В той поездке познакомилась с Альфредом, ставшим Мастером незадолго до меня, но уже успевшим познакомиться с целой кучей инопланетян. От него я немало небесполезного узнала обо всяких там эльфах и гномах, орках и драконах. Равно как и закулисье мировой политики, образе жизни современной аристократии, тонкостях устройства великосветских приёмов - во внешнем мире Альфред являлся сыном посла и даже успел окончить дипшколу. Несмотря на 'благородное' происхождение, парень он был свой в доску, без снобистских заскоков. Он, кстати, придумал называть меня Лайтой - типа ты как мини-солнышко всё вокруг освещаешь и согреваешь. Я ничего против не имела - всё веселей, чем Хуанита, да и восточное моё имя Джакуша тоже как-то на подвиги не вдохновляло. С той поры так и представляюсь, хотя кое-кто из старичков ворчит - несерьёзно, мол, для Великой глупым прозвищем именоваться. Ну да, конечно, быть каким-нибудь Гу-Блюкиным или де Гуямом прилично, а Лайтой почему-то нет. Да ну их, старых ворчунов, о чём ни заведут беседу, обязательно проедутся, какая нынче молодёжь распущенная пошла. Вот в их времена, лет триста-четыреста назад, и небо было голубее, и тролли волосатее. А что касается Альфреда, то единственно, в чём застуживал упрёк - сибаритом был изрядным, очень любил кайф ловить. Это его в конце концов и сгубило. Слышал когда-нибудь о заклятии, именуемом Радужная Топь?
Эрик отрицательно покачал головой.
-Как-то не попадалось.
-Я бы сильно удивилась, если бы его формулу сунули в учебники для школяров. Действие сходно с Эйфорией, но намного сильнее, а по сути сравнимо с принятием дозы наркотика. Воздушно-приподнятое состояние, миражи перед глазами, любовь ко всему встречному-поперечному. Но и последствия такие же - депрессия, нервные боли, и вдобавок эффект привыкания. Очень скоро у пристрастившихся остаётся лишь одна забота - побыстрее поднакопить энергию, чтобы вновь испытать блаженство, даруемое Топью. Так постепенно наступает полная и, к сожалению, необратимая деградация личности. Даже наложить соответствующий запрет бывает подчас слишком поздно - от человека остаётся лишь бледная тень, ничем не интересная и не интересующаяся. Поэтому если где-нибудь встретишь формулу Топи и не уверен, что сможешь ей противостоять, то лучше не экспериментируй. А главное - не показывай друзьям.
-Спасибо за предупреждение. Однако расскажи лучше, как тебе удалось Великой стать.
-Ну, тут как раз ничего особо интересного. Лет тридцать назад очередной мой приятель приколоться решил - а слабо, мол, стать в один ряд с прославленными чародеями? Да без проблем, ответила я, хотя особой тяги к карьерному росту в себе не ощущала, да и, положа руку на сердце, потенциал ещё не тот был. Но раз назвался груздём - полезай в кузов.
-Меня Гека точно так же на понт взял. Когда решали вопрос, куда поступать.
-Помню, рассказывал. Я у вашей Эльмиры на защите оппонентом была. Поязвила немного над некоторыми её выкладками. Надеюсь, она не в обиде осталась, оценила дружеский юмор. Ну а касаемо меня - посуетиться пришлось изрядно, чтобы то пари выиграть. Я вновь отправилась на Восток, с поклоном к легендарному Старцу Поднебесья, единственному в мире Гроссмейстеру Духа Тэмгу.
-А не проще ли было обратиться к дону Фердинанду-Энрике? Неужто не пособил бы своей землячке, тем более такой симпатичной?
-Ха! Мэтру Саграно неведомы человеческие слабости. И уж кому он доверяет меньше всего - так это красивым женщинам.
Любопытно, чем же таким тогда сумела зацепить его Жанна. Или броня беспристрастности изрядно проржавела со временем?
-А как же Изабелла?
-Откуда ты знаешь про Изабеллу? - подозрительно прищурилась Лайта.
Эрик смутился.
-Мастер Халид рассказывал как-то. Правда, он и сам толком не знает, кем её прототип может доводиться дону Фердинанду-Энрике.
