Эти подъемники навевают воспоминания об Апельфаунде. Помню, примерно на таком же, только в разы меньше, меня поднимали на башню, чтобы я помыл яблоки. От воспоминаний того, что было дальше, аж мурашки по коже.
«У тебя мурашки из-за того, что ты скоро сдохнешь», — мистически прошептал дьявол.
Не пугай ты так! Мое состояние не настолько критично.
«Да шучу я, шучу», — добавил он игривым тоном.
Очень смешно, дебил…
«Дебил… вот как? Решил обзывать меня? Это ты так отыгрываешься на мне из-за того, что тебя унижает та черная девка? А? Упчёлка, или как там тебя?».
Ты вообще к чему этот разговор завел?
«Да просто ржу с тебя. Эх, вот бы у меня было тело, так бы и повытирал об тебя ноги. Тебе же нравится это».
Что ты вообще несешь? Тебе солнце голову нагрело? Ах, ты же сам только что уточнил, что тела у тебя нет, а значит голову нагрело мне! Твоему хозяину!
«Смотри как бы не нагрело еще чего, а то станешь таким же черненьким как и она. Хотя это идея! Может тогда ты сможешь ответить ей? Или и того лучше, женишься на ней! Тогда она сможет вытирать об тебя ноги каждый божий день, ха-ха-ха-ха!».
Как это вообще взаимосвязано? Да и я не отвечаю ей, только потому что от нее зависит наша с тобой жизнь. Умру брошенным посреди пустыни, и ты никогда в жизни не найдешь себе нового хозяина. С твоими то требованиями! Принцесса сранная!
«Да не заводись ты, сказал же, шучу», — тон был такой, словно он улыбается.
В принципе Зер’рак прав. Мне не стоит заводиться, в конце концов такие диалоги для нас норма. Когда ему скучно, он всегда подает голос и начинает нести всякую несуразицу, стараясь меня распалить. Просто я еще не до конца привык к такому.
«Когда ты думаешь таким образом, у меня невольно возникает вопрос — с кем ты вообще разговариваешь?».
Точно, он же слышит все мои мысли, так что его возмущения обоснованы.
«Его? К кому ты бля обращаешься? Я с тобой тут один».
Это метод Кью. Он говорил, что ведет в голове подобие дневника, чтобы не сойти с ума.
«А с чего бы тебе сходить с ума?».
В моей голове живет придурошный дьявол, который ради забавы любит нести всякую чушь.
«Ну… знаешь. Как бы тебе сказать, чтобы не обидеть… Если уж речь зашла о придурошных, то тут ты явно меня превосходишь, Упчёлка».
Да-да, заткнись. И перестань называть меня этой дурацкой кличкой.
И после этих слов он рассмеялся.
«Ха-ха-ха-ха-ха-ха!», — а после предыдущих, еще сильнее.
Это даже у меня улыбку вызвало… Чокнуться можно. Ну да ладно, вернемся к подъемнику.
Его охраняет целая группа вооруженных людей. У всех темный оттенок кожи. Кто-то чуть светлее Караэ, кто-то темнее. Признаться честно, никогда еще не видел подобных ребят. Они такие же люди как я? Или это, возможно, какая-то другая раса?
Одеты они все одинаково. Тонкий тулуп, защищающий от прямого попадания солнца на кожу, шаровары, платок на шее, плащ и разнообразные головные уборы. У кого-то тюрбаны, у кого-то шляпы. Из кожанной брони у них были сапоги с наколенниками, а также наплечники, с вентиляционными отверстиями. В правой руке, каждый гордо держал алебарду, а в левой сыромятный щит.
— Стойте здесь, — сказала Караэ и спрыгнула с ящера.
У нее такой смешной и милый акцент… Не устану это повторять.
Затем она начала разговаривать с ними на своем языке. Сперва диалог шел довольно спокойно, но под конец стал эмоциональным. Надеюсь, у них там все нормально, и это не из-за нас сыр-бор. И все же, надеюсь эти ребята разговаривают на человеческом или хотя бы демоническом. Гексакрити говорила, что в лесной чаще Руз, много демонов, но вот что насчет Нэзэра, не уточнила. Мне ведь еще Кью искать надо. Для этого придется расспрашивать местных. Я же не могу просить об этом Караэ.
Ящер на котором мы сидели, насупился и выдохнув чуть ли не целое облако пара, стал приближаться к стражнику с которым дискутировала охотница. Как его там? Цэци?
