в Британию окончено. Но этот проклятый остров оказалось гораздо труднее укротить, чем предполагал ранее любой из наших уважаемых полководцев. Первым нам бросил нам вызов Каратак. Теперь дуротриги доставляют нам проблемы. Некоторые из этих сообщений доходят до Рима, несмотря на все наши усилия по нежелательному использованию этой информации против нас, и с каждым днем голоса критиков Императора становятся все громче. Некоторые, упаси боги, открыто призывают к полному выводу наших войск из Британии.
Фигул хмыкнул: – Ну, это еще как сказать!
Сцилла втянул воздух сквозь зубы: - Немыслимая перспектива, согласен. На данный момент это мнение меньшинства, но существует реальная опасность того, что эти призывы станут более распространенными, если наши трудности в этой провинции сохранятся. Вот почему так важно, чтобы нам удалось сделать Тренагаса правителем. Это единственный способ удержать дуротригов, не вовлекая новые когорты из других провинций. Наше будущее в Британии зависит от Тренагаса, который объединит дуротригов под своей властью до того, как весь регион может взорваться полномасштабным восстанием. Сцилла пристально посмотрел на Фигула, и в его бледных глазах мелькнул стальной блеск, когда он продолжил. - А ты и твои люди должны ему помочь.
- Как?- спросил Фигул.
- Во-первых, сопроводив нас в Линдинис. В составе группы будут я и Тренагас вместе с его личной свитой из советников и слуг. Сцилла неловко поерзал в кресле. – Как я понял от Легата Плавтия, путь на Линдинис не совсем безопасен?
Фигул хмыкнул: - На этих дорогах полно неприятностей, это точно. Налетчики, разбойники и тому подобное.
- Я понимаю.
Оптион заметил проблеск беспокойства в глазах посланника и, чтобы рассеять его опасения произнес: - Не волнуйтесь. Ребята под моим командованием хорошие солдаты. Если какая-нибудь сволочь попробует это на нас, мы их перережем быстрее, чем вареную спаржу.
Его слова, казалось, едва ли успокоили Сциллу, но после паузы посланник откашлялся и продолжил: - Сопроводить нас в Линдинис - первое задание, которое я от тебя требую.
- А, что вторая? - спросил Фигул.
- Как только мы прибудем в Линдинис, мне понадобится твоя помощь в устранении действующего вождя племени.
- Кто он?
- Неприятный тип по имени Кенатак. Согласно отчету, который я получил от легата, он бывший их полководец, который когда-то заявлял о своей верности друидам. Хотя Кенатак осудил друидов вскоре после вторжения, его верность нашему делу остается несколько сомнительной. В самом деле, мы подозреваем, что он снабжает людьми бродячую банду ихних воинов за нашей спиной.
Фигул почесал челюсть: - Почему же тогда он все еще главный вождь?
Сцилла оскалился: - Кенатак – правитель, пока мы его терпим. Он пришел к власти пять лет назад, когда узурпировал Тренагаса как вождя, в немалой степени благодаря поддержке друидов. Тренагасу был предоставлен выбор: смерть или изгнание. Впоследствии он бежал в Нарбоненсис и умолял тамошнего губернатора вернуть ему его должность..
- Зачем было так долго ждать, чтобы сделать его правителем?
- В то время считалось, что, хотя Тренагас и имел право быть эффективным правителем-клиентом, но было слишком рискованно навязывать дуротригам смену правителя, пока мы все еще были заняты делами с Каратаком. Мы не могли допустить дальнейших раздоров между дуротригами, пока легионы заняты кампанией где-то еще. Он скрестил руки перед грудью и ухмыльнулся. - Теперь Каратака убрали с дороги так, что мы можем разобраться с Квенатаком.
Фигул засунул большие пальцы за пояс и надолго задумался: - Если мы снесем этому вождю голову, это разозлит местных жителей. Особенно, если он получил все голоса на выборах.
- Возможно, - уступил Сцилл. - Но несколько недовольных фермеров предпочтительнее, чем позволить нынешней ситуации продолжиться. Нам нужно создать проримский оплот среди дуротригов, и Кенатак явно не справляется с этой задачей. Из за его прежних симпатий к друидам мы не уверены, в чем заключается его лояльность, оптион. Ты понимаешь нашу позицию.
- Справедливо, - сказал Фигул, почесывая щеку. - Но под моим командованием только две декурии легионеров. Увидев вопросительное выражение лица посланника, он быстро добавил: - Шестнадцать человек. Что произойдет, если вождь устроит драку, когда мы его оттесним?
- Сомнительно. После завоевания Веспасиан разрешил Кенатаку держать лишь горстку телохранителей. Ему нужны были люди, чтобы завоевать доверие отдаленных поселений, которыми он теоретически управляет, и, по общему мнению, его телохранители до крайности лояльны. Но они плохо обучены и не должны представлять большой проблемы для твоих людей. Кроме того, вспомогательные войска, размещенные в близлежащем форте, будут под рукой, чтобы оказать поддержку и отговорить туземцев от совершения какой-нибудь глупости.
- Какова численность гарнизона? - спросил Фигул.
- Одна когорта ауксилариев батавских вспомогательных войск под командованием префекта Тита Коскониана. В другое время я бы доверил арест Квенатака гарнизону, но в данном случае я не думаю, что это хорошая идея. Префект совсем недавно занял свою должность и все еще учится управлять. - Он сделал паузу. - Крайне важно, чтобы мы убрали Кенатака и заменили его нашим человеком, прежде чем ситуация ухудшится.
Фигул кивнул: - Согласен.
- Хорошо. - Сцилла сцепил руки и громко откашлялся. - Есть вопросы, оптион?
Фигул на мгновение задумался: - Нам понадобятся припасы для путешествия.
Сцилла кивнула: - Пусть твои люди берут все, что им нужно, из запасов военно-морской базы. Если центурион Скрофа поднимет шум из-за этого, направь его ко мне. Это напомнило мне… Как далеко отсюда до Линдиниса?
- Пять дней, по моим подсчетам. - Накануне ночью Фигул изучил карту маршрута от Новиомагуса. Он не спал до позднего вечера, пытаясь найти самый безопасный способ добраться до поселения. Он поздно лег, и мало спал. Но усталость еще не доняла его.
- Мы уезжаем завтра - объявила Сцилла. – С утра. Я дал указание, чтобы твоим людям предоставили верховых животных из местных конюшен. Теперь, если это все…?
Фигул не мог думать ни о чем другом, поэтому он глубоко вздохнул и кивнул, когда Сцилла выскользнул из-за стола. Посланник отвернулся от оптион и молча смотрел в маленькое окошко на дальней стене, выходившее во двор, на несколько мгновений погрузившись в свои мысли.
- Политика на этом острове - кошмар, - проворчала Сцилла, глядя в окно. - Кровная месть, старейшины племен, семейные дрязги. Не говоря уже об этих друидах, вечно вмешивающихся в политические дела. Он полуобернулся к Фигулу. - Для сравнения, Рим - почти образец стабильности.
Галл не знал, что сказать на все это. Он чувствовал себя явно неловко,
