— Час от часу не легче, — вздохнул Джуффин. — Приди в себя, горе мое! В обществе сэра Шурфа ты, насколько мне известно, мотался не в Кеттари, а в графство Хотта. И будь моя воля, я бы тебя с этим потомком эльфов вообще никуда не отпустил бы, сам знаешь… А теперь еще и эпидемию какую-то придумал!.. Приводи в порядок свою бедную голову, сэр Макс, чем скорее — тем лучше. В ближайшее время она тебе понадобится. Какая ни есть, а лучше чем ничего.
Я взял себя в руки и сдержанно кивнул.
— Вот и славно, — улыбнулся шеф. — Ты гораздо сильнее, чем тебе самому кажется, так что справишься с этой небольшой проблемой.
— Я постараюсь, — так же сдержанно ответил я, хотя под моей горемычной крышей уже бушевала настоящая буря.
— Не забудь: сразу после заката у нас совещание, — напомнил Джуффин. — А пока можешь наслаждаться жизнью…
— Напоследок, — саркастически добавил я и вышел из кабинета.
Впервые я покидал кабинет сэра Джуффина Халли, испытывая колоссальное облегчение оттого, что мне больше не нужно находиться в его обществе.
— Куда все катится? — жалобно спросил я себя, усаживаясь за дальний столик трактира, название которого так и не прочитал, когда остановил у его дверей свой амобилер.
Потом я попробовал задать тот же вопрос Меламори. Ответа не последовало — впрочем, я не слишком-то и рассчитывал. Ее молчание казалось мне настолько неправдоподобным, что я даже не мог как следует из-за этого огорчиться. В каком-то смысле оно меня даже обнадеживало: на фоне упорного нежелания леди Меламори становиться одним из действующих лиц нелепой мистической драмы, в которую вдруг превратилась моя единственная и неповторимая жизнь, происходящее казалось мне все менее реальным…
Впервые за все годы пребывания в Ехо мне ужасно хотелось напиться — до полной невменяемости, до потери сознания, памяти и прочих составляющих личности. Было бы совсем неплохо потерять их, да не на время, а вообще навсегда, чтобы не осталось никаких проблем!
Но разумеется, я не напился: не так плохи были мои дела. Ясная голова требовалась мне как никогда прежде, поскольку я все еще рассчитывал распутать клубок из странных тайн сэра Джуффина Халли, которого я только что потерял — в любом случае, как бы ни развивались события!
Но пока что разум наотрез отказывался мне служить, для этого даже напиваться не требовалось.
После тщетной попытки внедрить в организм хоть какую-то пищу, запах и даже вкус которой я совершенно не ощущал, мне стало совсем тошно. Пришлось отставить тарелку в сторону и закурить. Тоже вполне противно, но терпеть можно…
Я попробовал послать зов самому Махи Аинти и убедился, что он то ли просто не хочет со мной общаться, то ли действительно не существует… Тогда я попытался связаться с Шурфом. Я подозревал, что никаких советов, кроме уже прозвучавшего (и, наверное, самого ценного) — уносить ноги, я от него не дождусь. Но мне ужасно хотелось задать ему парочку вопросов. В частности, выяснить: ездили мы в Кеттари или все-таки не ездили? И еще: была ли в Ехо эпидемия анавуайны? «По крайней мере, выясню, кто сошел с ума: я или Джуффин», — решил я.
Но и Шурф молчал, словно его уже не было среди живых. Наверное, парень предусмотрительно отказался от возможности периодически узнавать свежие новости: и так ведь ясно, что все хреново…
Грешные Магистры, как я ему завидовал!
«Связь больше не работает, — подумал я. — Может быть, я вообще никогда не владел Безмолвной речью? А возможно, никакой Безмолвной речи не существует? Просто мне однажды приснился дурацкий сон о таком способе общения, и я в него уверовал…»
Чтобы разобраться с этим раз и навсегда, я послал зов Мелифаро. Я не собирался обсуждать с ним текущие проблемы — по крайней мере, не сейчас! Просто решил проверить, существует ли в природе Безмолвная речь, и если да, то способен ли я ею пользоваться?
К моему несказанному облегчению, Мелифаро тут же откликнулся.
«Извини, Макс, но мне сейчас немного не до разговоров, — сказал он. — У меня тут, видишь ли, семейные проблемы…»
«Ладно, поговорим потом, — миролюбиво согласился я. — А если твои „семейные проблемы“ заключаются в том, что леди Кенлех не желает эвакуироваться из столицы Соединенного Королевства, передай ей, что я присоединяюсь к твоей просьбе. И еще скажи, что я прошу ее прихватить с собой сестричек. Сейчас это самая большая услуга, которую она может мне оказать…»
«Я ей передам, — сухо согласился Мелифаро. — Но не слишком ли это самоуверенно с твоей стороны — полагать, будто Кенлех должна считать твое мнение по этому вопросу более важным, чем мнение собственного мужа?»
Затем он поспешно попрощался и разорвал нашу Безмолвную связь. Я снова остался один, изрядно огорошенный неожиданным поворотом нашей беседы.
«Это что — проснулась запоздалая ревность? — изумленно подумал я. — Самое время, конечно! Ну да, разумеется, я же у нас главный местный Казанова. Ни одной чужой жены не пропускаю, сразу же лезу к ним под подол со своими ценными мнениями по любому вопросу, а они, дурочки, считают мои мнения более важными, чем мнения своих мужей… Бред собачий!»
Некоторое время я молча курил и за неимением иных развлечений разглядывал свои руки. Они казались мне совсем чужими из-за странных узоров, которыми были теперь изукрашены ногти.
Впрочем, если бы только руки! Все вокруг постепенно становилось чужим. Вот и люди, чье присутствие еще вчера делало меня самым счастливым человеком во Вселенной, вели себя как малоприятные незнакомцы — взять хотя бы того же Мелифаро! О Джуффине я уже не говорю… Даже местная кухня внезапно перестала мне нравиться — судя по тому, как я только что давился, пытаясь позавтракать…
«Мир сдвинулся», — пришла мне в голову цитата из когда-то прочитанной книжки, кажется из «Темной Башни» Стивена Кинга.
«Мир сдвинулся, — снова подумал я, теперь уже более уверенно. — Но может быть, его еще можно „задвинуть“ на место?»
Впрочем, я прекрасно понимал, что «задвинуть на место» ничего не получится и поэтому мне следует последовать давешнему совету мудрого Шурфа Лонли-Локли и делать ноги. Бежать куда угодно, лишь бы отсюда!
Ясно, конечно, что деваться мне особо некуда, да и Джуффин небось устроит погоню… С другой стороны, если вас укачало от езды в автобусе, главное — выйти, немного постоять на твердой земле, отдышаться, прийти в себя, а уже потом думать, что делать дальше. По-моему, верно. Ну и?..
То-то и оно, что ничего. Меня охватило ничем не объяснимое оцепенение, какой-то паралич воли, иначе и не назовешь. «Подождем еще немного, хотя бы до завтра, все уладится, вот увидишь!» — шептал мне сытый, спокойный голосок, притаившийся в одном из потаенных уголков моего сознания. Самое удивительное, что я ему почти доверял: то ли потому, что очень хотел верить в лучшее, то ли у меня просто не было сил сопротивляться. Скорее всего, и то и другое, конечно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