Увидев это, стражник закатил глаза и расставил руки в стороны. Затем махнул рукой, и девушка схватила Цэци за поводья.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Слезайте, — сказала она.
Мы послушно слезли и все вместе ступили на платформу.
— О чем спорила с тем парнем? — как бы невзначай спросил я.
— Не ваше дело, — холодно ответила охотница.
— Это ведь не из-за нас?
— Нет. Он мне в карты проиграл, а возвращать долг не спешит. Не вернет завтра, Цэци съест его.
Говорит, что не наше дело, но рассказывает обо всем почти сразу же. Может быть это и ложь, мне не важно. Главное, я надеюсь, что это и вправду не из-за нас.
Наша платформа начала медленно подниматься, но напоследок, один из охранников успел плюнуть в нашу сторону. Он попал мне на ботинок. Его озверевшая рожа тут же засела в голове.
— Это он в тебя целился? — повернув голову к девушке, спросил я.
— Нет, он попал туда куда хотел.
— Разве я сделал ему что-то плохое?
— Ты свою рожу вообще видел? А кожу? А цвет волос? — брезгливо произнесла Караэ. Хотя мне и показалось, что все это как-будто напускное.
«Я же говорю, пора становиться черным, Упчёлка!».
ДА ИДИ ТЫ В ЖОПУ!
— Часть 3 —
Я конечно видел город издали, когда мы находились на возвышенности. Но оказаться здесь собственной персоной, это совсем другие впечатления. Меня до сих пор поражает тот факт, что в мертвой пустыни, может кишеть жизнь.
Первый же шаг на траву, заставил спину покрыться мурашками. Последний раз я трогал травку еще на Шае, перед отплытием на Фрилэнд. Потом была лишь деревянная палуба корабля, снег, снова палуба и дурацкий песок. Я сразу же снял ботинки, и решил что пойду босиком. Уверен, утром здесь теплая трава, что отлично сочетается с прохладой от озера посреди города, но так как сейчас уже светало, то у нее была… хм, как бы сказать? Была комнатная температура. Забавно, мы ведь под открытым небом. В общем это точно не вызывало никакого дискомфорта, скорее наоборот.
Возвращаясь к озеру. Оно занимает 80 процентов всего города. Остальные двадцать, это зеленый город, расположившийся вокруг него. Помимо красивой архитектуры, город может похвастаться и пышной растительностью. Здесь не только трава растет, но и много кустарников, и странных деревьев. Как же их там? Я читал в сказке… Паль… пальмы, точно! На них еще растут волосатые дыни, забыл как их. Но на этих пальмах росли волосатые бананы… Может это все-таки не пальмы? Но вид точно такой же.
Дома были построены из местных материалов, таких как глина и песчаник. У всех плоские крыши, чтобы защитить от адского зноя. Также, была еще одна странная особенность, сразу же бросающаяся в глаза. Ни дверей, ни окон здесь не было. Вернее отверстие под них было, но вот стекла или деревянной двери — нет. Из-за этого я иногда видел, как же у них там внутри. Хотя это громко сказано. Единственное, что я заметил, это гобелены и ковры абсолютно в каждом дому. Также различные глиняные кувшины, в которых те, по всей видимости хранят всевозможные вещи. От продуктов, до драгоценностей. Но чтобы рассмотреть все более детально, это нужно похабно заглядывать к каждому, а у меня сейчас нет на это времени, да и постеснялся бы я таким заниматься, если честно.
Жители оазиса занимаются различными делами, связанными с выживанием в пустыне и поддержанием города. Некоторые занимаются орошением земель и сельским хозяйством, выращивая овощи, фрукты и зерно. Другие ремеслами, такими как кузнечное дело, гончарное искусство или создание украшений из песчаника и драгоценных камней.
В центре города находится оживленный рынок, где жители торгуют своими товарами и услугами. Здесь можно найти разнообразные продукты, от свежих фруктов и овощей до ремесленных изделий и местных специй. Рынок служит не только местом торговли, но и социальной площадкой, где люди собираются, чтобы обсудить новости, поделиться историями и встретиться с друзьями.
Так же, со слов Караэ, сейчас здесь довольно тихо, так как дело близиться к ночи. А обычно здесь куда оживленнее, из-за развлечений и культурных мероприятий. Например, местные жители могут устраивать театральные представления или танцевальные выступления, где используются яркие костюмы и аксессуары. В такие дни, музыкальные инструменты звучат до самого вечера. Обычно это дарбука (что-то вроде барабанов), най (арфа), рабаба (инструмент наподобие скрипки) и канун.
