Антонетте не давала ему покоя, как ноющий зуб. Морщась от жуткой головной боли, Кел размышлял о колечке из травы. Почему она сохранила его? Зачем носила на груди? Может быть, ей тоже не хватает его дружбы? Может быть, это напоминание о беззаботном детстве? Или все действительно гораздо проще – Антонетта спрятала кольцо в кулон в тот вечер, а потом забыла о нем?
Или за этим кроется что-то еще? Кел снова вспомнил слова Лин. «Вы ей нравитесь». Нет, этого не может быть. «Антонетта меня не знает. Она знает только Кела Анджумана».
И, разумеется, он думал о проблеме Проспера Бека.
Почему Бек приказал ему раздобыть медальон, в котором ничего не хранилось, кроме нескольких сухих травинок? Это было непростое задание. Знал ли Бек о потайном отделении или всего лишь устроил проверку? Может быть, кто-то уже похитил содержимое? Но Антонетта ясно выразилась: внутри ничего нет. Может быть, она сама вытащила то, что там хранилось? За последние несколько недель, в течение которых произошло столько странных событий, он усвоил одно: Антонетта намеренно прикидывается легкомысленной дурочкой, недооценивать ее ни в коем случае не стоит.
Только один человек мог дать ответ на его вопросы. Кел сделал над собой усилие и сел. Его отсутствие в Маривенте можно будет позднее объяснить необходимостью прогуляться и проветрить голову. Может, прежде чем спуститься в Кастеллан, он зайдет на кухню и попросит у дона Валона кружку его знаменитого лекарства от похмелья. И пусть повар добавит туда побольше белого уксуса. После прошлой ночи Кел чувствовал, что его организму необходима чистка.
Он как раз натягивал льняные штаны, когда за тяжелыми бархатными занавесями кровати Конора раздалось шуршание. Занавески раздвинулись, появилась белая рука, потом женская нога.
Значит, в кровати Конора лежала женщина. Уже не в первый раз. Пока Кел оглядывался в поисках рубахи, стройная фигурка в белом выскользнула из-под балдахина и задернула занавески. Женщина испустила вздох облегчения, тряхнула головой, и по плечам рассыпались темно-рыжие волосы. Кел окаменел.
Лин?
Наверное, он издал какой-то звук, потому что женщина вздрогнула и резко обернулась. Увидев Кела, она заулыбалась.
– А, – заговорила она. Она была завернута в белую простыню, виднелись только босые ноги. – Как странно встретить тебя здесь. – Ее взгляд уперся в его обнаженный торс. – Одобряю выбор костюма, Кел.
– Силла, – прошептал он.
Кел испытал одновременно удивление и облегчение, и еще разозлился на себя: как он мог подумать, что Лин провела ночь с принцем? Она не раз давала понять, что Конор ей не нравится.
– Силла, что ты здесь делаешь?
– По-моему, это очевидно. Ищу свою одежду.
Кел указал на красную сорочку, в которой она была вчера на балу. Сорочка висела на спинке кресла, стоявшего у кровати Конора.
– О, благодарю, сьер Анджуман.
Видимо, решив, что Кела можно не стесняться, она сбросила простыню и выступила из белых складок, как морская богиня из пены. Кел почувствовал, что краснеет, но не потому, что Силла была раздета, а потому, что ее тело выглядело таким знакомым. Он успел изучить его, как музыкант изучает произведение, его ритм, ноты – низкие и вибрирующие, высокие и пронзительные.
Силла накинула алую сорочку и начала натягивать кружевные чулки. Не поднимая головы, обратилась к Келу:
– Ты же не против, правда? Мы с тобой так давно не виделись. И я решила, что… и потом, он все-таки наследный принц.
Откуда-то снаружи, с улицы, донесся смех. Детский смех. Кел закрыл глаза и прижал пальцы к векам, пытаясь отвлечься от головной боли.
– Нет, не против, – ответил он. – Надеюсь, он с тобой хорошо обращался?
Девушка надела красные атласные туфли и подошла к нему.
– Хорошо. Лучше не бывает, – сказала она и поцеловала его в щеку. – Но спасибо за то, что спросил. – Силла наклонила голову набок. – А теперь скажи, отсюда можно как-нибудь… незаметно выбраться в город?
Рассказывая, как выйти на Морскую тропу и что сказать Манишу, дежурившему у ворот, Кел нашел рубашку. Они попрощались, и девушка в алой шелковой сорочке скрылась за дверью. Теперь он даже удивлялся самому себе: ну как он мог вообразить, что перед ним Лин? Лин выше ростом, у нее косы медного оттенка, а у куртизанки волосы багровые, как красное дерево.
Наверное, Кел подумал так потому, что Лин была на празднике вчера вечером и Конор как-то странно смотрел на нее… Но, возможно, принц в это время просто размышлял о своем. Конор был несчастен, и Кел не мог сердиться на него из-за куртизанки.
И если уж на то пошло, думал он, надевая сапоги и приглаживая вставшие дыбом волосы, Силла не его содержанка, она свободная женщина и может спать с кем хочет.
И все же… Конор ведь знал… Он знал…
Однако Кел не мог сформулировать, что именно знал Конор.
Оказалось, что детский смех доносится из внутреннего двора. Вьен и Луиза были одни; девочка пыталась залезть на стену, как «паук». Вьен стояла внизу, вытянув руки, чтобы поймать принцессу в случае чего. Она была одета в униформу Черной гвардии и, судя по ее лицу, чувствовала себя гораздо комфортнее, чем на приеме.
– E si te scavałca ’ł muro, ałora, cosa fatu, insemenia? – произнесла она на языке Сарта.
(«А если вы перелезете через стену, что будете делать дальше, глупая девочка?»)
Луиза случайно обернулась и заметила Кела. От неожиданности она разжала пальцы и свалилась со стены; Вьен подхватила ее, и принцесса снова залилась смехом. Кел боялся, что девочка до сих пор расстроена из-за вчерашнего происшествия, но, видимо, она уже обо всем забыла. Луиза продолжала хихикать, когда Вьен поставила ее на землю, потом подбежала к Келу и затараторила на своем языке так быстро, что Кел почти ничего не понял.
– Она рада вас видеть, – сухо произнесла Вьен, – и говорит, что в ее комнате есть доска для игры в «замки», если вы желаете сыграть.
– Me piasarìa zogar, ’na s’cianta, – начал Кел, но Вьен не дала ему договорить.
Не строго, но твердо она произнесла:
– Луиза, cara[29], сходите соберите букет для Prìnçipe Marakandi.
Луиза подбежала к клумбе с бархатцами и начала обрывать оранжевые цветы. С моря дул довольно сильный прохладный ветер, земля была усыпана лепестками.
– Вы ее новый любимец, – сказала Вьен.
Ее каштановые волосы блестели на солнце. Кел заметил, что она вооружена: на боку висел короткий меч, а в сапогах почти наверняка прятались кинжалы.
– Но не волнуйтесь; от вас многого не потребуется.
– Надо же, – ответил Кел. – Ну ничего; Конор завоюет ее расположение. Обязательно.
