Читаем без скачивания Огонь в его ладонях. Без пощады - Глен Кук

— Именно так я и думаю поступать, повелитель, — сказал Шадек с видом художника, любимый шедевр которого пожелал исправить другой мастер. — Я хочу заставить его настолько поверить в меня, чтобы он сам сообщил о наступлении решающего дня. Мы перережем глотку щенку, а затем бросимся на старшего. Полагаю, что план мой найдет твое понимание, повелитель?

— Прости меня, Шадек. Я просто беспокоюсь. Буквально обо всем. А как насчет бегства? В случае преследования мост может доставить нам массу неприятностей.

— К сожалению, этой трудности я не мог предвидеть, повелитель.

Гарун дал ему адрес и имя и велел привести этого человека на сеновал.

Прошло девять долгих недель. И все это время Гарун и Белул ни на минуту не покидали конюшню.

— Я, похоже, сойду с ума, а Ученик откинет копыта от старости еще до того, как мы приступим к действию, — ныл Гарун.

Белул хотел что-то сказать, но раздавшийся снизу шум его остановил. Шадек что-то прорычал, и все поспешили в укрытие.

— Появился Сиди, — прошептал Белул.

— Еще одна ложная тревога, — высказал предположение Гарун. — Очередная проверка.

Мальчишка навещал их еженедельно, становясь с каждым разом все смелее и смелее. Вот и сейчас его сопровождала всего лишь пара телохранителей. Шадек встретил отпрыска Ученика внизу.

Из всех щелей за встречей следили воины. Сиди и Эль Сенусси вели негромкую беседу, в ходе которой Шадек начал волноваться все больше и больше. Сиди же, казалось, был чем-то озадачен.

Шадек, как обычно бывало при таких беседах, отчаянно жестикулировал.

Но вдруг, оборвав фразу на полуслове, он что-то буркнул и принялся ковырять в ухе мизинцем, а затем, не говоря больше ни слова, рухнул на пол.

Полетели стрелы. Под их ударами Сиди и телохранители пустились в ужасный танец смерти. Шадек отполз в сторону, а его люди выскочили из укрытий, чтобы завершить начатое.

— Быстро, тихо и без труда, — сказал Гарун Белулу. — О чем можно еще мечтать?

Он спустился вниз и подошел к Эль Сенусси, который стряхивал с себя грязь и солому.

— Спрячьте их в сено, — распорядился Шадек. — Ты и ты, седлайте лошадей. Повелитель, — продолжил он, — через час мы должны быть в Святилище.

— И кем же мы там должны предстать?

— Торговцами солью, требующими компенсацию. Ученик испытывает слабость к представителям этой профессии. Мы станем жаловаться на произвол чиновников, управляющих добычей соли в Хэлин-Деймиеле. Это его любимая тема.

— Отлично. По мне, сгодится все, что позволит миновать Непобедимых, — произнес Гарун, поглаживая кинжал.

Они проверили, насколько легко можно извлечь спрятанные клинки. Все остальное оружие им придется сдать перед тем, как быть допущенными к Ученику.

— Позволь говорить мне, — сказал Шадек. — Мне кое-что известно о торговле солью. Как только наступит нужный момент, я опять поскребу ухо.

Все участники экспедиции были бледны и не скрывали своего страха. Парень, которому поручили стеречь лошадей, вздохнул с облегчением.

Гарун еще раз осмотрел своих людей. Для простых караванщиков они выглядели слишком сурово. Никто не поверит их россказням.

С напряженными лицами и готовыми выскочить из груди сердцами они проходили мимо бесконечного числа постов, выставленных для охраны Ученика. Гарун был поражен. Белые балахоны ничего не подозревали. Они не стали искать спрятанного оружия, видимо, потому, что посетители охотно сдали то, что было на виду, а также потому, что никто никогда не отваживался нападать на Эль Мюрида в стенах Святилища.

Гаруну оставалась надеяться, что его телохранители не утратят в такой степени свой бдительности. Убийцы из культа Хариша в последнее время крутились совсем близко.

Когда они вошли к тронный зал, Гарун отступил чуть назад и низко склонил голову. Белул тоже тащился сзади. Остальные прикрывали их своими телами. Эль Мюрид знал Гаруна в лицо, а также мог узнать и Белула.

Гарун все же не мог удержаться от того, чтобы не бросить жадный взгляд на Трон Павлина. Этот предмет мебели являл собой цель его жизни…

Свое название трон получил потому, что его спинка напоминала развернутый веером павлиний хвост. Перья в двенадцать футов длиной были выточены из дерева редких пород. В течение многих столетий их украшали золотом, серебром, самоцветами, нефритом, жемчугом и бирюзой. Все эти драгоценности образовывали причудливый узор. Династии Императоров Ильказара и поколения Королей Хаммад-аль-Накира вносили свой вклад в эту цветистую мозаику. Трон служил символом могущества Хаммад-аль-Накира точно так, как в свое время — олицетворением величия Империи.

Узурпатор, шакал, в жилах которого нет ни капли королевской крови, осквернил трон монарха… Гарун с трудом смог подавить ярость.

Но тут же последовала новая вспышка гнева. Это животное истребило всю его семью. Сидящее перед ним чудовище не только уничтожило все, что ему было дорого, но и натравило на него своих псов, которые вот уже много лет бегут по его следу.

Гарун незаметно подсчитал число телохранителей.

Шадек остановился в дюжине шагов от Трона Павлина. Отвесив короткий поклон, он еще чуть продвинулся вперед и начал говорить негромким, полным почтения голосом. Эль Мюрид наклонился вперед, внимательно слушая и время от времени кивая.

«Шадек, чего ты ждешь?! Ну начинай же!» — беззвучно кричал Гарун.

Так же как и при разговоре с Сиди, Шадек отчаянно жестикулировал, как бы стараясь сделать свои доводы более весомыми. Гарун попытался расслабиться и прогнать страх. Нельзя позволить, чтобы напряжение его выдало.

Двери с шумом распахнулась, и в тронный зал ввалился оборванный человек. На ногах он держался лишь с помощью пары Непобедимых.

— Берегись, повелитель! Измена! — крикнул оборванец.

На какую-то секунду все от изумления окаменели. Первым пришел в себя Эль Мюрид.

— Мауфакк! Как ты здесь оказался? Что с тобой?

— Убийцы, повелитель, — прохрипел Хали, указывая трясущейся рукой на просителей. — Вот они!

Гарун выхватил кинжал.

— Хали! — прошипел Белул и ринулся в атаку.

По тронному залу заметались люди. Сенусси бросился на Ученика, но его тут же отбросили в сторону. Гарун кинулся вслед за Шадеком, но на его пути возникли Непобедимые. Белые балахоны были застигнуты врасплох. Все больше и больше телохранителей пророка мертвыми падали на пол. Очень скоро число нападавших превысило численность обороняющихся.

Гарун прикончил стоящего на его пути воина и, отбросив тело в сторону, помчался к своему старому врагу. И вот их взгляды скрестились. Король-без-Трона уже не испытывал ни малейшего страха.