И хоть карьер с кварцем был далеко не бездонным, но на эту постройку материала хватит с огромным запасом. Поставить здесь не одно, а пять ядер я решил из-за большой протяжённости фундамента — надо было предусмотреть дублирующие станции подзарядки — адептов будет на порядок больше, чем в форте.
Адепты… Система учёта… Это была моя «гордость». В порыве математического вдохновения я придумал единицу энергии — один накопитель, равный количеству ци у средней руки мастера начала стадии ядра. Стандартный штырь-накопитель сначала заполнялся, а затем вставлялся в ядро Форта. Сидящий рядом старейшина фиксировал силу вспышки и заполнял таблицу, похожую на ту, что была на турнире. Хотелось полностью исключить человеческий фактор и не давать перегрузок — всё-таки, если штырь всегда находился в камне, было лучше. Мечты-мечты… Надо будет дорабатывать систему. Что допустимо в форте, не слишком подойдёт для школы-крепости, где всё будет строиться на этом рейтинге…
Стоило нам вернуться в празднующий лагерь, как сквозь многоголосый шум к нам пробился до боли знакомый голос.
— Э-ге-гей! Дорогу! Расступись!
Из толпы нам навстречу выполз транспорт Хаггарда, «Улитка», а за ним и сам бородач в своём расшитом золотыми нитями камзоле. За ним потянулись рабочие с аккуратными ящиками.
— Опоздал на банкет, зато привёз главное! — Хаггард громко заявил, потирая руки. Он направился к нам, бросая взгляды на Форт. — О, так и веет силой! Вот это я понимаю! Принимай поздравления и подарки! — он остановился передо мной, указывая на ящики, — твои саженцы, с плантации Холлера. Лучшие кусты, какие смогли отыскать и выходить старые мастера. Пахнут, как в твоих ностальгических снах, клянусь! Идеальное место для них — прямо здесь, в артефактном саду «Рассветной Стражи»! Уверен, тут чай ещё ароматнее вырастет!
Он махнул рукой в сторону сада. Оттуда даже на расстоянии веяло удивительным для этих пустошей ароматом — смесью свежевскопанной земли, молодой зелени и цветущих целебных трав. Участок за стенами форта, подпитываемый артефактом роста, уже превращался в зелёный оазис.
— Трору надо отдать должное, — продолжил Хаггард, его голос потерял привычную иронию, стал деловым и даже с оттенком уважения. — Слово своё держит. Как узнал, что плантация — твой каприз, так выделил людей, ресурсы, охрану. Стариков-чаеводов из дальних деревень отыскал, чуть ли не силой притащил, но платит им щедро, — Хаггард хитро подмигнул. — И знаешь что? Поработал я с ним, малой, и скажу тебе так — сделать его регентом — идеальное решение!
Хаггард, о чём-то на мгновение задумавшись, продолжил говорить, так и не дав никому вставить слово в свою тираду.
— Власть, глядишь, какая штука интересная, — заговорил он, обращаясь ко всем, но глядя куда-то вдаль, на синеву гор. — Народ-то наш забыл, откуда ноги растут у всех этих королей да принцев. А ведь изначально всё просто было. Самый сильный адепт в округе — он и был «королём». Не по крови, а по силе кулаков своих да по уму. Люди к нему шли, кланялись: «Вот тебе часть урожая, часть добычи, часть от ремесла. А ты нас защити. От зверей, от нечисти, от соседей таких же сильных». Плата за безопасность. За щит. — Он обернулся, его хитрые глаза блеснули. — Потом кровь замешалась, династии пошли, спесь, ритуалы… Забыли люди, что король — это нанятый сильный мужик, а не божество с небес. И если мужик этот перестаёт щитом быть, начинает только жрать да требовать — то и платить ему не за что. Трор… Он хоть и сволочь местами, но щитом быть умеет. Порядок наводит. Людей кормит. Дороги охраняет. Вот ему и платят — уважением, трудом, а в его землях — и налогами. Он свою работу делает. Калед… — Хаггард махнул рукой в сторону королевства, — перестал быть щитом. А может, и не был им никогда. Таэнис… Попробует стать щитом — выживет. Не получится — ну, значит, не королевская в ней кровь играет, а так, бледная водичка. И я первый буду тем, кто потребует вернуть регента, если срок его работы не продлят. Трор… Он хоть и регент, но по сути — тот самый старый добрый, нанятый деревней сильный мужик. Только деревня теперь — целое королевство.
