чутьё, вырабатываемое долгой практикой. Боевые приёмы зачастую осваиваются легче.
Несмотря на тот факт, что воины в социальной иерархии стоят на вершине, они далеко не всегда богаты. Мастера мирных профессий зачастую зарабатывают лучше, причем не подвергая себя опасности. Ещё одна причина, по которой люди отказываются восходить на первую ступень. Вернее, отказываются получать пояс. Формально ничто, кроме традиций, не мешает ремесленнику прийти в Обитель Испепелителя, чтобы посидеть там на престоле. Только воином его не признают.
Основную работу выполняли строители, на долю остальных выпало доделывать за ними всякие мелочи. Колья рубить, строгать, втыкать в берега, ловчие ямы рыть, замуровывать склады дерном и подручными материалами. Чудища не польстятся на упряжь или мешок с гвоздями, однако ничто не помешает им просто так снести здание, из которого доносится ненавистный человеческий запах. Поэтому то, что не получалось перенести в острог, пытались спрятать.
Почему темные твари ненавидят людей? Думаю, из-за сходства с их создателями. Судя по сохранившимся изображениям, Ушедшие Боги были гуманоидами и внешне очень походили на нас.
Вечерняя суета продолжалась недолго, до темноты. Некоторые порывались продолжать окапываться при свете факелов, но старшие погнали их отсыпаться. Орда придет дня через три, ей тоже надо чем-то питаться, отдыхать, от неё отщипывают кусочки конные отряды, посланные для задержки. Время ещё есть.
Времени больше нет. Закончилось.
Два дня и две ночи пролетели незаметно, слившись в сплошную череду мелких дел и кусочков тревожного сна. Передовые отряды чудовищ, ведомые младшими вожаками, показались под конец второго дня. Их ждали. Предупрежденные разведкой люди успели спрятаться в укреплениях, снаружи остались только небольшие группы воинов, готовящих огненную встречу незваным гостям.
Самые первые стаи орды попытались сходу вломиться в село. Их даже не подпустили к стенам, истребив площадными заклятьями, заодно лишний раз выжгли предполье. Группа из нескольких десятков бывших кабанов, окруженная всякой мелочью в качестве поддержки, не успела набрать нужную скорость и войти в ближний бой. Полыхнуло жутко, слитный удар нескольких витязей шестой ступени огненным валом прокатился метров на пятьсот расходящимся конусом. Уцелевшие твари рванули назад, под защиту вожаков, неся им сообщение — враг! Враг!
Всю ночь и следующий день нарастало число стычек. Первыми в орде идут не самые умные чудища, их задача — найти, вцепиться, сообщить ведущим стай. Тем, кто достаточно разумен, чтобы прогнуть под себя других вожаков и заставить их подчиняться. Верхушка орды способна на время обуздывать инстинкты, темные твари под их руководством не бросаются слепо на людей, а используют кое-какую тактику. Например, их умишка хватает понять, что в темноте люди видят хуже, поэтому основной штурм начнётся ночью.
Пока избранные воины сдерживали первый натиск, остальные вкалывали без отдыха. Повторюсь — нам безумно повезло, что в селе оказались мастера работы с землёй и другие строители, без них пришлось бы намного тяжелее. За два дня они успели создать полноценную стену и укрепить её башнями. Да, стена земляная, но её внешний край оплавлен до состояния стекла, как и вырытый перед ней глубокий ров. Жаль только, что некоторые чудища способны перемахнуть его одним прыжком…
Никаких ворот предусмотрено не было. Те, кто пойдёт на вылазки, прекрасно спрыгнут со стены и заберутся обратно сами, возможное подкрепление не станет прорываться во Мшинское, его задача не снять осаду, а истребить всех чудищ. Зато через каждые сто шагов вперед выдавалась башня, в прорези которой было так удобно бросать заклятья, убивая подобравшихся слишком близко атакующих. Всё сделано либо из земли, либо из укрепленного дерева. Лучше бы, конечно, камень, но хорошего камня у нас мало и работать с ним сложнее, дольше.
Для отступающих оставили единственный узкий проход, который потом наглухо завалят.
Надо сказать, особого страха люди не проявляли. Во-первых, смерть всегда рядом, к ней привыкли и относятся без пиетета, во-вторых, дорожные рабочие и другие завербованные трудяги знали, на что шли. Они чего-то примерно такого ждали и теперь даже слегка радовались, что первый удар примут на своей земле, где духи предков помогают. Поэтому в селе царила деловитая суета, подкрепляемая умелым руководством. Управленцы во главе стройки стояли очень толковые. Они в первый же день разделили всех людей на бригады, каждой выделили участок для укрепления и организовали бесперебойную работу с непрерывным подвозом припасов, горячей еды и воды. Даже легкие навесы для сна построили, где можно было в перерывах полчасика покемарить.
Должен сказать, что эти два дня в очередной раз заставили меня пересмотреть ориентиры. Раньше я сосредотачивался исключительно на воинских науках, считая, что они позволят мне прожить долго и, с большой степенью вероятности, счастливо. В целом моё мнение осталось неизменным. Здесь, если ты не способен защитить себя и своих близких, ты — никто. В прошлой жизни, по большому счёту, было так же, но там неприглядная правда маскировалась законодательством, средствами массовой информации, воспитанием и много чем ещё. Тут реальность ничем не прикрыта и по-своему честна, хоть и некрасива.
Посмотрев на мастеров-строителей и пообщавшись с ними, я понял, что упускаю нечто важное. Эти люди, несмотря на слабость в боевом плане, очень сильны и влиятельны — разговаривают с ними с явным уважением. Они входят в часть общества, на которую я прежде не обращал внимания и, похоже, зря. Местный социум устроен сложно, без понимания, как он функционирует, высокое положение в нём не займёшь. Не то, чтобы я стремился стать боярином или старшим старцем в Обители, просто доступ к знаниям и личный статус почти всегда связаны.
Второе наблюдение: воины высоких ступеней в обязательном порядке владеют мирными профессиями. Обычно целительством, но не обязательно. Похоже, оставаться узким специалистом можно только до определенного уровня, дальше поневоле приходится постигать смежные профессии для получения необходимых в дальнейшем развитии навыков. Поэтому имеет смысл сразу расширять пул возможностей, наращивать доступную базу. В общем-то я так и делал, изучая целительство и артефакторику, просто не нужно ими ограничиваться.
— Вон наши скачут, — указал рукой дядя Деян. — Скоро будут здесь. Видишь, огнём полыхает?
— Вижу, — кивнул я.
— Их чудища преследуют. Те гридни, что силы сохранили, едут последними и заклятья кидают.
Мы находились на площадке одной из башен. Наступил вечер второго дня, накрывающая землю темнота мешала увидеть, кто именно приближается к Мшинскому, зато хорошо позволяла рассмотреть бросаемые беглецами огненные заклятья. Жаль, но лесного пожара не будет. Темные твари не любят огонь и стараются затушить его при любой возможности.
— На входе не догонят?
— Не должны. А если и догонят — глянь по сторонам. Наши ждут уже.
Действительно, на стенах
