Б) что остатки подобных растений были найдены при раскопках "тех пещер, росписи которых, по мнению авторов модели, возникли под воздействием транса, вызванного приемом ЛСД, мескалина и псилоцибина" [1558]. Именно это, как утверждают авторы статьи, позволяет "эмпирически проверить достоверность данной модели" [1559].
Устаревшие источники или отсутствие новых исследований?Между двумя этими главными пунктами обвинения кроется целый ряд более мелких придирок. В частности, Бан и Гельвенстон обвиняют Льюиса-Вильямса и Доусона в том, что они неверно употребляют нейропсихологическую терминологию [1560], а то, что они называют шаманизмом, вовсе не является таковым [1561]. Кроме того, Льюису-Вильямсу и Доусону ставят в вину то, что они пользуются материалами, большая часть которых была опубликована до семидесятых годов двадцатого века. А это значит, что содержащиеся в них факты попросту устарели [1562]. Наконец, существует так много видов трансовых состояний, что не имеет смысла говорить о "трансе вообще" — как это делают авторы нейропсихологической модели [1563].
Не буду злоупотреблять вниманием читателя, еще раз вдаваясь в подробности семантической дискуссии насчет слова "шаманизм" (смотри главу седьмую). Судя по всему, подобные нападки были изобретены с одной-единственной целью — свести на нет многолетний труд и оригинальные концепции Дэвида Льюиса-Вильямса.
Обвинение в использовании устаревшего материала основывается на том, что Льюис-Вильямс и Доусон строят свою модель на базе очень старых нейропсихологических исследований, результаты которых были якобы опровергнуты новейшими экспериментами [1564].
На самом деле такое заявление по меньшей мере лицемерно — ведь Бан и Гельвенстон сами активно используют литературу, вышедшую в свет в 70-х годах прошлого века и ранее (в частности, произведение Людвига, которому посвящена по меньшей мере шестая часть их брошюры, было опубликовано в 1968 году) [1565].
Кроме того, оба эти критика игнорируют тот факт, что почти все исследования, касающиеся воздействия психотропных веществ на сознание человека, были проведены до середины 70-х годов двадцатого века, когда так называемая "война наркотикам" положила конец всем сколько-нибудь серьезным экспериментам в этом направлении. И в связи с этим представляется совершенно абсурдным утверждение Бана и Гельвенстон, согласно которому за последние годы в сфере изучения наркотических веществ — тех же мескалина, псилоцибина и ЛСД — наблюдался значительный прогресс. Это заявление в корне неверно! С конца 60-х годов двадцатого века не было проведено практически ни одного научного исследования, касающегося воздействия на сознание человека трех вышеперечисленных наркотиков. И объясняется это той простой причиной, что подобное исследование является незаконным в большинстве высокоразвитых стран! Еще раз повторюсь: сетовать на устаревший материал при отсутствии нового — это просто лицемерие.
Когда транс — вовсе не трансДесять страниц своей работы Бан и Гельвенстон посвящают буквальному воспроизведению и подробному обсуждению 75 различных способов вхождения в транс. Изначально список этот был представлен в книге некоего Арнольда М. Людвига (опубликованный, как мы уже говорили, в 1968 году). В то время Арнольд Людвиг руководил научными исследованиями в клинике Мадисона (Висконсин), так что нет никаких оснований сомневаться в качестве его работы. Другой вопрос, что Бан и Гельвенстон почему-то желают убедить нас, что это внушительное исследование способно свести на нет базовый тезис Льюиса-Вильямса и Доусона:
Учитывая, что существует по меньшей мере 75 видов транса (из которых лишь один носит определение шаманского), можно с полным правом назвать опрометчивыми любые попытки подогнать все эти формы под модель трех стадий [1566].
На самом деле, если обратиться непосредственно к Людвигу, то станет понятным, что речь идет вовсе не о 75 разных видах транса, но о 75 способах войти в состояние транса [1567]. А это, согласитесь, совершенно разные вещи. Людвиг и в самом деле называет "шаманским, ясновидческим и пророческим" лишь то состояние транса, которое обретается благодаря "усилению экстероцептивной стимуляции и/или двигательной активности и/или эмоции" [1568].
Разумеется, Людвига в данном случае никак нельзя счесть непогрешимым авторитетом. В частности, ошибкой было не упомянуть шаманский транс второй раз — когда он говорил об измененных состояниях сознания, возникающих благодаря "употреблению фармакологических средств… наркотиков и т. д." [1569].
