Взрывная волна — всего лишь стена разреженного газа — подхватила Мишеля, как бабочку и бросила на острозубое битое стекло ландшафта, но он ничего не почувствовал — Ланселот изолировал его от любого повреждения. Долгие секунды он плыл, глухой и слепой, в пустоте. Словно в свете вспыхивающих молний, на миг являлись ему фрагменты поверхности Миранды, и исчезали опять. Он понял, что эффективная защита Ланселота оберегала его органы чувств от повреждений. Но должен был быть способ пояснить Ланселоту, что нужно пропустить вовнутрь несколько большее количество внешних импульсов…
Лихорадочно найдя «пульт управления», который, как всегда, находился внутри него самого. Мишель произвел необходимые манипуляции. Когда к нему снова вернулось восприятие мира, он обнаружил, что стоит на четвереньках, пригнувшись к скале, окруженный со всех сторон кипящей каменной лавой. В слабой гравитации сателлита отдельные всплески лавы казались независимыми живыми организмами, вроде гигантских огненных одноклеточных. Прямо под его голыми ладонями добела раскаленная тонкая трещина выбрасывала плевки дыма в пламени, словно пулемет.
Над его головой продолжал буйствовать шторм белого огня. Нужно куда-то лететь, найти укрытие, найти помощь, постараться атаковать врага, сделать что-то. Но он и понятия не имел, в каком направлении нужно двигаться. Подниматься в небо, в бурю огня — так же рискованно и глупо, как прыгать в зубы автоматической циркулярной пилы. Поэтому он продолжал стоять там, где стоял, в отчаянии всматриваясь и вслушиваясь. Наконец, сквозь помехи боя, он обнаружил, что между несколькими незнакомыми ему станциями идет интенсивный радиообмен. Сообщения принимались и отправлялись с нечеловеческой быстротой, зашифрованные каким-то совершенно невообразимым кодом.
Чей-то детекторный луч нащупал Мишеля, словно щекочущий палец. Луч ушел в сторону, потом вернулся и прикипел к Мишелю.
Мишель прыжком вскочил на ноги. Словно в кошмаре детского сна, которых больше у него никогда уже не будет, он бросился бежать. Охваченный слепой паникой, он мчался вперед, забыв на миг о всех своих планах и о возможностях могущественного Ланселота. Прямо перед ним почти плыло в пространстве скопление раскаленных валунов, вырванных из скал взрывами боя в почти неощутимом притяжении Миранды. Паника заставила Мишеля броситься прямо туда, в скопление камня, где он надеялся спрятаться. Оказавшись прямо под огромным, с дом величиной, куском дымящегося шлака, Мишель вдруг обнаружил, что под ногами его вообще нет твердой поверхности. И в отчаянии он, наконец, обратился за активной помощью Ланселота. Вытянув вперед руки, словно ныряльщик, он летел теперь сквозь каменный лабиринт к темному свободному пространству минутного покоя. Он скользил меж тысячетонных масс, чувствуя только легкие прикосновения, словно это были гигантские подушки. Границы полей Ланселота растирали камень в порошок.
И он снова был в свободном пространстве. Впереди манило облако осколков помельче, и он поспешил в укрытие, на предельной скорости. Теперь он — Ланселот был в одиночестве, вражеское радиотарахтение осталось позади. На других волнах он слышал скороговорку человеческих голосов, к нему вот-вот должна прийти помощь, если он сумеет выжит до этого момента.
Эта мысль помогла сознанию Мишеля вырваться из трясины паники окончательно. Он попытался четко спланировать свои действия. Оставаться ли на месте? Или попробовать бежать? Он потерял ориентацию, он не знал, в какой стороне полигон, станция. И он не был уверен, что стоит пытаться добираться до него.
Неподалеку от защитного облака осколков, укрывшего в своих недрах Мишеля, вспыхнул мощный взрыв. Ударная волна газов начала разбрасывать спасительные осколки. Помехи смели человеческую речь на радиоволнах, ее сменил поток кодированной вражеской речи.
Снова защекотал луч локатора. На этот раз Мишель засек источник — тот находился всего в сотне метров от него.
Он немедленно пустился прочь, в противоположном направлении, на максимальной скорости. За спиной его возникла толпа преследователей. Они мчались со скоростью гоночных аэрокаров, размерами напоминая, людей в скафандрах, но очертания у них были не человеческие. Они мчались за Мишелем, подпрыгивая и снова опускаясь к самой почерневшей поверхности. Мишель дал ускорение и враг тотчас же отстал. Но на их сигналы теперь отвечали откуда-то сверху, и спереди.
Он задержал полет, и как мог, прочно установил свои — Ланселота ноги на плоской скале. Фигуры со странными, угловатыми очертаниями, приближались со всех сторон. Мишеля снова сжала ледяная рука слепой паники, но огромным усилием воли он подавил ее, найдя спасение в открывшейся в его сознании двери — это Ланселот вывел его в царство, о существовании которого Мишель раньше лишь подозревал. Что-то подобное произошло в последние миллисекунды спарринг-матча с Франком. Время затвердело в почти неподвижное море застывающей энергии.
И это изменившееся восприятие позволило ему увидеть, как метнулась в его сторону твердая блестящая нечеловеческая рука. Значит, они не собираются его убивать, значит… им нужно что-то другое. Мишель наполнил силой продолжение собственной правой руки и движением, невероятно быстрым и точным, отбросил вражескую руку прочь. Он видел детали хватательного манипулятора — этой стальной «руки» берсеркера, видел, как отлетает она прочь, совершая томительно медленное движение, потом так же медленно начинает движение обратно.
Тем временем еще одна безликая машина прыжком оказалась почти рядом. Мишель, не спеша, повернулся к ней лицом. Какой-то инстинкт заставил его поднять и направить на врага указательные пальцы рук. Вспышка энергии, излившейся с кончиков пальцев, ударила в машину, и та исчезла в облаке испаренного металла, керамики и пластмассы. Но рядом уже стоял новый берсеркер, протягивая к нему лапы. Они двигались почти так же быстро, как он, и они собирались победить.
ЕЩЕ НЕ ПОЗДНО. И снова указующий перст исполнил волю Мишеля. В промежуточном пространстве между его сознанием и тем, что называлось Ланселотом, энергия гнева и страха Мишеля сплавилась с бешеной энергией ядерного синтеза. Еще одна вспышка энергии, разрушающая машину берсеркеров.
Но все новые и новые металлические лапы тянулись, чтобы схватить Мишеля. Вся толпа андроидов была уже рядом. С осторожностью, такой же нечеловеческой, как их сила и скорость, они сжали его руки, ноги, шею. Но каким-то чудом — Мишель сам не успел заметить, как это произошло — Ланселот вырвался на свободу и еще раз вынес Мишеля на орбиту Миранды. Мишель не предполагал даже, что Ланселот способен развивать подобию скорость.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
