Тутъ по крайней мере не видите вы идоловъ ложныхъ боговъ, не встречаете ихъ изображеній, не обязаны присутствовать на празднествахъ язычниковъ, не заражаетесь святотатственными испареніями, не оглушаетесь безумными восклицаніями театра и цирка, не бываете свидетелями бешеной жестокости гладіатора и срамныхъ телодвиженій комедіанта. Глаза ваши не обращаются на сіи проклятыя места, посвященныя распутству: вы въ безопасности отъ соблазновъ, искушеній, дурныхъ помысловъ, и отъ самаго даже гоненія. Темница даетъ средства Христіанину находить въ ней те же выгоды, какія пророки находили некогда въ пустыне. Іисусъ–Христосъ не редко искалъ уединенія, чтобъ иметь более свободы молиться и убегать отъ заботъ века сего. Онъ явилъ ученикамъ и самую славу Свою также въ уединенномъ месте (Матѳ. гл. 17).
Перестанемъ же именовать темницею то место, где вы находитесь. Назовемъ его лучше убежищемъ. Хотя въ немъ тело ваше и заключено; но душа всегда свободна. Вы можете простираться тамъ духомъ своимъ такъ далеко, какъ пожелаете, представляя себе не мрачные ходы или длинные портики, но надежный путь, ведущій прямо къ Богу. Вы всегда будете находиться вне темницы, какъ скоро такимъ образомъ станете проходить сей божественный путь. Тело не чувствуетъ тягости оковъ своихъ, когда душа обретается на небесахъ: она уноситъ съ собою всего человека, и переноситъ его туда, куда захочетъ. Впрочемъ идеже есть сердце ваше, ту будетъ и сокровище ваше (Матѳ. 6:21). Потщимся же поступать такъ, чтобы сердце наше всегда находилось тамъ, где мы желаемъ обрести истинное благо.
3.
Пускай однакожъ темница и безпокойна будетъ для Христіанъ. Но разве мы не вербованы въ воинство Іисуса–Христа, съ техъ поръ какъ крещеніе къ тому насъ удостоило? Воинъ же не долженъ ожидать, чтобы война производилась на поляхъ, исполненныхъ пріятностей. Чтобы вступить въ сраженіе, ему надобно не съ мягкой и покойной постели вставать, по выходить изъ лагеря, где жесткость земли, суровость воздуха и грубость пищи пріучили уже тело его къ трудамъ. Во время даже мира, воины занимаются военными экзерциціями. Они ходятъ не иначе, какъ покрытые оружіемъ; бегаютъ, показывая видъ, что атакуютъ непріятеля; производятъ окопы; делаютъ приступы; покрываются пóтомъ и пылью при сихъ занятіяхъ, чтобы пріучить тело къ усталости, и одушевиться мужествомъ. Они легко переходятъ изъ тени на солнце, изъ хорошаго времени на дождливое, изъ тишины на шумъ, изъ шума на тревогу: сбрасываютъ съ себя тунику, чтобы надеть латы. — Такимъ образомъ, знаменитыя служительницы Іисуса–Христа (я обращаю речь и къ вамъ), какъ бы жестоки ни казались вамъ неудобства темницы, но вы должны считать ихъ для себя какъ бы упражненіемъ для испытанія силъ тела и души вашей.
