Прототип устройства судорожно собирал Андрей Климов, пока его компаньон знакомился с гостями в одном из московских ресторанов. Артем мирно беседовал с представителями фонда, улыбался и с ужасом думал, что будет завтра. Завтра наступило, но устройство все еще не было готово к демонстрации. Времени катастрофически не хватало. Чтобы выиграть время, Юхин возил инвесторов по Москве извилистыми маршрутами.
В конце концов, они все приехали в офис фирмы. Предвидя недоумение гостей, Артем уже подбирал в голове формулировки для объяснений. Но произошло чудо – аппарат неожиданно заработал. По иронии судьбы на первых удачных снимках были запечатлены лица представителей MyQube.
При этом технические решения, предложенные Юхиным, были оригинальны, но не более того. Нобелевская премия ему не «светила», а «хэдхантеры» из международных корпораций не охотились за ним. Секрет его успеха не столько в уникальности разработки, сколько в ориентации на глобальный рынок, готовности преодолеть культурный барьер и принять чужие правила игры.
Они долго торговались – фактически камнем преткновения была убежденность москвичей в том, что компанию нужно создавать в России и разработчики должны быть тоже из России. Это снижало привлекательность условий, но в конечном итоге россияне все-таки настояли на своем.
Сотрудничество с фондом обязывало к постоянному достижению результатов, иначе финансирование может быть в любой момент прекращено. Работа шла в очень жестком режиме. Каждый месяц представители MyQube заслушивали отчет фирмы и ставили новые задачи. В случае их невыполнения все инвестиции были бы заморожены.
«Мы вскочили в последний вагон, – говорил Артем. – После нас MyQube деньги ни в кого не вкладывал, a start up (т. е. начальный этап, когда фирма встает на ноги) стало ругательным словом. Темпы были совершенно сумасшедшие, за три месяца мы делали то, на что в НИИ потратили бы три года. Жили в офисе, спали на столах.
Start up – это значит забыть про семью, вообще про все. Кроме того, в течение года A4Vision должна была найти стратегических партнеров».
А ведь фирме пришлось искать партнера в период, когда «все не только никуда не инвестировали, но и пытались продать то, что у них есть, хоть в 100 раз дешевле». Юхина опять стали называть чудаком.
Когда грянули теракты в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года, повышенным спросом стали пользоваться технологии безопасности. Совет директоров A4Vision единогласно высказался за продвижение технологии на рынок систем безопасности. Их наработки легко поддавались конвертации в антитеррористические средства распознавания внешности.
«Злые языки говорили: вот, вы воспользовались 11 сентября, – позже рассказывал Юхин. – А было наоборот. 2001 год, разгар кризиса, у нас деньги на исходе. И либо мы найдем инвестора, либо загнемся. Кризис жутчайший: программистов увольняли десятками тысяч. А мы – российская компания, которая пытается привлечь деньги в США, где и своим приходилось туго».
Дело было в том, что две американские компании после 11 сентября заключили контракты, пообещав, что их система, по фото распознав человека, найдет его, например, даже на футбольном матче. Но в итоге этого сделать не удалось. Потому нашим героям после 11 сентября было очень трудно. Они устраивали по пять презентаций в день, говоря: «У нас система распознавания лица». И все тут же начинали зевать: «Это же не работает!»
Ситуация была бы практически безвыходной, если бы A4Vision не удалось добиться внимания, так сказать, культовой фигуры, акулы большого бизнеса – итальянца Энзо Торрези. Он – известнейший предприниматель в области инновационных технологий, его называют венчурным Генри Фордом, пионером и легендой Силиконовой долины, знаменитой своими компьютерными разработками.
«Друзья отправили синьору Энзо около 50 писем с просьбой устроить презентацию A4Vision в Силиконовой долине. На первые послания миллиардер, который дружит с Биллом Гейтсом, не отвечал. Потом заявил, что ему это не интересно. В конце концов, он согласился встретиться. А спустя некоторое время Торрези стал председателем совета директоров A4Vision, а офис фирмы был устроен на его шикарной вилле. Так Юхин с Климовым смогли добиться внимания гигантов американской IT-индустрии.
Прошло еще три года, и в ходе второго этапа инвестиций компанию профинансировал лично Лари Эллисон, глава Oracle, сам создавший с нуля компанию, ставшую сейчас крупнейшим в мире производителем программного обеспечения. Во втором этапе также приняли участие стратегические инвесторы – крупнейшие в мире интеграторы: NTT (Япония), ST (Сингапур Технолоджи). A4Vision превратилась в русско-итало-швейцарско-американскую компанию с офисами в Калифорнии и Швейцарии и командой разработчиков в Москве.
На работу Юхин принимал студентов и выпускников компьютерных специальностей крупных вузов страны. При этом никогда не брал отличников, так как у них, по его словам, отсутствует «креатив».
В марте 2003 года под эгидой ООН 188 стран подписали так называемое Ньюорлеанское соглашение, провозгласившее, что основным методом идентификации в загранпаспортах и визах будет биометрия лица. Отпечатки пальцев и распознавание по радужной оболочке глаза каждая страна может использовать по своему усмотрению лишь как дополнительную меру. В новый проект международного стандарта на формат данных, хранящихся в паспортах, уже включили биометрику, разработанную фирмой Юхина.
Артем Юхин стал членом международного исполнительного комитета по стандартизации информационных технологий (INCITS) и работает в технической комиссии (Ml) по биометрии, где активно участвует в разработке международных стандартов по биопаспортам.
Сейчас их с Андреем проект «оброс» консорциумом, в который входят известные компании ID Technology Partners, Logitech, Motorola, Oracle, and Unisys Corporation. Консорциум ставит целью вывод этого стандарта на широкий рынок.
«Для этого мы пошли на необычный для отрасли шаг и открыли информацию о стандарте хранения данных, – пояснил Юхин. – С одной стороны, мы облегчили жизнь нашим конкурентам. Зато с другой – обеспечили возможность быстрого развития в будущем.
У нас еще слишком много нереализованных возможностей – в Штатах, Европе, Юго-Восточной Азии, России. Биометрический рынок – это rocketing market: он взлетает, как ракета. До момента, когда с этой ракеты нужно будет слезать, думаю, еще далеко».
Разработки A4Vision ставят в банки, аэропорты, на вокзалы. Авторы получили грант от правительства США за разработку считывателя электронных транспортных документов для спецагентов и дорожной полиции: в США уже все водительские права электронные – с трехмерной маской. Эту технологию включили в проекты биометрических паспортов Сингапура, Англии, Франции.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
