особенно для Ерменигельда, покоренного любовью и добродетелью своей жены.
Чтобы избежать скандалов, которые могли стать известными народу, большинство которого составляли не вестготы-ариане, а православные испаноримляне, было принято решение отправить молодоженов в Гиспалу, на территорию, граничащую с испанскими владениями восточных римлян. Где нужен был царский наместник, которому монарх мог бы без опасения доверять. Кроме того, с удалением от двора Ингунды Леовигильду было проще осуществлять политику религиозной унификации страны, по сути означавшей насильственное обращение православных христиан в арианство. По мнению вестготского царя, эта мера должна была укрепить политическое единство страны. Кроме того, Леовигильд рассчитывал, что за время пребывания Ингунды и ее мужа царевича Ерменингельда в Гиспале ее религиозное упорство ослабеет, она подрастет и «поумнеет», ведь в пору своего бракосочетания Ингунда была еще почти подростком.
Нелегко оценить миссию святого Ерменингельда в Бетике (области юго-западной Испании, приблизительно совпадающей с современной испанской провинцией Андалузией). Современные авторы используют двусмысленные фразы, что речь шла об управлении царевичем той областью в качестве царского наместника, а не суверенного монарха. Любое расчленение визиготского царства шло вразрез с политикой объединения, проводимой Леовигильдом.
Одновременно с удалением из Толета Ерменингельда царь начал активную политику по обращению в арианство всех своих подданных, религиозного объединения ариан-вестготов и православных испаноримлян. В 580 г. в Толете состоялся собор арианских епископов, который «облегчил» христианам-кафоликам путь к вероотступничеству (уклонению из православия в арианскую ересь — В.А.). Он признавал действительным православное крещение, если при этом таинстве произносилась арианская крещальная формула. Была много случаев вероотступничества — например, епископ Сарагосский Винцент, обратился к арианству даже не столько по богословским убеждениям, столько из страха и расчета.
Преследования, разжигаемые при подстрекательством царицы — «головы, ответственной за принятые меры», изобиловали ссылками, экспроприациями, телесными наказаниями и тюремными заключениями. Однако вместе с этим проявилась душевная стойкость, твердость веры и мужество ряда архиереев, таких, например, как Масона Эмеритский, столп гонимого православия, который не оробел перед угрозами ариан. Он был изгнан со своей кафедры, и на его место был назначен арианин Сунна. В «Историю великих архиереев» этот Сунна вошел как человек «отвратительный, гнусного зверского лица, свирепого взгляда, грубых манер…», незаконно захвативший кафедру, которого Масона вызвал на публичный диспут (или, говоря по-древнерусски, «прю о вере»), в котором с легкостью одержал победу. Однако, это не помешало отнятию у (православной — В.А.) церкви в пользу еретиков находившейся в юрисдикции святителя Масоны базилики святой Евлалии, базилики Пресвятой Девы Марии Толетской и многих других православных храмов вестготского царства. Были попытки убить энергичного архиерея, и царь пригрозил ему ссылкой, которую святитель воспринял с иронией: «Ты предлагаешь мне ссылку? Имей в виду, я не боюсь угроз. Меня не пугает ссылка. И поэтому я прошу тебя, чтобы ты, если знаешь хоть одно место, где нет Бога, послал меня туда». «Безумец, есть ли такое место, где нет Бога?», — прервал его царь. «Если ты знаешь, что Бог есть везде, — ответил Масона, — почему же ты угрожаешь мне ссылкой? Я знаю, что в любом месте, куда бы ты меня не послал, у меня не будет недостатка в Божией помощи. И я так в этом уверен, что чем больше ты будешь меня притеснять, тем более мне будет помогать и утешать милосердие Божие». Подобно Масоне, из своих епархий были изгнаны святой Леандр Севильский, святой Фульгенций Эсихский, Фроминий Агдский. Святой Исидор Севильский, выдающийся церковный деятель, историк и образованнейший человек своего времени, говоря о тех преследованиях, сообщает, что Леовигильд «преисполненый арианского фанатизма, преследовал православных, изгоняя епископов, захватывая церковное имущество, лишая Церковь прав. Этим он достиг того, что многие переходили в ересь, напуганные наказаниями или прельщенные деньгами и царскими милостями».
А в это время, будучи правителем Бетики в Гиспале, окруженный преданным двором, Ерменингельд возродил в своем доме мир и покой. Ингунда могла свободно исповедовать свою веру и впервые познать радость материнства с рождением сына, которому дали имя Атанагильд.
Прибытие Ерменингельда в Гиспалу совпало с пребыванием на епископской кафедре святого Леандра, старшего из четырех святых братьев и сестер, прибывших из Нового Карфагена (Картахены) в визиготскую землю. Все они — кто на епископской кафедре, кто в монастыре — стали светильниками и примерами добродетельной жизни. Святой Леандр был старшим сыном, его братьями были святитель Исидор, избранный на Гиспальскую кафедру после смерти святого Леандра, и святитель Астигский Фульгенций, сестрой — преподобная Флорентина, основавшая первый женский монастырь в Испании.
Благодаря продолжительным беседам королевича с епископом Леандром и добродетельному примеру супруги Ингунды, Ерменингельд познал истину христианской (православной — В.А.) веры и ложь арианской ереси, далекой от Божественной правды, поскольку она отвергала основной догмат — Божество Господа Иисуса Христа и единосущие Пресвятой Троицы. Под воздействием благодати Божией он отрекся от арианства и стал членом православной паствы, приняв крещение с именем Иоанн.
Интересно, в данной связи, отметить роль православных правительниц в позднеантичной и раннесредневековой Европе, благодаря которым обращались к (православной — В.А.) вере сперва их мужья, а затем и целые народы. Бургундская царевна Клотильда повлияла на обращение (в православие — В.А.) своего супруга — франкского царя Хлодвига. Меровингская царевна Берта, бывшая замужем за Этельбертом Кентским, стала своеобразным «мостом» для проникновения православия на юг Англии; Этельберта, супруга царя Нортумбрии Эдвина, представила ему монаха Павлина Йоркского, крестившего в реках Нортумбрии массы народа. После этой встречи и сам англосаксонский царь стал христианином. Царица Теодолинда повлияла на просвещение лангобардов; наконец наша славная равноапостольная великая княгиня Ольга-Хельга из готского рода Амалов много поспособствовала просвещению подчиненных князю Игорю руссов и славнейшего из русских Амалов — своего внука святого Владимира Красное Солнышко, крестившего Русь в православную веру. В Испании на Ингунду выпала миссия подготовить страну к официальному принятию православия, но эта миссия стоила многих жертв, скорбей и потерь.
Преследование православных, начатое Леовигильдом, как и следовало ожидать, вместо того, чтобы укрепить единство страны, стало причиной более глубокого разделения. До достижения политического спокойствия визиготам было еще далеко. Испаноримляне считали вестготов не своими соотечественниками, а скорее оккупантами; варвары занимали все главные должности и при дворе, и в армии. В официальных вестготских документах той эпохи встречаются только германские имена.
В этот период государство вестготов раздиралось множеством внутренних нестроений, сопровождаемых многочисленными восстаниями, которые Леовигильд был вынужден с жестокостью подавлять, будучи не в силах мирным путем потушить их очаги. Баски, кантабры, левантийцы, жители Ороспеды серьезно угрожали существованию готской монархии. Но самую большую угрозу представляли области Гиспалы и Кордубы, совсем недавно отвоеванные готами у «ромеев». Ставшие пристанищем противников вестготов, всегда
