С грустью думая о пропавшем друге, Менион в тысячный раз спрашивал себя, жив ли еще хрупкий паренек из Дола. Он снова корил себя за то, что не отправился на поиски Ши, когда жизнь юноши, быть может, зависела от него. Вместо этого он вновь позволил Алланону управлять собой и теперь чувствовал жгучую вину за предательство, которое невольно совершил. Мысль о брошенном друге была невыносима, и все же друид не неволил Мениона идти в Тирсис, и горец сам выбрал этот путь. Ведь кроме Ши в его помощи отчаянно нуждались и другие люди…
Задумчиво меря шагами просторную спальню, он наконец устало погрузился в мягкие объятия широкой кровати. Нащупав прохладную сталь меча, он лежал на спине и думал о будущем. Перед глазами вдруг возникло испуганное лицо Ширл, глаза девушки с мольбой вглядывались в его лицо. Он не может бросить ее здесь и отправиться на поиски Ши. Как вообще можно выбирать, кто из этих двоих важнее в его жизни? А ведь от него зависела и судьба Балинора, других узников, да и всего народа Каллахорна. Оставалось лишь надеяться, что Алланон с Фликом найдут пропавшего юношу и спасут его, если, конечно, Ши до сих пор жив. Уже засыпая, Менион вновь подумал о том, сколько испытаний выпало на их долю и как много зависело от них. Оставалось только молиться, чтобы судьба не отвернулась от них, и ждать. Молиться и ждать… Измученный разум Мениона наконец сдался, и принц мягко провалился в спасительный сон.
Однако уже через мгновение что-то заставило его проснуться. Слабый ли шорох или острое чутье опытного охотника — что бы это ни было, только оно спасло Мениона от верной гибели. Затаив дыхание, он неподвижно лежал на кровати, вслушиваясь в едва уловимый скребущий звук, который доносился от дальней стены, и вдруг увидел сквозь полуприкрытые веки, как на ней зашевелился гобелен. Казалось, часть грубой каменной стены кто-то вытолкнул наружу, и из темного проема беззвучно выскользнула согнутая фигура в темно-красном одеянии.
Сердце Мениона бешено заколотилось, и лишь усилием воли он заставил себя не вскочить с кровати и не схватить своего таинственного гостя. Закутанный в красное незнакомец быстро оглядел комнату и бесшумно направился к неподвижно лежащему горцу. Подойдя совсем близко, он вдруг остановился и выхватил из-под плаща длинный острый кинжал.
Менион не шевелился, рука его по-прежнему лежала на рукояти меча. Он выждал, пока злодей с кинжалом не оказался в одном шаге от кровати, а потом вскочил с быстротой молнии. Сильный и проворный как кошка, принц Лиха стремительно метнулся к вздрогнувшему от неожиданности незнакомцу и замахнулся над его головой все еще убранным в ножны мечом. Злодей отскочил и едва успел выставить перед собой кинжал. Меч взметнулся во второй раз, и кинжал звякнул о каменный пол, выпав из онемевших от боли рук. Не медля, Менион бросился на врага, всем весом сбил его с ног и придавил к полу, выкручивая ему руку и сжимая пальцы на горле.
— Кто тебя послал, подлый убийца? Отвечай! — зловеще прорычал Менион.
— Нет, нет, постойте, вы ошибаетесь… Я не враг… прошу вас, мне нечем дышать…
Он резко замолчал, хватая ртом воздух, и из его горла донесся громкий булькающий звук. Однако Менион вовсе не собирался отпускать злодея. Пристально вглядываясь в незнакомые черты, он решил, что никогда прежде не видел этого человека. Обрамленное маленькой черной бородкой узкое длинное лицо было искажено болью, а горящие ненавистью глаза незнакомца не оставляли никаких сомнений в его намерениях. Менион быстро отступил в сторону и рывком поднял пленника на ноги, другой рукой не выпуская его тощей шеи.
— Что ж, поведай мне о моей ошибке. У тебя есть минута, прежде чем я отрежу тебе язык и позову стражу!
Он отпустил горло врага и тут же схватил его за багровый плащ. Отшвырнув меч на кровать, он мгновенно поднял с пола кинжал, держа его наготове, на случай если незнакомец снова надумает напасть.
— Это подарок, принц Лиха… Подарок от короля, — проговорил пленник дрожащим голосом, пытаясь успокоиться. — Король лишь хотел выразить свою благодарность, и я… я просто вошел через другую дверь, чтобы не нарушать ваш покой.
Он выжидающе замолчал, острые глазки не отрываясь смотрели на горца. Казалось, его не слишком заботило, поверит ли ему Менион, он словно ждал, пока юноша увидит что-то еще… Принц резко тряхнул его, притягивая хитрое костлявое лицо к своему.
— В жизни не слышал такой бездарной лжи! Как твое имя, негодяй?
При этих словах глаза злодея полыхнули жгучей ненавистью.
— Я Стенмин, личный советник короля. — Казалось, он совершенно овладел собой. — И я сказал вам истинную правду. Паланс Букханн действительно попросил меня передать для вас подарок. В моих намерениях не было зла. Если не верите, можете спросить у короля. Спросите у него!
В голосе этого человека звенела такая непобедимая уверенность, что Менион понял — Паланс подтвердит даже самый неправдоподобный рассказ своего советника. У него в руках оказался самый опасный человек в Каллахорне, злобный и коварный мистик, тайно управлявший страной, единственный, кто мог помешать Мениону освободить Балинора. Принц Лиха не понимал причины необъяснимой ненависти этого человека, которого он видел впервые в жизни, зато прекрасно понимал, что, отпустив его или уличив в попытке покушения перед Палансом, снова поставит свою жизнь под угрозу. Он грубо швырнул мистика в кресло и велел сидеть тихо. Стенмин замер, взгляд его блуждал по комнате, руки нервно теребили острую бородку. Краем глаза наблюдая за ним, Менион лихорадочно думал, как лучше поступить. Решение пришло мгновенно. Он мог больше не откладывать освобождение Балинора до лучших времен — выбор был сделан за него.
— Вставай, мистик, или как тебя там!
Стенмин снова начал буравить принца своими злобными глазками, и Менион в бешенстве выдернул его из кресла.
— Я не задумываясь прикончу тебя, освободив народ Каллахорна от такой гадины. Но пока ты мне нужен. Ты отведешь меня в темницу, где заперт Балинор с друзьями. Живо!
При упоминании имени Балинора глаза Стенмина расширились от изумления.
— Откуда вы… узнали о нем… об этом изменнике? — удивленно воскликнул мистик. — Король сам приказал заточить своего брата в тюрьму, чтобы тот сидел там до тех пор, пока не сгниет заживо. Принц Лиха, даже я не…
Стенмину не удалось договорить — Менион схватил его за горло и с силой сдавил. Негодяй сдавленно всхлипнул и побагровел.
— Я не просил твоих оправданий. Я велел отвести меня к Балинору!
Он еще сильнее сжал пальцы, и хрипящий мистик бешено закивал. Менион наконец выпустил его шею, и почти задохнувшийся пленник без сил упал на колени. Горец торопливо скинул халат и облачился в свою одежду, потом пристегнул меч и сунул за пояс кинжал. Мгновение он размышлял, не разбудить ли спящую в соседней комнате Ширл, но быстро отказался от этой мысли. Хватит того, что он собирался рисковать своей жизнью, не стоило впутывать девушку в такую опасную затею. Если ему удастся освободить друзей, они еще успеют вернуться за ней. Менион повернулся к мистику, выхватил из-за пояса кинжал и поднес к его лицу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
