Долина продолжала шириться. На пути Ричарда попалось еще несколько бананов с гроздьями зеленых плодов, а также одно удивительное дерево, растущее на берегах ручья. Его ствол был округлым, как у пальмы, ветки такими же прямыми, но ствол усеивали шишковатые наросты, а крона напоминала гигантский папоротник. Папоротник высотой в сорок футов!
Ричард то и дело замечал новые разновидности птиц, среди которых ему попались два зимородка: один бурый, а второй – радужный синевато-зеленый, оттенка воды в лагуне. Но самая загадочная птица, которую Ричард увидел, только когда она пошевелилась, казалась продолжением обросшего мохом пня, на котором она восседала. Превращение было внезапным и пугающим, Ричард невольно вздрогнул. Его новым знакомым был огромный попугай.
– Привет! – воскликнул Ричард. – Ну, как поживаешь?
Попугай склонил голову набок и уставился на непрошеного гостя. Ричарду хватило ума не протягивать к нему руку: громадный, изогнутый черный клюв был достаточно мощным, чтобы отхватить ему палец. Присмотревшись и решив, что незнакомец не достоин внимания, попугай взмахнул крыльями и скрылся в зарослях широколистных кустов на берегу ручья.
На обратном пути Ричард увидел куст, который мог бы соперничать с лесными титанами: его ствол был гладким и розовым, а ветки усыпаны не только листьями, но и яркокрасными ягодами размером с мелкую сливу. Ричард застыл в замешательстве. За несколько недель до смерти незадачливый пильщик Уэстбрук попробовал местный фрукт и чуть не умер. Ричард сорвал одну ягоду и обнаружил, что она твердая и неподатливая: очевидно, плод еще не созрел. «Я попробую его потом, – решил Ричард. – От одной ягодки вреда не будет».
Солнце уже клонилось к западу, когда Ричард вернулся по своим следам и очутился в долине Артура; пора было готовить ужин. Остров был удивительным местом, не сравнимым по красоте с Новым Южным Уэльсом. Другие деревья, другая почва, холмы, камни – и ни единой травинки. Может, это результат первой попытки Бога создать твердь из морской воды? Или его последняя попытка? Если последняя, тогда понятно, почему здесь нет аборигенов. Такой человек, как Джимми Тислтуэйт, сказал бы, что Бог пришел к выводу: человеку не место среди его творений.
– Тут водятся змеи? – спросил Ричард Ната Лукаса, с которым крепко подружился, как и с семидесятилетним стариком Диком Уиддикомбом. Кому понадобилось посылать его в колонию?
– Если и водятся, то пока их никто не видел, – ответил Нат. – Никто не встречал здесь и ящериц, лягушек или пиявок. Из животных тут повсюду одни крысы, хотя они не похожи на наших крыс. На Норфолке они светло-серые, с белым животом и не такие крупные.
– Но едят все, что попадется, – добавил Нед Уэстлейк. – Крысы везде одинаковы.
На рассвете Ричард направился на восток, по песчаному пляжу Черепашьего залива, а потом перебрался через скалистый утес и очутился на еще одном прекрасном пляже, вблизи которого не оказалось рифов. На берегу валялись окаменевшие бревна, полузасыпанные песком, а вдали возвышалась массивная скала. Здесь же Ричард нашел еще один сосновый лес: сосны росли повсюду, и везде их заросли были непроходимыми. Обойти лес можно было только одним способом: взобравшись на скалу и пройдя по узкому каменному карнизу, под которым бушевало море. Погода стояла чудесная, с северо-запада дул свежий ветерок. Начинался отлив, и Ричард рассудил, что успеет вернуться обратно до прилива. Два ручейка сливались на равнине, за которой расстилалась изумительная аквамариновая гладь залива. Ричард несколько раз безуспешно попытался взобраться на скалу, чтобы подойти поближе к заливу, и наконец сдался.
Вернувшись на берег Черепашьего залива, он встретил там двух незнакомых каторжников. Перед ними на спине лежала гигантская черепаха. Беспомощное животное слабо перебирало лапами в воздухе.
