только подчиненное, совещательное отношение, то во время безгосударное, и особенно в вопросах об избрании нового царя, он необходимо должен был приобрести решающее значение, как высшее правительственное собрание, представлявшее собой всю Русскую землю, все ее чины, все сословия. И такое значение вскоре действительно приобрела общая земская дума с прекращением династии Владимира Великого на московском престоле. Некоторые известия заставляют предполагать, что уже тотчас по смерти Ивана IV в Москву созван был духовно-светский собор для того, чтобы своим присутствием при царском венчании укрепить на престоле его сына Федора, возбуждавшего сомнения по своему слабоумию со стороны многих знатных людей, которые с завистью смотрели на предстоявшее возвышение царского зятя Бориса Годунова. Первый земский собор, имевший своей прямой задачей избрание нового царя, был созван в феврале 1598 года. Но известно, что этот вопрос был уже заранее решен в Москве в пользу Годунова, и выборные земские люди нужны были ему только для подтверждения и освящения выбора. Поэтому и самые выборы, руководимые преданным Годунову патриархом Иовом и закупленными чиновниками, на деле явились собственно подбором подходящих лиц: из 457 человек собора огромное большинство составили придворные служилые люди и дворяне московские вместе с духовенством; немногие собственно земские представители были набраны между московскими торговыми людьми, а от иных городов было призвано всего несколько человек. Вообще почти все помянутые соборы показывают, что выборы тогда производились вполне по усмотрению правительства и что в XVI веке еще не было выбрано более определенных и постоянных правил для земского представительства[78].
XII
Доходы, войско и церковь в Московской Руси
Прямые подати и сборы. — Косвенные доходы. — Таможенные и другие пошлины. — Бережливость московских государей. — Военная служба. — Вооружение. — Посоха. — Стрельцы. — Наряд. — Походное деление на полки. — Родословные счеты воевод. — Продовольствие войска. — Выносливость и боевые качества. — Недостаток военного искусства. — Церковное управление. — Белое духовенство. — Умножение монастырей. — Известнейшая из новых обителей. — Иноческие уставы. — Добрая и оборотная сторона монашеского быта. — Просвещение лопарей. — Языческие обряды и верования на Севере. — Русская религиозность. — Невежество, суеверия и грубость нравов, обличаемые Стоглавом. — Постановления о школах и другие меры Стоглава. — Иван IV как отражение татарщины
Финансовые средства или доходы Московского государства слагались из податей и налогов, которые, как и везде, распадались на прямые и косвенные. Относительно прямых податей главным предметом обложения служила земля; а раскладка их производилась на основании писцовых книг, которые заключали в себе описание количества и качества земель, их населенности и урожайности. Эти описи известны нам уже с первой половины XV века; время от времени они повторялись и проверялись. Количество земельной подати определялось по числу сох; причем соха служила условной единицей измерения; так, в поместных и вотчинных имениях для хорошей земли она определялась обыкновенно в 800 четвертей (400 десятин), для средней в 1000 и для худой в 1200; в монастырских, дворцовых, черных землях соха заключала в себе меньшее количество четвертей: например, хорошей земли 600, а худой 900 или хорошей 500, а худой 700. К посошной подати приспособлялись налоги подворный и промысловый. Так, в посадах и слободах к сохе приравнивалось известное количество дворов, например лучших 40, средних 80 и молодчих 160; в слободах различались дворы крестьянские и бобыльские, первые были с землей, вторые без земли, так что в сохе считалось 320 крестьянских и 960 бобыльских. Точно так же в промышленных слободах к сохе приравнивались (как в предыдущем периоде) рыболовный ез (закол в реке), солеваренный црен и так далее. Но со времени Грозного в промышленных местах является раскладка «по животам и промыслам», уже независимо от сошной единицы. Собственно поголовная прямая подать в эту эпоху взималась с восточных инородцев, у которых каждый мужчина, способный заниматься промыслом, был обложен меховой или пушной данью. Эта инородческая дань известна под именем «ясака». К прямым податям относились и так называемые оброки. Они устанавливались взамен разных повинностей и сборов; между прочим, кормы наместничьи и волостельские, как известно, при Иване IV были заменены денежными оброками; монастыри за те их земли, которые были освобождены от податей и повинностей, обыкновенно платили небольшой оброк.
Кроме обычных прямых податей были еще постоянные сборы, учрежденные для известных потребностей и целей, каковы: «ямские деньги», собиравшиеся на подмогу общинам, обязанным ямской гоньбой, «полоняничные» — для выкупа пленных у татар, «стрелецкий хлеб» — на содержание стрельцов, частью переложенный потом на деньги, и так далее. Вообще рядом с денежными податями оброки, взимаемые сельскохозяйственными произведениями или натурой (особенно с дворцовых волостей), были тогда очень распространены; они шли на содержание царского двора и войска, излишки от них продавались; причем купцам запрещалось торговать теми же произведениями, пока не распроданы царские запасы. Один иностранец в конце XVI века, именно англичанин Флетчер, говорит, что царская казна от этих излишков выручала до 230 000 рублей ежегодно, но во время Ивана Грозного не более 60 000; так как он был менее расчетлив и бережлив, чем его предшественники. (По показанию другого современного иностранца, Маржерета, в московском Дворцовом приказе всегда в наличности было от 120 000 до 150 000 р.) Далее, годовой итог тягла и прямых податей, поступавших с областей в четыре приказа, именуемых четверти, по показанию того же Флетчера, простирался до 400 000 рублей. В этом числе на Псковскую область приходилось 18 000, на Новгородскую 35 000, Тверскую 8000, Рязанскую 30 000, Муромскую 12 000, Двинскую 8000, Казанскую 18 000, Устюжскую 30 000, Ростовскую 50 000, собственно Московскую 40 000, Сибирскую 20 000, Костромскую 12 000 рублей. Взимание и раскладка податей производились самими земскими общинами посредством выборных окладчиков, задачей которых было наблюдать, чтобы податные тягости ложились возможно равномерно на богатых и бедных, то есть смотря по достатку; для чего и составлялись так называемые «окладные книги».
Косвенные доходы Московского государства состояли из разных налогов и пошлин, число которых с течением времени все более умножалось. Главными из них остались, как и в предыдущий период, торговые пошлины, взимаемые при всяком передвижении, складе и продаже товаров, то есть мыть и тамга, которые приобрели весьма разнообразные формы и очень усложнились, а потому служили большим временем и затруднением для торговли, особенно вследствие всякого рода придирок и вымогательств со стороны их сборщиков или откупщиков; так как эти сборы обыкновенно, по татарскому образцу, отдавались на откуп. Рядом с откупом в данный период водворяется также другой способ взимания таможенных пошлин: посредством выборных от земства людей, которые по данной ими присяге или целованию креста
