Море ответило пушечными выстрелами.
Звук вышел далеким и смазанным. Свист. Ядра ударили по окрестным домам, а также по стенам и воротам монастыря Благочестия, неся с собой огонь, разрушение и гибель. Спустя минуту «Лунный крокодил» и корабль клириков повторили залп. Монастырь был прекрасной мишенью, черным силуэтом выделяясь на фоне быстро светлеющего неба.
В данной ситуации ядра были самым эффективным способом вести переговоры с теми, кто прятался за стенами крепости. Его Преосвященство навсегда желал покончить с малочисленным, но таким влиятельным и опасным для его власти Орденом «серых». Де Амок дождался, когда корабли дадут третий залп, и лишь после этого повел своих воинов через разбитые ворота.
Фернан старался держаться рядом с епископом и клириками, не лезть вперед, под пули заговорщиков и магию «серых». Умереть, не дойдя до победы каких-то два шага, очень обидно. Решение оказалось разумным. С изъеденных язвами взрывов стен монастыря раздались мушкетные залпы, а затем сорвались два копья чистого света. Первое угодило во всадников де Амока и разом сожгло шесть человек. Второе клирики де Лерро не прозевали и разбили в полете. А затем последовал ответ. Мощная сила ударила по стенам, сминая всех оказавших сопротивление. Во внешнем дворе монастыря бой закончился, не успев начаться. Солдаты Его Величества без труда расправились с противником.
– Разделитесь и очистите это гнездо! – ревел Сержио де Амок.
Его люди, разбившись на десятки, начали методично исследовать берлогу Паука. С каждым десятком воинов следовал отец-дознаватель, защищая их от магии «гарпий».
Де Лерро направился к апартаментам Паука. Кругом звучали выстрелы, проклятия и звенели клинки. Обороняющиеся дорого продавали свои жизни. Когда Фернан проходил по широкой галерее, на отряд навалились четыре десятка опытных вояк. И с ними был «гарпия», который не преминул использовать Дар, за что тут же и поплатился. Глава Ордена крови Бриана оставил от «серого» мокрое место.
В пылу сражения Фернан потерял Его Преосвященство из виду. Было не до того. Спустя какое-то время он вместе с Абоми и шестью рейтарами оказался в незнакомом коридоре. Все остальные остались где-то там, за рядами нападающих. Маркиз рубил, колол и снова рубил. Баргел слуги взлетал и падал, раскраивая черепа и отрубая конечности. Они дрались как звери, но силы были неравны, и приходилось отступать все дальше и дальше. «Василиска» легко ранили в правое предплечье, и он перебросил шпагу в левую руку.
На счастье, им удалось оказаться в небольшом зальчике, где раньше проводили службы, и запереть за собой тяжелые двери. Пока враги пытались их выломать, люди, оказавшиеся под командованием сеньора де Суоза, скрылись через противоположные двери и оказались в саду.
Здесь также кипел бой. За каждый шаг приходилось платить кровью. И своей и чужой. Удар, укол, отойти, рубануть что есть силы по перекошенному лицу «гарпии», ударить дагой в пах, подвинуться, уступая дорогу Абоми, и вступить в новое сражение. Этому не было ни конца ни края. На место погибшего тут же вставал новый противник.
Весь бой в монастыре слился для маркиза де Нарриа в одну сплошную, размазанную по краям картину. Тусклые краски. Метание кричащих теней, блеск пламени факелов на клинке шпаги, рычание Абоми, боль в руке, липкие капли чужой крови на лице, шум в ушах и едкий пот, заливавший глаза.
Прошло очень много времени, прежде чем все было кончено и последний из противников оказался повержен. «Василиск» чуть не бегом отправился на поиски епископа и Жозе Наярры. В коридорах основного здания монастыря было полно клириков. Как живых, так и мертвых. Последние в большинстве своем были «гарпиями». Фернан вновь ошибся дорогой, свернул не туда, заблудился в лабиринте монастырских коридоров и, ругаясь на чем свет стоит, попытался найти обратную дорогу. Запутался еще сильнее, оказался в тупике – перед запертой дверью. Рассвирепел. Попытался выломать. Тоже ничего не получилось. За дело взялся Абоми. С четвертой попытки мощная преграда рухнула.
За дверью оказалась небольшая келья. Или склад. Церковные атрибуты. Внимание маркиза де Нарриа привлек церемониальный посох[80]. Он взял его в руки, подумал, хмыкнул и направился искать обратную дорогу. Опять проплутал, едва не получил пулю от союзников, которые только в последний момент сообразили, кто перед ними, и каким-то чудом оказался там, куда шел с самого начала, – возле апартаментов Жозе Наярры.
Конечно же де Лерро его опередил. Клириков здесь было что блох на немытой собаке. Трупов тоже хватало. Фернан, не обращая внимания на недовольные взгляды отцов-дознавателей, прошел в помещение и увидел лежащего на полу Паука. Тот оказался жив, хотя и изрядно потрепан. А также связан.
– Не понимаю вашего удивления, – хмыкнул епископ Эскарины, заметив пораженный взгляд «василиска». – Убить Его Святейшество было бы слишком просто. О нет! Его ждет показательный суд и разговор с отцами-дознавателями. Брат Агирре, уведите еретика и позаботьтесь о том, чтобы он не умер.
Жозе Наярру под присмотром восьми «озаренных», словно барана, выволокли из кабинета.
– Он предал заветы Спасителя и поставил собственные интересы выше церковных, – наставительно произнес де Лерро.
– Вы совершенно правы, Ваше Высокопреосвященство, – легко согласился Фернан с новым кардиналом Таргеры. – Вот. Думаю, скоро это вам пригодится.
Он протянул посох, и Мигель Алессандро принял его.
– Благодарю вас, сын мой. Не желаете составить мне компанию?
Фернан кивнул и пошел рядом с главой Ордена крови Бриана. В шести шагах за ними двигалась троица из Неразлучной четверки, еще чуть дальше – Абоми и двое «василисков». Вполне приемлемый эскорт.
И контрразведчик и клирик молчали. Каждый думал о своем. Они прошли через коридоры, мимо трупов, спустились по лестнице и оказались в монастырском дворе. Маркиз с удивлением увидел, что наступило утро.
Последние бои стихли, сдавшихся в плен стерегли солдаты де Амока. Фернан заметил, что ни одной «гарпии» среди пленников не было. Кажется, из «серых» монахов в живых остался лишь Жозе Наярра. Ордена, который словно кость застрял в горле таргерского духовенства, больше не существовало. Несколько построек были объяты пламенем – обстрел с кораблей не прошел для монастыря даром. Пожары полыхали и во дворе. Горела солома и деревянные навесы, но никто не спешил их тушить. Сейчас было не до этого.
– Сегодня вы оказали мне большую услугу, и я этого не забуду, – нарушил затянувшееся молчание де Лерро.
– Не стоит. Любой верный сын Церкви поступил бы точно так же.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
