Все поклонники, конечно, и так прекрасно знали биографию Далилы. «Барс» она рекламировала всегда и везде. Сейчас девушка просто решила порисоваться и показать свою мнимую принципиальность.
– Конечно, конечно, Далила Евгеньевна, – кивнул ведущий.
Белоусов расхохотался – он слышал отчество своей подруги первый раз в жизни. Да и то – в паспорт к ней он не заглядывал, а называл только по имени. И с родителями, к счастью, знаком не был.
– Но злые языки поговаривают, что именно корпорация «Барс» и ее президент Олег Белоусов помогли вам стать звездой… Это так? – продолжил ведущий.
Белоусов довольно улыбнулся. Парнишка не промах и перед Далилкой не пасует. Но сейчас она его срежет…
– Видите ли, Максим, трудно войти в шоу-бизнес, не имея совершенно никакой поддержки. Не невозможно, но трудно. Нужны годы кропотливой и тяжелой работы. Когда твои проекты готовы финансировать, дело упрощается. Один существенный момент. Если деятельность некоторых певиц убыточна, то вложения «Барса» в мое творчество давно оправдались. В мае я собираюсь принять участие в конкурсе «Евровидения» – тогда и увидим, купленная ли у меня известность у нас в стране, или настоящая…
Максим скептически улыбнулся, всем своим видом показывая, что конкурс «Евровидения» судят такие же люди, как и у нас. Их тоже можно купить. Вопрос только в цене.
– Правда ли, что вы выступаете под фонограмму? – задал он дежурный вопрос, чтобы собраться с мыслями.
– А давайте я вам сейчас спою, – предложила Далила.
– Без аккомпанемента? – удивился ведущий. – Не боитесь? Студийный микрофон может исказить звук…
Далила лишь очаровательно улыбнулась. И запела. Ее голос поднимался и опускался, вибрировал, звучал подобно чарующей скрипке. Белоусов, сидевший у экрана, едва не прослезился. А Максим, который сидел в студии и слышал пение девушки без искажений, вдруг замечтался, расслабился и уставился в дальнюю точку студии. Далила закончила петь, а Максим все молчал. Ситуация складывалась довольно забавная. Из операторской ведущему интенсивно махали руками, но он, казалось, забыл обо всем. Далила с улыбкой наблюдала за собеседником.
Оператор эфира быстрее всех сообразил, как спасти ситуацию. Он включил заранее подготовленный клип Далилы, а к Максиму подошли и грубо дернули его за плечо.
– Вот видите, – шепнула ему Далила. – А вы говорите – купленная известность.
Белоусов слегка удивился, когда без всякого предупреждения включили клип. С законами телевидения он был знаком слабо и еще раз с удовольствием послушал, как поет его женщина. После клипа на экране вновь появился взъерошенный ведущий.
– Ходят слухи, Далила Евгеньевна, что вы поддерживаете деятельность продвиженцев.
– Поддерживаю, – спокойно согласилась Далила. – Помогаю им во всем, в частности, в строительстве храма. Еще в детстве я мечтала встретиться с разумными инопланетными существами. Вселенная бесконечна и полна жизни. Причем многие цивилизации начали развиваться гораздо раньше нашей. Наша ведь еще находится в младенческом возрасте. Храм, который строят продвиженцы, не совсем храм. Он олицетворяет собой нашу готовность к контакту. В чертежи здания заложена мудрость египетских и вавилонских жрецов, ацтекских правителей, членов тайных орденов Средневековья. Мы тщательно собирали сведения о палеоконтактах и почерпнули много ценного. Надеюсь, что, когда строительство храма будет завершено, буквально через несколько дней нам удастся установить контакт с представителями внеземного разума. Собственно, как только мы освятим храм, в нем появится инопланетное существо. Это будет дверь между мирами.
Максим недоверчиво хмыкнул и покачал головой:
– Скоро мы сможем проверить ваши теории. Когда вы откроете храм?
– Сразу после моей свадьбы, – очаровательно улыбнулась девушка. – Четырнадцатого апреля.
– Газеты пишут, что вы выходите замуж десятого? – поинтересовался Максим. – Где будет проходить церемония?
– Я не хотела бы разглашать свои маленькие секреты, – заговорщицки подмигнула ведущему Далила. – Все будет просто и скромно. Конечно же, мы не поедем за границу. Работы много. Нас распишут в самом обыкновенном загсе, и мы будем продолжать работу над храмом.
– К чему она опять приплела храм? – удивился Белоусов. Он в последнее время как-то не верил, что свадьба состоится.
Зачем он нужен, старый и малоизвестный, молодой и преуспевающей Далиле?
– Счастливой вам семейной жизни, хороших детей, – пожелал ведущий.
– И вам, – некстати ответила Далила. Студию отключили, на экране вновь пошел клип Далилы с титрами поверх картинки.
рам, собственно говоря, уже был построен. Оставалось только произвести внутреннюю отделку, благоустроить территорию вокруг. Плакаты с изображениями того, как будет выглядеть здание, имелись рядом со стройплощадкой.
Храм представлял собой желтую четырехстороннюю пирамиду, которую венчал круглый зеркальный купол. Выглядела композиция не ахти как красиво, но довольно оригинально. Строение должны были окружать травяные лужайки с низкими заборчиками.
– Что скажешь, Брентон? – спросил Ульфиус у своего ученика.
– На мой поверхностный взгляд – обычное место. И обычное здание, – заметил молодой авенорец.
– Мне почему-то тоже так кажется, – заметил Ульфиус.
– А что вы хотели здесь увидеть? – спросил Молоканов. Он еще не совсем оправился после полета на «БМВ», но постепенно приходил в себя.
– Всякое, – пожал плечами Ульфиус. – Но не хотели, а ожидали.
Виктор подумывал уже о том, что нужно покидать эту странную компанию как можно скорее, когда Сергей взял инициативу на себя.
– Когда у тебя выборы? – спросил он.
– Седьмого апреля, – ответил Молоканов.
– Хочу рекомендовать тебе крупного выборного специалиста. – Сергей кивнул на Брентона. Они уже успели перемигнуться с Ульфиусом, и тот предложил выделить в помощь Молоканову молодого авенорца. Сергей совершенно не представлял, чем Брентон сможет помочь кандидату в депутаты. – Опытный работник, к тому же сможет финансировать кампанию.
– Да ну? – выдохнул Виктор. Денег ему не хватало даже на дешевые листовки. – А какой ему интерес?
– Практика, – неожиданно сказал правду Сергей. – Он диссертацию о России пишет. Любой опыт интересен.
– Поедем в гостиницу, – предложил Брентон. – Снимем два номера, в одном устроим штаб. И пойдет работа!
– Дело! – восторженно выдохнул кандидат в депутаты.
Владимир Петрович Кравчук возвращался в свои владения. У бывшего шефа «Барса» появилась благообразная короткая бородка. Одет он был скромно, но со вкусом: костюм, галстук, белая рубашка. Рядом шел крупный мужчина в глухом темном плаще – не иначе телохранитель.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
