— Хм, у Эрика, оказывается, есть наследник. Надо же… Вылитый папашка. Одно лицо просто.
Скорчившийся на земле страдалец, поднял опаленную голову, моргнул. Глаза слезились от дыма. Ресницы сгорели. Он попытался оглядеться. Где же брат? Испарился что ли?! Зато напротив стоял высокий статный демон. В светлых волосах просматривалась едва заметная седина. Голубые, словно вылинявшие от прожитых лет глаза смотрели безо всякого выражения. Мактиан! Советник отца! Тир замер, глядя снизу вверх на нежданного гостя, с трудом соображая, что же происходит.
— Ты чего творишь? — ровный спокойный голос вынудил эрикова сына напрячься и затравленно оглянуться.
Сквозь дрожащую завесу жгучих слез он разглядел еще одного мужчину, гораздо моложе первого, но при этом очень на него похожего, такого же высокого, широкоплечего, светловолосого и голубоглазого. На вид не старше тридцати лет. Собственно, именно столько ему и было. Однако уже сейчас об Амоне — наследнике Мактиана — ходило множество слухов. Безжалостный, сильный, вечный противник отца.
— Зачем спалил замок? — тем временем спросил демон у родича. — Чем он тебе помешал? И что это за копченый подранок?
Подранок?! Ну, погодите! Тирэн вскочил на ноги. Точнее, хотел вскочить, но на деле медленно поднялся и встал, шатаясь из стороны в сторону — черный, покрытый волдырями и кровавыми отметинами лопнувших ожогов.
— По какому праву Советник… — юноша запнулся, увидев брата.
Тот прятался за обугленным стволом ветлы и теперь медленно отползал прочь, чтобы соскользнуть к воде, пока враги увлечены расправой над пленником.
— Уже не Советник, — Мактиан снисходительно усмехнулся. — Теперь левхойт. Твой отец был уличен в связях с Безымянными, и я… сверг его.
Наследник Эрика сжал кулаки, чувствуя, как лопаются пузырящиеся ожоги на тыльной стороне ладоней.
— Он жив?
— Это когда же, интересно, тот, кого смещают против воли, оставался в живых? — вопросом на вопрос ответил захватчик. — Прости, жареный, но нет больше твоего папки.
Жареный? Он — сын правителя Ада, недавно отметивший восемнадцатый год жизни! Глухая ненависть закипела в груди. Это неудивительно, учитывая, как полыхало все вокруг.
— Так и быть, прощаю, — «великодушно» махнул рукой собеседник. — Нежности к нему я никогда не питал.
Он еще помнил наставления матери о чувствах. Не показывать, что на душе. Не злиться.
— Но зачем ты мой замок сжег? Испытываешь ненависть ко всему большому? — с бесподобной дерзостью спросил он Мактиана, словно не стоял перед мятежником безоружным и полуживым.
Сын новоиспеченного левхойта одобрительно хмыкнул и тут же пронзительно свистнул, отзывая драконов. Крылатые тени взвились к облакам. Дышать сразу стало легче, а долина перестала походить на раскаленное жерло вулкана. Амон тем временем спешился и, задумчиво оглядывая черный, неживой пейзаж, оплавленную землю и дымящиеся руины, сказал отцу:
— Мне это тоже интересно.
— От любопытства еще никто не умирал, — вполне мирно заметил тот и даже с обманчивым спокойствием в голосе посоветовал. — Отойди.
— Что-то ты темнишь. Эрик — предатель? Скажи прямо: тебе захотелось власти?
Старый демон вскинул руки в примирительном жесте.
— Какого здравомыслящего сына я произвел на свет! Отойди, умник, хватит выделываться. Ни тебе, ни мне не нужен этот пацан. Во-первых, он прямой наследник, во-вторых, чего доброго надумает мстить, в-третьих, язык слишком длинный. Ну и рожа… Рожа уж больно страшная.
С этими словами говоривший спрыгнул с лошади и вытащил из ножен длинный кинжал. Тирэн сжал медальон в руке и стиснул зубы. Он, конечно, мог крикнуть, что здесь, совсем неподалеку прячется его брат, а затем воспользоваться суматохой и сбежать, но… не стал. Все равно догонят. И тогда убьют обоих. А это совсем никуда не годится. Кому-то же надо будет отомстить. Он с тоской смотрел на тускло мерцающее лезвие. Защищаться? Безоружному, обгоревшему, вымотанному, надышавшемуся дымом и с глазами, полными палящих слез? Но тут, откуда-то издалека он услышал странное:
— Нет.
Амон спешился.
— Отойди, — повторил Мактиан. — Последний раз предлагаю.
— Нет.
Сын Эрика смотрел на широкую спину, отгораживающую его от смерти. Наследник левхойта, словно не боялся удара сзади, он глядел только на отца, а обе руки лежали на поясе — поближе к рукояти меча.
Тишина оглушила.
— Ты заступаешься за врага, дурак. Дай ему шанс — мигом вонзит нож под ребра.
Демон в ответ хмыкнул, достал из-за пояса тяжелый кинжал, и протянул руку назад.
— Возьми.
Тирэн схватил оружие. Ему казалось, он спит и видит абсурдный сон.
— Похоже, он еще не знает, где находятся ребра, — хмыкнул защитник. — А что будет, если я повернусь спиной к тебе? Наверное, не ошибешься с ударом?
Новоиспеченный правитель Ада прищурился и щелкнул пальцами. Трое демонов, все это время стоявших за его спиной, спешились.
— Жареного убить. Белобрысого взгреть за непокорность.
Они приближались медленно, примериваясь для атаки. Тир вздрогнул, когда широкие крылья заступника скрыли его от нападавших.
— Сложи! — зашипел он, озираясь. — Переломают!
— Стану я из-за тебя так рисковать, — ответил мужчина, принимая мечом первый удар.
Он понимал, что силы неравны, что на стороне выступивших против него воинов опыт и численное превосходство, а значит схватка, скорее всего, будет проиграна. Но за тридцать лет ему случалось проигрывать. Без поражений никто не мужает, а если обгоревшего парня зарежут, как на скотобойне, будет, пожалуй, жалко. Он неплохо держится, с достоинством. Амон мягко уклонился от очередного удара и сделал обманный выпад. Противник отпрянул, и демон оттолкнул эрикова сына крылом:
— Дуй отсюда, жареный.
Пленник, не ожидавший толчка, упал, а трое нападавших бросились на его защитника. Черные крылья описали в воздухе широкую дугу, и один из воинов рухнул, зажимая руками рану на животе. Двое его соратников одновременно прыгнули с разных сторон, собираясь раз и навсегда лишить неприятеля способности летать. Однако тот стремительно принял человеческий облик и отпрянул. Мечи рассекли воздух. Тем временем отчаянный заступник резко повернулся к Тирэну и, что есть сил, отшвырнул его прочь.
— Пошел!
Но оглушенный происходящим и ослепленный болью юноша снова не успел среагировать, только увидел, что сейчас на спину наследника левхойта обрушится клинок, и заорал, срывая голос:
— Сзади!
Демон развернулся, смертельный удар пришелся по касательной — на боку раскрылся глубокий порез. Раненый издал звериный рык, выбросил вперед безоружную руку и ударил нападавшего. Тир не смог понять, куда он бил, но воин, огромный, словно буйвол, упал ничком. Однако другой противник, воспользовавшись тем, что неприятель на мгновение отвлекся, обрушился на него с удвоенной яростью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