Ого, сходу и такая тирада… Мощно его, конечно, проняло. Что интересно такого сделал этот Трор? Всё-таки Хаггард не фанатик…
— И тебе привет, бородатый, — хлопнул я его по плечу. — Чем он тебя так впечатлил-то? Или ты речь для толпы репетируешь?
Хаггард фыркнул, поправляя золотую бусину на бороде.
— Впечатлил? Да он меня чуть не посадил в тюрьму за «спекуляцию», мелкий! — Он понизил голос, хотя вокруг царил праздничный шум. — Но, чёрт побери, Керо, этот упрямый баран… он работает. Видел бы ты его в деле! Не спит сутками, лично объезжает голодающие земли, ищет причины, судит воров-чиновников под открытым небом. И знаешь что? Вешает только убийц и разбойников! — Хаггард стукнул себя в грудь. — Воры? На поля! Казнокрады? В каменоломни! На общих работах под охраной его старых ветеранов. Народ сперва в шоке был, а теперь шепчет: «Железный Регент» — и это с уважением, а не со страхом. Порядок без «невосполнимой потери ресурсов» — так он это называет. — Хаггард довольно погладил бороду. — А ещё он… учится. Спрашивает. Пригласил меня, ещё пару старых купцов, консультироваться — как лучше наладить торговлю с Севером, как распределить ресурсы, как можно менять систему налогов. Не просто командует, а старается понять, слушает, вникает. Не ожидал я от него такого.
— А как дела у королевы? — подала голос Мико, беря меня за руку.
— Таэнис? Сперва смотрела на него, как на грязь на башмаке, а теперь… спорят. Горячо! Он — про толк, она — про справедливость. И знаешь что? Баланс находят. Не сразу, но находят, — Хаггард вдруг хитро прищурился, понизив голос до шёпота: — А ещё наш бородатый регент, похоже, не только законы правит, но и чьи-то королевские мысли. Принцесса… Королева, то есть… поглядывает на него, когда думает, что никто не видит. Глазёнки так блестят, когда он жёстко позицию свою озвучивает и настаивает, мол, так для королевства лучше будет! И этот взгляд… Романтика, понимаешь? — Он фыркнул. — Она думает, что скрывает. А я-то всё вижу! Старый Хаггард мимо таких вещей не пройдёт.
— Я надеюсь, ты полностью переключишься на него, Хаггард. Плащи с профилем Железного Регента — звучит, а? — с потаённой надеждой посмотрел на него я.
— Нет, — отмахнулся бородач, — с его профилем фибулу делаем. Плащи — это только для тебя!
Мы рассмеялись и направились к саду. Посадка первых чайных кустов на почву, которую стимулировали артефакты роста, насыщающие землю ци, неожиданно превратилась в ритуал. Рабочие и адепты, оторвавшись от гулянки, смотрели с тихим любопытством. Видели, как я самостоятельно, обычной лопатой копал лунку, как Мико бережно опускала туда саженец, а Хаггард его полил какой-то специальной водой «от чаеведа, чтобы прижилось».
Когда последний куст встал на место, я выпрямился, отряхивая землю с рук. Окинул взглядом сад, форт, толпу, а потом перевёл взгляд на ту далёкую, размеченную площадку.
Лин Чжэн, уловив мой взгляд, шагнул вперёд, его командирский голос резанул воздух:
— Бригады — отдых до рассвета! С восходом — на новую площадку! Мастерам — подготовить чертежи и инструмент! Охранным отрядам — усилить дозоры!
Суета началась мгновенно. Адепты, наблюдавшие за посадкой чайных кустов, разбежались во все стороны. Праздник плавно перетёк в подготовку. Хаггард уже что-то бормотал о логистике, оглядывая каньон. Чоулинь собирал отряд следопытов, провести разведку подступов, а Линфей что-то ему шепнула и быстро ушла.
Вскоре мы с Мико одни остались у чайных кустов. Тишина сада, нарушаемая лишь шелестом листвы и далёким гулом лагеря, была… мирной.
— Школа… — задумчиво произнесла Мико, глядя в сторону разметки. — Только теперь я поняла, что это моя мечта. Учить всех. Быть полезной. Делиться огнём знания, делать жизни людей лучше. Чтобы каждый нашёл свою силу. — Она сжала мою руку. Наши пальцы сплелись, и это было настолько естественно, что я даже не сразу понял. — Ты построишь стены. Я наполню их смыслом.
