– Я не знаю точно, где она. Если нас будет слишком мало, мы можем проехать мимо нее в пятидесяти милях и даже не знать об этом. А так мы раскинем широкую сеть, перекроем каждую тропинку и не упустим ее.
– Мы? Значит, вы тоже поедете?
Ричарду очень хотелось принять участие в поисках, но он взглянул на Бердину и подумал о предупреждении, полученном через три тысячи лет. Третье Правило Волшебника: страсть правит разумом.
Бердине нужна его помощь в переводе дневника. Он уже почерпнул оттуда очень важные сведения о прошлой войне, о башнях и сноходцах. И один сноходец снова пришел в мир.
Если он отправится на поиски, а Кэлен каким-то образом проедет мимо, то до встречи с ней пройдет больше времени, чем если он останется в Эйдиндриле.
И еще есть замок. В замке что-то случилось, и он, Ричард, обязан беречь хранимую в замке магию.
Страсть гнала Ричарда на поиски Кэлен, но разум твердил обратное. Перед его мысленным взором стояла госпожа Ренклифф, нырнувшая в темную воду, отказавшись ждать лодку. Эти солдаты – его лодка.
Они найдут Кэлен и смогут ее защитить. Он вряд ли сможет усилить защиту. Вождь должен следовать доводам рассудка, иначе за его страсти придется расплачиваться всем.
– Нет, генерал. Я остаюсь в Эйдиндриле. Соберите войска. Возьмите лучших следопытов. – Он поглядел офицеру прямо в глаза. – Я знаю, мне не нужно говорить вам, насколько это для меня важно.
– Да, Магистр Рал, – сочувственно сказал генерал. – Не беспокойтесь, мы найдем ее. Я лично отправлюсь с войсками. – Он прижал кулак к сердцу. – Мы отдадим жизнь, если понадобится, но ваша королева будет в целости и сохранности.
– Благодарю, генерал Райбих! – Ричард положил руку ему на плечо. – Я знаю, что вряд ли смогу сделать больше, чем сделаете вы. Да пребудут с вами добрые духи.
Глава 44
– Пожалуйста, волшебник Зорандер!
Тощий чародей даже не поднял глаз от бобов с ветчиной. Энн не могла понять, как в этого человека вмещается столько еды.
– Ты слышишь меня?
Она не любила кричать, но ее терпение подходило к концу. Сложностей оказалось куда больше, чем она могла предположить. Энн знала, что должна его разозлить, но это было уже слишком.
Со вздохом удовлетворения волшебник Зорандер убрал оловянную миску в мешок.
– Спокойной ночи, Натан.
Натан, выгнув бровь, смотрел, как волшебник Зорандер заползает под одеяло.
– Спокойной ночи, Зедд.
С Натаном тоже стало чрезвычайно трудно разговаривать с тех пор, как появился старый волшебник: раньше у него не было столь сильного союзника. Энн вскочила и, подбоченившись, вперилась взглядом в торчащую из мешка седую взлохмаченную шевелюру.
– Волшебник Зорандер, я умоляю вас!
Ее выводила из себя необходимость вымаливать у него помощь, но она на собственном опыте убедилась, к чему приводят попытки заставить его силой. Энн недоумевала, как он умудряется проделывать такие вещи, минуя наложенную ею с помощью Рада-Хань блокировку.
Натана это ужасно веселило, но аббатисе было не до веселья. Она чуть не плакала.
– Прошу вас, волшебник Зорандер!
Голова повернулась, огонь озарил худое лицо. Ореховые глаза уставились на нее.
– Откроешь книжку еще раз – умрешь.
Каким-то образом он ухитрился обойти ее щиты и наложить чары на ее путевой дневник. Открыв его нынче ночью, Энн увидела послание от Верны, которая писала, что на нее надели ошейник и заточили в больничной палате.
Когда Энн открыла дневник, заклинание начало действовать. В воздух поднялся яркий огненный столб, и старый волшебник спокойненько сказал ей, что если к тому моменту, когда яркая искра коснется земли, она не закроет книгу, то сгорит заживо.
Следя краем глаза за падающей искрой, Энн исхитрилась торопливо черкнуть Верне, что та обязана вывести из Дворца сестер, и едва успела вовремя захлопнуть дневник. Она понимала, что волшебник не преувеличивает, говоря о смертельном свойстве наложенного им заклятия.
Энн и сейчас видела мягкое мерцание чар вокруг дневника. Ни с чем подобным она никогда прежде не сталкивалась, а главное, не могла понять, как он смог проделать этот фокус с Рада-Хань на шее. Натан тоже не понимал, и его это явно заинтересовало. Энн не знала, как открыть дневник и при этом остаться в живых.
Она присела на корточки возле спального мешка.
– Волшебник Зорандер, я понимаю, что у вас есть веские основания быть недовольным мною, но речь идет о жизни и смерти. Мне пришло послание, и я должна дать ответ. Жизнь сестер Света под угрозой. Пожалуйста, волшебник Зорандер! Сестры могут погибнуть! Я знаю, вы добрый человек и не допустите этого.
Зедд выпростал из-под одеяла руку и ткнул в нее костлявым пальцем.
– Ты превратила меня в раба, а я тебя предупреждал. Я же сказал тебе: ты нарушила перемирие и приговорила своих сестер Света к смерти. Ты поставила под угрозу жизнь тех, кто мне дорог. Они могут погибнуть из-за того, что ты не позволила мне им помочь. Ты помешала мне защитить волшебные вещи, хранящиеся в замке Волшебника. Из-за этого могут погибнуть все, кто населяет Срединные Земли.
– Да как же ты не понимаешь, что наши жизни взаимозависимы? Это война против Имперского Ордена, а не между нами! Я не хотела причинять тебе зло, мне нужно лишь получить твою помощь.
Зедд хмыкнул:
– Помни, что я тебе сказал: вам с Натаном лучше не спать. Если я застану тебя спящей и Натан тоже не будет бодрствовать, ты уже не проснешься. Честное предупреждение, хотя ты его и не заслуживаешь.
Он отвернулся и натянул на голову одеяло. О Создатель, так и должно быть по этому пророчеству, или что-то все же идет не так? Энн придвинулась к Натану.
– Натан, ты не смог бы немного его вразумить?
Пророк взглянул на нее:
– Говорил я тебе, что эта часть твоего плана – сущее безумие! Надеть ошейник на мальчишку – это одно, но на Волшебника первого ранга – совсем другое. Ты придумала, ты и расхлебывай.
Стиснув зубы, Энн схватила его за рубашку.
– Верну могут убить этим ошейником! А если она умрет, все сестры погибнут тоже!
Натан спокойно зачерпнул ложкой бобов.
– Я отговаривал тебя с самого начала. Тебя чуть не ухлопали в замке, но эта часть пророчества еще опаснее. Я с ним говорил. Он сказал тебе правду. С его точки зрения ты подвергла его друзей смертельной опасности. И если ему представится возможность, он убьет тебя и сбежит к ним на помощь. Я в этом нисколько не сомневаюсь.
– Натан, ну как после стольких лет, что мы с тобой провели вместе, ты можешь быть таким бессердечным?!
– Ты хочешь сказать, как после стольких лет плена я могу еще возмущаться им?
Энн отвернулась. По щеке ее скатилась слеза.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
