Воскресенье ей предстояло провести с отцом, поэтому Джесс поднялась рано и позвонила ему. Отец обрадовался, услышав ее голос, но сказал, что намеченную прогулку придется отложить.
– У меня очень много работы, – извинился Том. – Я заеду за тобой, ты посмотришь телевизор, пока я закончу работу, а потом мы сходим с тобой куда-нибудь поесть или в кино, ладно?
Джесс после бессонной ночи чувствовала себя совершенно разбитой, поэтому ее устраивало, что прогулка не состоится. Она приняла предложение отца, чтобы не торчать дома, потому что не хотела говорить по телефону ни со Стеф, ни с Оливером, да и вообще ни с кем. И чтобы никто не смог отыскать ее, она оставила свой мобильник дома.
Когда Том закончил разбираться со строительной документацией, идти в кино было уже поздно.
– Давай закажем домой обед из ресторана? – предложил он, стараясь загладить свою вину.
– Отличная идея, – согласилась Джесс. Но в душе она продолжала жалеть себя. Неужели она в этой жизни так никому и не будет нужна?
Идея убежать из дома возникла у Джесс утром в понедельник, когда она села в поезд и прижалась носом к стеклу, наблюдая, как за окном мелькают поля и идет дождь. И неожиданно ей захотелось сбежать куда-нибудь, подальше от Данмора, подальше от дома, от Саффрон и ее банды, а главное, подальше от унизительного осознания того, что она больше не нужна Оливеру. Чтобы не встретиться с ним, она даже поехала сегодня позже. Интересно, какое новое издевательство Саффрон приготовила для нее? Выбросит на пол из шкафчика все ее вещи? Или будет присылать издевательские сообщения?
Но даже со всем этим Джесс бы справилась… если бы не Оливер.
Джесс знала, что он звонил, она проверяла сообщения и насчитала за вечер субботы и за воскресенье целых семь сообщений от Оливера. Но Джесс не стала их читать. Не хотела получить подтверждение тому, о чем и так знала, – между ними все кончено. И Джесс стерла все сообщения. И вообще, она решила, что вычеркнет Оливера из своей жизни.
Судя по звонкам, вечером в воскресенье звонила Стеф, но Джесс не стала перезванивать ей. Она знала, что расплачется, если Стеф станет рассказывать ей о том, что происходило на вечеринке после ее ухода.
Итак, если она убежит из дома, то никто переживать не будет. Маме и папе явно не до нее, каждый из них занят собственными переживаниями. Мама вообще стала походить на какого-то робота. Разговаривала с ней, уходила на работу – и все это словно на автопилоте. Единственное, от чего она несколько оживлялась, так это благотворительный проект, который они задумали в память о Салли. Но при этом постоянно твердила как заведенная: «Как жаль, что умерла Салли, а люди, не ценящие того, что имеют, продолжают жить».
С отцом дело обстояло не лучше. Джесс поняла, что откровенный разговор с ним во время поездки к тете Каролине был пустой тратой времени. Вместо того чтобы встретиться с мамой, он каким-то жалобным тоном спрашивал о ней, словно хотел знать, как она живет, но боялся позвонить по телефону и поговорить. Вчера, когда он в очередной раз спросил о маме, Джесс не сдержалась и рявкнула:
– А что ты меня спрашиваешь? Не можешь сам ее спросить?
Похоже, родители не понимали, что она мечется между ними, тогда как у нее полно своих проблем. Да, проблема с Оливером, проблема с родителями, проблема с одноклассницами – и все это навалилось на одну бедняжку Джесс.
А вот если она сбежит куда-нибудь, то это разом решит все проблемы. Раньше Джесс никогда не прогуливала занятия, но сегодня решила стать прогульщицей. Сойдя на станции в Корке, она зашла в магазин, купила содовой, не спеша попила ее, а затем села на обратный поезд и вернулась домой.
А по пути в Данмор она придумала, куда можно сбежать. Работая в приюте для животных, Джесс услышала, что в окрестностях города Галвей открылся новый центр по уходу за бездомными животными. Специальной подготовки для работы в нем не требовалось – только любовь к животным и желание трудиться. Вот туда она и поедет. Договорится, что будет работать по выходным и после окончания занятий в школе. Всем ведь наплевать, где она будет проводить выходные, у всех так много собственных проблем, что ее отсутствия просто не заметят.
Мама может ехать в Дублин, отец заниматься строительством своей драгоценной школы, а Оливер, Саффрон и Шерри могут идти к черту.
Джесс не помнила точного адреса приюта, но, покопавшись несколько минут в Интернете, она все выяснила. Денег у нее не очень много, так что надо будет найти дешевую гостиницу или кровать в общежитии, чтобы остановиться там на пару дней. Если потребуется, Джин даст ей по телефону рекомендации; наверняка ее возьмут на работу, потому что она молодая и трудолюбивая.
Сложив в рюкзак кое-что из вещей, Джесс сняла школьную форму, надела джинсы, свитер и новую вельветовую куртку, в которой, по словам Стеф, она выглядела по крайней мере на восемнадцать лет. Вот и хорошо, ей надо выглядеть постарше.
В сумочку Джесс уложила кошелек, кредитную карточку, мобильный телефон и записную книжку. За сборами Джесс наблюдал Уилбур, развалившийся на коврике возле радиатора. Он выразил некоторое неудовольствие, когда Джесс подняла его с нагретого места, чтобы попрощаться и сказать, что она уезжает, но скоро вернется.
– Уилбур, ты ведь будешь скучать без меня, правда? – пробормотала Джесс в ухо коту.
На кухне она достала из холодильника две небольшие бутылочки апельсинового сока, шоколадный батончик, а из коробки из-под чая, где мама хранила мелкую наличность, чтобы, например, рассчитываться с мойщиками окон, Джесс вытащила тридцать евро. Затем написала записку. При этом Джесс с горечью подумала, что родители не посчитали нужным поставить ее в известность о том, что расходятся, а вот она поступает так, как положено. Она положила записку рядом с маминым ежедневником, оглядела в последний раз кухню и вышла через заднюю дверь, в последнюю минуту прихватив по пути легкий дождевик и зонтик. Ее поезд отправлялся через полчаса, и Джесс хотелось до сумерек успеть добраться к месту назначения.
Вечером, едва войдя в дом, Эбби услышала звонок телефона. Звонила Катя, чтобы отчитаться, какие сообщения поступали на имя Эбби в течение дня. Закончив говорить с Катей, Эбби отправилась на кухню, выпила стакан воды, вернулась в гостиную и включила автоответчик, чтобы узнать, кто звонил ей домой. Последнее сообщение повергло ее в шок.
– Миссис Бартон, это Ребекка Тирни, секретарь школы. Я звоню потому, что Джесс сегодня не была на занятиях. Если ученик заболел или отсутствует по уважительной причине, родители должны позвонить нам, чтобы мы сделали соответствующую отметку в журнале. Таковы правила нашей школы, и мы просим вас соблюдать их. – И секретарь продиктовала номер телефона.
