— Понятно, — повторил Иосия. — Стало быть, вы еще и многоопытный молодой джентльмен, в придачу ко всему прочему. В сложившихся обстоятельствах этому можно только удивляться.
— Незнание какого-то явления не отменяет его существования, сэр. В нашей вселенной есть силы и сущности, неподвластные нашему с вами жалкому разуму. Такого рода силы контролировать невозможно; они сами подчиняют всех и вся. Да, такие, как мы, могут к ним воззвать, обратиться с молитвой, принести жертвы. У них нет ни причины, ни желания прийти на помощь к вам, или ко мне, или к любому другому; если они это и делают, то под влиянием каприза. Хотя время от времени они снисходят к нашим просьбам, если к тому расположены.
— Мистер Джон Хантер, вы изъясняетесь загадками, — парировал скряга сердито. Он терпеть не мог, когда не понимал, о чем толкует собеседник; это лишало его преимуществ, а потому раздражало и злило. — Похоже, вы доведены до отчаяния. Это вовсе не плохо. Наблюдать отчаяние всегда приятно. Ведь оно — свидетельство преданности долгу; я, как человек добросовестный, это весьма ценю. Вы — рьяный энтузиаст своего бизнеса, как и я — своего. Но остается одна загадка. В чем же заключается ваш бизнес, позвольте узнать?
— Мой бизнес и мои дела, — проговорил мистер Хантер, — касаются меня, и только меня. В мир призвана могущественная сила, сэр. Я в этом виноват, я за это отвечаю, и совладать с помянутой силой не сможет никто, кроме меня. Это вопрос жизни и смерти. Во имя безопасности всех живущих — вещь, которую ваш приспешник Найтингейл изъял из моего дома, должна быть немедленно возвращена мне. Нельзя допустить, чтобы этот предмет попал в чужие руки.
— Вы несете вздор, прямо как какой-нибудь треклятый церковник, — цинично хмыкнул Иосия. — А святоше я голову себе морочить не позволю. Ха! Вот, значит, кто вы такой, сэр? Странствующий папист, пытающийся обратить честной люд в свою идолопоклонническую веру? Показуха, сплошная показуха! Вот, значит, как объясняется загадка пурпурной мантии, и размалеванного лица, и пастушьего посоха! О, не сомневайтесь, мистер Джон Хантер, обо всех этих милых подробностях я превосходно осведомлен! Но в этом доме вы никого не совратите, сэр; нет-нет, ваша обветшалая римская церковь — не для меня. Я-то думал, вы и вам подобные все сгинули при разъединении! Впрочем, не важно. А какие еще детали, гадаете вы, возможно, стали мне известны, а? Например, в чем на самом деле заключается ваш бизнес и почему вы здесь? Откуда вы явились, сэр?
Мистер Хантер ответил не сразу. Он не отрывал взгляда от скряги, и на губах его играло точное отражение зловещей улыбочки Иосии.
— Из краев более отдаленных, нежели вы в силах вообразить себе.
Иосия снова хмыкнул. Дым сигары окутывал массивную седую голову точно нимб, и сквозь эту белесую завесу скряга взирал на собеседника не менее пристально.
— Вы знакомы с джентльменом, называющим себя Джек Хиллтоп? — осведомился мистер Хантер, помолчав.
— А есть ли мне выгода в этом знакомстве?
— Я ни слова не сказал про выгоду. Я всего-навсего задал вопрос.
— А я всего-навсего на него отвечу, чтобы удовлетворить ваше любопытство. Нет, сэр, среди моих знакомых человек по имени Джек Хиллтоп не числится. А если бы и числился, это бы вас не касалось.
— А человек по имени Авле Матунас?
— Это еще что за имя? Римское? Возможно, один из ваших духовных братьев?
— Как я уже предположил в общем и целом, вы блефуете, — произнес мистер Хантер, укоризненно качая головой. — Вы ровным счетом ничего не знаете ни обо мне, ни о моей истории. Ваши «подробности» в равной степени сфабрикованы из теорий и догадок. Тут, как во многих других вопросах, вы — безнадежный профан.
На этом удачном выпаде словесная дуэль временно прервалась: поединщики вновь разошлись по разным углам и встали там, наблюдая друг за другом через всю комнату. Скряга скрипнул зубами. Такому, как он, непросто было сдерживаться перед лицом обидчика. И все-таки Иосия взял себя в руки, ибо во взгляде молодого светского щеголя светилось нечто странное, нечто, приковывающее внимание и заставляющее скрягу задуматься — некий желтый отблеск, тлеющее пламя. Для того чтобы вспыхнуть в полную силу, ему не хватало только искры.
— И вновь вы меня недооцениваете, мистер Джон Хантер. Ради вашего же блага предостерегаю: воздержитесь впредь от этой ошибки. Но я — человек снисходительный. Пойдем дальше. Я вот все гадаю: что же это за вещь вас так занимает?
Поскрипывая штиблетами, скряга подошел к шифоньеру красного дерева, притулившемуся у холодного камина, извлек на свет несколько предметов и расставил их на низком столике перед мистером Хантером.
— Полюбуйтесь на эти экспонаты, сэр, — проговорил Иосия, картинно взмахнув длинной костлявой дланью, и принялся расхаживать туда-сюда перед каминной решеткой, не сводя пронзительных ястребиных глаз с гостя. — Они вам знакомы?
— Вы отлично знаете, что да.
— Монеты, мистер Джон Хантер. Старинные монеты, и в придачу весьма необычные. Бронзовые и серебряные, не здешнего чекана. Вот гляньте-ка на эту: на ней — бык и парящий над ним голубь, и звезда; а вот еще, с головой юноши; а вот — плывущий гиппокамп. А вот и надписи: в них использован весьма загадочный алфавит. Разве я не прав?
— Вы отлично знаете, что правы. В ответ скряга рассмеялся самым что ни на есть зловещим смехом.
— Да, да. Понимаю. Вам палец в рот не клади. С вами шутки плохи. Вы — человек долга, настоящий бизнесмен. Я восхищаюсь вами, мистер Джон Хантер.
— До вашего восхищения мне нет дела.
— Ага! Что это у нас здесь такое? А здесь у нас карта, и, по всей видимости, весьма древняя. Карта чего, как вы думаете? Вот тут протяженный полуостров, в середине — горы, по обеим сторонам — море и несколько крупных островов, а на самом полуострове отмечены двенадцать городов, причем названия подписаны очень странными буквами — вроде тех, что на монетах. Вне всякого сомнения, это — один и тот же алфавит. Что скажете, мистер Хантер? Мистер Хантер молча курил.
— Судя по очертаниям полуострова и соседних островов, вполне очевидно, что это карта Италии. Разве я не прав, я вас спрашиваю? Более того, я вам скажу, что эти монеты, эти старинные деньги из бронзы и серебра, тоже италийского происхождения. Как вам моя гипотеза, а?
— Немудрено образованному человеку опознать контуры полуострова. Соответствующая картинка найдется в любом учебнике географии.
— Тогда позвольте мне сформулировать гипотезу чуть иначе, — проговорил скряга, воздевая костлявый палец. — Это — карта земли, которая некогда была Италией. Ибо при разъединении, как известно любому образованному человеку, мистер Джон Хантер, земля Италия и все ее злополучные обитатели исчезли с лица земли. Только представьте себе — сгинули в единый миг! А теперь взглянем на нынешнее положение вещей с вашей точки. Ни Италии, ни Рима, ни Папы!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