Как выяснилось, двое незнакомцев – братья. Судя по всему, им не довелось побывать в какой-нибудь из английских тюрем. Оба были молодыми и выглядели вполне благопристойно; на загорелых лицах блестели карие глаза, на лбы спадали каштановые пряди волос.
– А ты, должно быть, Морган, – сказал один. – Я – Роберт Уэбб, а это мой брат Томас. Зови нас полными именами, так мы привыкли. Помоги нам связать эту красавицу: завтра на ужин у нас будет черепашье мясо.
Ричард помог братьям обвязать черепаху веревкой поперек груди, ниже передних лап.
– Мы огородники, – продолжал младший, но более общительный Роберт. – Хорошо, что сюда прислали женщин. Томас до них не охотник, а я уж было совсем отчаялся.
– Кого же ты выбрал? – с любопытством спросил Ричард.
– Бет Хендерсон. Она славная. А это значит, что наши с Томасом пути разошлись, – жизнерадостно продолжал Роберт, брат которого поморщился. – Он уйдет к мистеру Олтри в долину Артура – там как раз разбивают огород.
Черепаху столкнули в воду и потащили вдоль берега залива. Ричард помог братьям Уэбб вытащить ее на пляж возле места высадки, а потом направился к себе домой.
– Тебя искал лейтенант Кинг, – сообщил Джо.
Вздохнув, Ричард отправился на поиски коменданта и нашел его возле второй лесопилки, яму которой необходимо было укрепить досками.
– Там поймали черепаху, сэр, – доложил Ричард, поздоровавшись.
– О, прекрасно! Просто замечательно! – Кинг заулыбался, глядя в глаза старшему пильщику. – Я не разрешаю ловить сразу по несколько черепах, иначе скоро их тут не останется. А еще я запрещаю собирать черепашьи яйца. Черепах здесь не так много, как на острове Лорда Хоу, так зачем их истреблять?
– Вы правы, сэр.
И лейтенант Кинг тут же продемонстрировал одну из досадных граней своей натуры: он начисто забыл о том, что сказал два дня назад, когда поздравил пильщиков и велел им отдыхать до понедельника.
– Завтра вы снова начнете работать, – заявил он, – а потом мы приступим к строительству третьей лесопилки в долине, неподалеку от будущей запруды. Значит, нам понадобятся рабочие руки. Насколько я понимаю, это тяжелая работа, с которой справится не каждый, поэтому ты сам выберешь людей, Морган. Можешь выбирать кого угодно, но только не плотников. Навес над старой ямой уже построили, так что завтра же берись за работу: нам нужны доски для крыши амбара. В субботу вам тоже предстоит работать на меня, хотя этот день по праву принадлежит вам. Надо достроить амбар до того, как начнется уборка урожая. – И он кивнул, давая понять, что разговор окончен. – Подумай хорошенько, Морган, а в понедельник назови мне тех, кого ты выбрал.
– Хорошо, сэр, – тупо отозвался Ричард.
Для двух лесопилок потребуется четыре бригады, для трех – шесть. Значит, самому ему даже не представится случая взяться за пилу! Научить Неда Уэстлейка, Билла Блэколла и Гарри Хамфриса работать напильником Ричарду так и не удалось. Способности обнаружились лишь у Уилла Марринера, которого Ричард решил оставить точильщиком на старой лесопилке, чтобы самому перебраться в долину Артура. Пилы приходилось точить после распилки каждого десяти– или двенадцатифутового бревна. Но кто согласится взяться за эту работу? Каторжники ненавидели ее, считали самой грязной. Лена Дайера, Томаса Джонса, Джоша Пека и Сэма Пикетта Ричард отмел сразу. Джон Райс, один из первых колонистов, прибывших на остров, был крепким малым, но занимался плетением веревок. Джон Мортимер и Дик Уиддикомб слишком стары, Ной Мортимер – бездельник, которому лень даже пошевелить пальцем. Если человек ненавидит физический труд, его придется постоянно подгонять – именно таков Ной. Под стать ему был и еще один юноша, Чарли Маклеллан.
