– Я знаю о нем. Ты, видимо, имеешь в виду Арман-Жана дю Плесси, – уточнил Блейз. – Но ты прав – Де Нильс человек не менее способный.
– Вот и я о том же. Можно считать что нам повезло, раз Де Нильс с нами. Очевидно, он хочет завлечь Кассиду и Ньютон в наши сети так, чтобы они просто ничего не заметили. Красивая работа, брат. Может быть, ты мне все-таки расскажешь, как тебе это удалось?
– Я просто рассказывал о том, к чему я стремлюсь. Цели Де Нильса совпадают с моими – во всяком случае пока, вот и все. Но как ты узнал, что он готов сотрудничать с нами?
– Он связался со мной накануне отлета с Новой Земли, когда так и не смог связаться с тобой, – пояснил Данно. – И соответственно дал понять, что мы будем работать вместе – разумеется, не в открытую. Так что, ты говоришь, больше всего привлекло его?
– Я бы не сказал «привлекло» – к такого рода людям это понятие неприменимо, – сказал Блейз. – Он и дальше все будет делать по-своему…
– Минуточку… – вмешалась Тони. Блейз поднял глаза и увидел, что она и Генри приближаются к постели, а кресла послушно плывут по воздуху вслед за ними. Оба уселись рядом с Данно.
– Нам с Генри кажется, что мы тоже должны принять участие в этом разговоре, – сказала Тони. – Я вообще не знала, что тебе удалось привлечь Де Нильса на нашу сторону, и не понимаю, как тебе это удалось за такое короткое время – с момента начала встречи и до его ухода. Во всяком случае на самой встрече – а мы все внимательно следили за происходящим – ничто не предвещало такого развития событий.
– Да, это случилось уже после встречи. К тому же я бы не стал называть это «привлечь», – спокойно ответил Блейз. – Просто получилось так, что до начала моего приступа мы успели заключить с ним сделку. Именно поэтому я и боялся, что он или кто-нибудь из присутствующих заметит произошедшую во мне перемену. Если бы он понял, что у меня есть хоть какая-то слабость, он тут же постарался бы воспользоваться ей. Он гораздо более способный человек, чем все, кого мне когда-либо приходилось встречать, – кроме одного.
– Наверняка это Хэл Мэйн, – буркнул Данно. – Кто же еще!
– Да, – согласился Блейз. Ему вспомнился бородатый человек в тюремной камере на Гармонии. – Хэл Мэйн.
– Ты просто одержим этим парнишкой, – заметил Данно. – Надо будет как-нибудь повидаться с ним и попытаться понять, почему ты так высоко его ценишь.
– Он уже давно не парнишка, – возразил Блейз, – а что касается его способностей… с родственниками я его не сравниваю. За тебя я спокоен.
Он улыбнулся Данно.
– Думаю, я с ним справлюсь, – задумчиво произнес Данно. – С Де Нильсом, я имею в виду. Конечно, это будет зависеть от того, где мы встретимся – на его поле или на моем. Да и жизненный опыт у него куда больше моего. Так что у него, возможно, поначалу будет целых два преимущества. Но все же думаю, я справлюсь. Хотя, впрочем, ты, наверное, прав, Блейз: в таких делах трудно что-нибудь гарантировать.
– Я заметил некоторые из его слабых мест, – сказал Блейз, – и мы обязательно их используем, так же как он с удовольствием воспользовался бы любой моей слабостью.
– Давайте лучше вернемся к разговору, – предложила Тони. – Ты сказал, что заключил с ним сделку как раз перед тем, как отключился. Но ведь я была рядом с вами в той же комнате. И не слышала ничего, даже отдаленно напоминающего какое-либо соглашение.
– Все произошло за какие-то считанные минуты, если не секунды, – пояснил Блейз. – Более того, он сам сделал первый шаг навстречу.
– Как это? – удивилась Тони.
– Я вовсе не собирался держать это в секрете от вас, – сказал Блейз. – Просто я сейчас целиком сосредоточился на том, чтобы поскорее выздороветь и обдумать, что делать дальше. Но первый шаг навстречу сделал действительно Питер. Должно быть, он еще во время встречи решил, что без особой необходимости ссориться со мной ни к чему. А согласие действовать сообща высказал в форме рассказа о том, к чему он всю жизнь стремится.
– Мы слышали, что он говорил, когда следили за ходом встречи, – сказал Генри. Его взгляд уже утратил ту мягкость, которая был в нем, когда он пришел навестить больного Блейза. – Он стремится к тому, чтобы Ньютон возвысился над всеми остальными мирами.
– Нет, – покачал головой Блейз. – Он старается ради лишь очень небольшой группы людей на Ньютоне. И планы Ньютона по завоеванию остальных миров его ничуть не интересуют. Равно как и то, кто правит Ньютоном. Его волнует только то, чтобы лучшие умы Ньютона были как следует защищены и имели все необходимое для работы. И до тех пор, пока он в силах все это им обеспечить, он считает, что жизнь его имеет смысл.
– Интересно, – протянул Данно.
– А разве нет? – спросил Блейз. Он уже охрип. Потянувшись к кувшинчику с водой, стоящему на тумбочке рядом с постелью, он сделал несколько глотков.
– Он посвятил себя служению им – что по большому счету означает служение всему человечеству, – продолжал Блейз уже нормальным голосом. – Я думаю, Данно, он видит и понимает, в каком направлении движется история. Просто он не сумел сосредоточиться на ней так, как я. В основном он хотел моих гарантий – чтобы его драгоценные ученые получили возможность и дальше работать на благо всего человечества. Я на это заметил ему, что мне безразлично, кто управляет мирами, поскольку я преследую чисто философские цели. Он счел это вполне разумным – что в принципе и означало согласие сотрудничать со мной, – а после этого я как раз отключился.
– Самое главное, что он согласился работать с нами, – сказал Данно.
– С нами, но не на нас, – заметил Блейз.
– О, поверь, Блейз, я отлично понимаю разницу, – усмехнулся Данно. – Но я все равно рад, что Тони заставила тебя рассказать подробности, хотя я, конечно, со временем все равно вытянул бы их из тебя. Думаю, может, мне стоит встретиться с Де Нильсом до его отлета на Кассиду. Нужно налаживать с ним отношения.
Он поднялся.
– Да, – сказал Блейз. – Неплохая идея.
Он вдруг резко сел, свесив ноги с постели, а затем встал. Его охватил приступ того же самого почти болезненного возбуждения, как тогда на Ассоциации, перед началом лекционного турне, когда он ждал, чем же кончится разговор Тони с отцом насчет ее отлета вместе с Блейзом.
– Плевать на то, что говорит Кадж Меновски, – заявил он. – Слишком многое еще предстоит сделать, и нет никакой разницы, когда вставать – сейчас, через двенадцать или четырнадцать часов. Довольно с меня этой больничной койки!
Глава 47
Вряд ли имело большое значение то, как они сблизились. Этапы этого сближения были настолько неощутимы, что Блейзу пришлось потратить немало усилий, чтобы шаг за шагом восстановить их в памяти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