-Считаешь, мне это известно? Вот тут глубоко заблуждаешься. Болтают многое - вплоть до того, что она профессионал заплечных дел. Кукольная внешность ничего не значит - элементали запросто принимают любое обличье. Закосит, например, под твою гёрлфренд, руками за шею обовьёт, и оглянуться не успеешь, как позвонки хрустнут. Не сильно удивлюсь, если даже члены Гептаграма затруднятся дать тебе точный ответ.
-А это что ещё за зверь такой?
-Не слышал разве? Зря, значит, успела подивиться твоей поразительной осведомлённости в некоторых вещах, рядовым ученикам неизвестных. Гептаграм - нечто вроде тайной закулисы; семеро старцев - вершителей судеб, в руках которых сосредоточена реальная власть над Гильдией. Афишировать себя не любят и собираются вместе только для решения наиболее важных вопросов. Прости, больше поведать не могу - на свои заседания они меня не приглашали.
Эрику сразу же вспомнился странной конструкции стол в кабинете Архимага. Теперь он мог сказать точно, сколько у него сторон.
-И кто же те таинственные кукловоды, если не секрет?
-Ишь какой шустрый. Могла бы, конечно, ответить так же, как на вопрос про Шамбалу. Или вообще 'посоветовать' забыть, о чём спрашивал. Но я и в самом деле не знаю. Почти наверняка, кроме мэтра Саграно, там присутствуют Гарозиус и Лорд-Хранитель Традиций; насчёт остальных четверых могу лишь строить догадки.
-Скорей всего и упомянутый тобою Тэмг тоже там, раз Гроссмейстер.
-Старец Поднебесья? Сильно сомневаюсь, оно ему на фиг не нужно. Его и так в Гималаях почитают чуть ли не как полубога. Говорила ведь уже - Восток самодостаточен, и потому его колдуны не слишком-то связывают себя условностями Гильдии. У них свои заморочки, в чём я лишний раз убедилась, испрашивая разрешение получить аудиенцию. Её пришлось ждать больше года - ещё одна проверка, насколько твёрд в своём стремлении. Поселят тебя в деревушке паломников, через некоторое время вежливо осведомляются, осталось ли желание повидать Гроссмейстера, и если да - приглашают пожить в другой посёлок, выше расположенный. Как правило, чем дальше в гору, тем суровей режим ожидания; на последнем отрезке пути - исключительно посты и медитации.
-А если по нахалке вломиться, к чему такие сложности? - притворно возмутился Эрик.
Лайта в изумлении взглянула на него.
-Это у вас в России так принято? Смотри, не вздумай выкинуть где-нибудь здесь подобный фортель. Если, конечно, не желаешь досрочно завершить своё обучение. Поступи я так, и никто из уважающих себя чародеев Азии не стал бы иметь со мной дела.
-И не собирался. Просто среди моих соплеменников особым шиком считается пролезть куда-нибудь без очереди.
-Я так и поняла. Однако в неторопливости есть не только мудрость, но и смысл: сразу образуется немало времени спокойно поразмышлять и помедитировать. Так что, когда наконец получила добро на встречу со Старцем, ощущала в себе достаточно сил одолеть стоящий передо мной барьер. Меня пригласили в Ледовую Обитель, где живут монахи-шерпы, нечувствительные к холоду. Оттуда порталом перенеслась в Немую Пещеру - тишина в ней настолько ватная, что, пробыв немного, закричишь от ужаса. И вот, когда я уже готова была затыкать пальцами уши, лишь бы не ощущать давящего гнёта абсолютного безмолвия, молочный свет залил всё вокруг, и прямо передо мной материализовался седой как лунь старик, одетый в белые с серебристым отливом одежды. Жестом указав мне располагаться поудобнее на каменном полу, он, не раскрывая рта, предложил изложить причину, побудившую искать встречи с ним. Так же мысленно я ответила - спасибо, монахи предупредили заранее: достаточно одного лишь слова, сказанного вслух, разговор на том и окончится. Не заморачиваясь особо нудными наставлениями, Старец сказал так: если сумеешь от полуночи до восхода Солнца сотворить три чуда, можешь считать себя Великим Мастером.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
