когда ворота разъехались, и чувак в модной шляпе подъехал за нами на машине для гольфа.
Калеб просто запрыгнул внутрь, как будто это было совершенно нормально, и я практически видела, как Леон подсчитывал стоимость всего, что нас окружало, когда он шагнул вперед, подавая мне руку, чтобы я могла забраться в тележку.
Как только мы все оказались на борту, водитель развернул нас, и мы с визгом помчались обратно по дороге к… дому? Я не была полностью уверена, что дома должны заслонять солнечный свет, как это делало это чудовище, но, конечно, я остановилась на доме.
Калеб рассказывал о семье, называя имена и давая описания так быстро, что все они пролетали мимо моей головы, и я просто кивала, чувствуя себя более чем ошеломленной к тому времени, когда мы добрались до входной двери.
Мы поднялись вслед за Калебом по мраморным ступеням в мраморное здание, и я с удивлением обнаружила, что дверь была сделана из простого старого дерева. Ну, старого красного дерева, инкрустированного надписью на каком-то языке, который я не могла прочитать, но все же, для разнообразия, это был не мрамор.
Как только мы оказались внутри, мы ускорили шаг, пока Калеб указывал на различные комнаты, а я просто кивала, не замечая ничего, кроме гулкого пространства и денег, капающих со стен. Возможно, это было не более роскошно, чем поместье Акруксов, но меня бросило в дрожь от осознания того, что я связана с этими людьми. Прогуливаясь по шикарному дому Повелителя Драконов, я была настолько далека от всего этого, что могла просто посмеяться над тем, насколько это было абсурдно. Но это было место, с которым я могла быть знакома. Это было место, где я могла играть в детстве или проводить много времени в будущем.
Пальцы Леона переплелись с моими, и я медленно вздохнула, ощущая его постоянное присутствие рядом, прежде чем мы вошли в столовую, которая, к счастью, была вполне нормального размера. Я имею в виду, что стол был достаточно большим, чтобы за ним сидело десять человек, но для этого дома это было слишком скромно.
— Элис! — воскликнула Мелинда, вскочив на ноги, широко раскинув руки, чтобы обнять меня и поцеловать в обе щеки, прежде чем переключить свое внимание на Леона. — А вот лихой Леонид, — сказала она с легким, но заметным флиртом в тоне. Однако меня это не насторожило, это больше походило на ее манеру общения, чем на реальный интерес, и по какой-то причине меня это не пугало.
— Вы можете называть меня просто Леон, миссис А.
— Конечно, — ответила она, отступая назад, чтобы к нам мог приблизиться высокий мужчина, в котором я узнала ее мужа по газетам. — Это Оскар, мой муж и твой дядя, Элис, — сказала она. — А это младший брат Калеба — Хэдли, — она указала на мальчика, который был очень похож на своего брата, но с более темными волосами, как у его отца. — И девочки, Айрис и Дженна, — добавила она, указывая на двух светловолосых милашек, которые смотрели на меня широко раскрытыми глазами.
— Ты никогда не говорила, что у нее фиолетовые волосы, — изумленно вздохнула Айрис.
— Я хочу, чтобы мои волосы были фиолетовыми, — добавила Дженна с ухмылкой, и внезапно напряжение, которое я чувствовала, лопнуло, и я рассмеялась.
— Хотите услышать историю о том, как я перекрасилась в этот цвет? — предложила я, собираясь занять место напротив них, но потом поняла, что это прямо у огня, и переместилась, чтобы сесть рядом с Дженной, когда в моей памяти прозвучало предупреждение Габриэля. Я предположила, что он видел, как я уронила еду себе на стул или что-то в этом роде, и я была более чем счастлива избежать неловкости.
— Это хорошая история, — с энтузиазмом добавил Леон, заняв место рядом со мной и откинувшись на него, широко расставив ноги и обхватив рукой спинку моего стула, словно он был здесь как дома. — Она подумала, что я и другие ее партнеры могли быть плохими парнями, и замаскировалась, чтобы мы не узнали ее тайну.
Девочки подпрыгнули на своих местах, визжа от восторга, когда Леон рассказал о моей жизни гораздо интереснее, чем я могла бы, и я улыбнулась ему, пытаясь придумать, как рассказать эту историю, не углубляясь в то, что мой брат был убит и все, что с этим связано. Я была совершенно счастлива рассказать Мелинде и всем старшим за столом эти подробности, потому что, черт возьми, они могли бы даже помочь мне найти ответы на некоторые вопросы, но это казалось немного тяжелым для детей на нашей первой встрече.
Мы все погрузились в беседу, пока нам приносили закуски, и Леон смешил взрослых не реже, чем детей, своими безумными историями и откровенным бредом. Он старательно избегал упоминаний о том, чем зарабатывает на жизнь его семья, и я тоже не стала вдаваться в подробности бандитской жизни Данте и Райдера. Забавно, но у меня сложилось впечатление, что Мелинда уже все об этом знала и ей было абсолютно наплевать на это. Тем не менее, я собиралась проверить карманы Леона, прежде чем мы уйдем отсюда, потому что я ни за что на свете не рискнула бы, чтобы он украл у другого Небесного Советника после того, что случилось с Роари.
Как раз в тот момент, когда убирали наши закусочные тарелки, дверь распахнулась, и я завизжала от тревоги, когда в комнату вбежал Вампир, а пустой стул у камина взорвался пламенем.
Леон в мгновение ока оказался на ногах между мной и новоприбывшим, с его губ сорвалось предупреждающее рычание, и в тот же миг пламя охватило его кулаки.
— Все в порядке! — позвала Мелинда, тоже вскочив и обливая стул водой, чтобы потушить, позволяя мне лучше рассмотреть Вампира, чтобы я могла узнать его.
— Ох, — вздохнула я, когда мой взгляд упал на отца, а его — на меня.
— Марли, — укорила Мелинда, подойдя к брату и положив руку на его руку. — Что я говорила? Ты все еще не привык к тому, что к тебе вернулась твоя магия. Я думаю, это слишком много для тебя, я хотела привести Элис к тебе наедине после твоего сна. Помнишь?
Ее тон был твердым, но глаза были мягкими, и когда она провела рукой по его щеке, я почувствовала, как в моем нутре защемило, и это напомнило мне о моем родном брате. Она познала ту же потерю, что и я. Ее брат исчез, и она годами не знала, где он находится. Потом, когда она наконец