В седьмой главе этой книги мы как раз и говорили о том, что у сибирских тунгусов (из языка которых, собственно, и взято слово "шаманизм") "некоторые шаманы едят наркотические грибы и в состоянии транса посещают мир духов, где находят ответы на беспокоящие их вопросы" [1570]. Разумеется, подобное поведение характерно не только для тунгусов. Шаманы самых разных племен чаще всего достигают измененного состояния сознания именно с помощью галлюциногенов, чем каких-либо иных техник.
Реальная проблема, однако, заключается не в том, что Людвиг сказал или не сказал о шаманизме, а в позиции Бана и Гельвенстон, которые решили внушить читателю, что перечень "не вполне шаманских" форм транса должен нанести сокрушительный удар по модели Льюиса-Вильямса и Доусона. На самом деле это совсем не так.
Факты, занимающие 10 страниц уже упоминавшейся нами брошюры (фактически шестая ее часть), не имеют никакого отношения к нейропсихологической модели. И в самом деле, как отмечает в своей книге Людвиг, существует такая вещь, как "транс чтения — и прежде всего это касается поэзии" [1571]. Совершенно верно, что свободные ассоциации во время психоанализа также способны вызвать порой состояние транса [1572]. Наконец, можно согласиться и с тем, что "длительная мастурбация" приводит иногда к состоянию, "очень похожему на состояние транса" [1573]. Но все это не имеет никакого отношения к интересующему нас феномену. Я имею в виду тот самый феномен, который описан нами в седьмой главе этой книги. Базируется он на универсальной способности всех людей входить в измененное состояние сознания и испытывать в этом состоянии галлюцинаторные видения, которые обычно интерпретируются как контакты с "миром духов" или "потусторонней реальностью" (расположенной обычно в небесах или под землей).
В свою очередь эти контакты используются для того, чтобы обрести целительские способности, а также силы, позволяющие контролировать погоду, руководить передвижениями животных и делать еще множество полезных вещей.
Мы уже знаем, что Льюис-Вильямс и Доусон заняты исключительно этим феноменом, который сами они называют "шаманским трансом". И их не интересует ни "поэтический транс", ни "мастурбационный транс", ни "свободноассоциативный транс", ни какое-либо подобное им состояние. И они нигде не пишут о том, что данные виды трансов следуют вышеупомянутой модели "трех стадий". Так что нет никакого смысла ссылаться на книгу Людвига как на материал, способный свести на нет теорию Льюиса-Вильямса и Доусона. Напротив, если существует 75 способов войти в транс и если хотя бы некоторые из подобных состояний влекут за собой галлюцинации, схожие с теми, которые возникают после приема психоактивных растений, то это ничуть не ослабляет, но усиливает теорию. Ведь главное, что лежит в ее основе, — это универсальная способность людей входить в измененное состояние сознания, в котором они начинают наблюдать всевозможные галлюцинации. Соответственно, существует большое количество культур, в которых подобная способность поставлена на службу всему обществу. Более того, эти люди не просто наблюдают всевозможные видения, но и зарисовывают их впоследствии. И если в списке Людвига содержится еще целый ряд способов, позволяющих достичь глубокого транса, то тем лучше для нейропсихологической модели.
По сути, Бан и Гельвенстон вводят нас в заблуждение, когда говорят о том, что Людвиг перечисляет 75 видов транса — тогда как он упоминает лишь о 75 способах вхождения в транс. Цель этой хитрости — заставить нас поверить, что шаманский транс Льюиса-Вильямса и Доусона, подразумевающий использование наркотиков или ритмичного танца, на самом деле является частью гораздо более обширной картины и просто не заслуживает того, чтобы на его основе делать какие-то общие выводы.
Немало страниц брошюры "В тщетных поисках галлюциногенных растений" посвящено проблеме гипнотического транса, который, судя по всему, вызывает особый интерес у Гельвенстон [1574]. Все это замечательно, но поскольку гипноз вообще не учитывается нейропсихологической моделью, то и дискуссия о том, что именно испытывают люди под гипнозом, не имеет никакого отношения к обсуждаемой проблеме. Такое чувство, что все это нагромождение фактов и наблюдений приводится только для того, чтобы создать видимость аргументированной критики, хотя на самом деле ее здесь просто нет. Во всяком случае, все это ни в коей мере не отменяет того универсального феномена, который подразумевает способность людей входить в состояние транса и испытывать в нем всевозможные галлюцинации, воспринимаемые как реальные встречи с обитателями "мира духов". Может существовать хоть 75, хоть 75 ООО способов вхождения в транс, а также 750 ООО различных видов транса. Однако все это ни в коей мере не отменяет вышеупомянутого феномена, столь характерного для самых разных культур.
