Родился и вырос Филипп в Кастилии. Когда инфанту минуло шесть лет, император Карл лично выбрал для него учителей и воспитателей, которые ориентировались на написанный Эразмом Роттердамским трактат «Воспитание христианских принцев». Под руководством наставников у Филиппа развилась любовь к чтению, он собрал обширную библиотеку, насчитывавшую 14000 томов. Среди книг, которые читал Филипп, рядом с многочисленными классическими авторами были Эразм, Дюрер, Коперник, Пико делла Мирандола и многие другие, даже Коран. Филипп сделал большие успехи в латинском языке, но совершенно не преуспел в современных иностранных языках, что, учитывая размеры державы, впоследствии явилось ощутимым недостатком. Немецким Филипп вовсе не владел, по-итальянски и по-французски мог еще кое-как читать. Однажды это даже привело к конфузу: в 1555 г. Филипп принимал от отца Нидерланды и после первых слов вынужден был прервать свою франкоязычную речь, которую пришлось дочитать кардиналу Гранвеллю.
Большие склонности принц питал к точным наукам, прежде всего к математике. С раннего возраста были заметны в нем осторожность и скрытность. Медленная речь его была всегда хорошо обдуманна, а мысли серьезны не по летам. Даже будучи ребенком, он никогда не терял власти над собой. Когда он подрос, проявились многие черты характера, отличавшие Филиппа от отца. Он был равнодушен к рыцарским упражнениям, очень умерен в еде, питал отвращение к шумным забавам, столь обыкновенным в те времена, и не любил роскошь. Он приучил свое лицо неизменно сохранять спокойное величественное выражение и производил сильное действие этой бесстрастной серьезностью. С удивительным самообладанием он умел скрывать чувства, так что выражение его лица всегда было неизменно меланхолично. Впрочем его личные письма открывают обычные человеческие чувства: он относился с большой заботой к своим детям, кротко обходился со своей прислугой, восхищался красотами природы, великолепием старинных дворцов и садов, любил музыку. Он не лишен был даже известного добродушия, но все эти качества его души открывались только перед самыми близкими ему людьми. Перед всем остальным светом Филипп носил маску холодной надменности и высокомерной сдержанности.
Всю свою жизнь король Филипп оставался верен духовным ценностям и политическим целям отца. Он высоко ценил этику, обладал чувством долга и большой религиозностью. Для понимания Филиппа как правителя важно учитывать, что он совершенно серьезно считал себя ответственным перед Богом за спасение душ своих подданных. Филипп видел себя королем Испанского государства, главой дома Габсбургов, а также властителем Нидерландов и императором Священной Римской империи. Высшая его цель состояла в сохранении и приумножении владений дома Габсбургов, защите их от турок, сдерживании Реформации и защите католической церкви в Европе.
Своему единственному наследнику Карл V готовился передать все владения, включая германскую империю. Укрепление политического положения Карл стремился добиться путем выгодных династических браков принца. Первая жена Филиппа, португальская инфанта Мария, прожила недолго: она умерла после того, как произвела на свет наследника. Овдовевший Филипп намеревался из политических расчетов жениться на другой португальской принцессе, но Карл V, нуждавшийся в английских деньгах и солдатах, задумал женить принца на королеве Марии Тюдор, которая была старше его на 12 лет и считалась очень некрасивой. Филипп, как послушный сын, согласился на это без всяких колебаний. Тем влиянием, которое Филипп приобрел на Марию, он пользовался только для своих политических целей, требуя от нее больших жертв, за которые не вознаграждал ее даже внешними знаками внимания. Третья супруга, Елизавета Валуа, напротив, внушала Филиппу сильную симпатию своей молодостью, изящными манерами и скромностью. К несчастью, брак с ней тоже был недолог. Сильным потрясением для королевского семейства стала душевная болезнь сына Филиппа от первого брака, дона Карлоса. Болезненный от рождения наследник с самого раннего детства отличался неуравновешенным нравом и был склонен к бессмысленным и необузданным поступкам, часто идя наперекор воле отца. Его состояние особенно ухудшилось в результате падения с лестницы, после которого доктора всерьез опасались за его жизнь в течение целого месяца. Обострившиеся признаки умопомешательства наследника, который решил бежать в Германию, а оттуда пробираться в Нидерланды, чтобы начать борьбу против отца, заставили Филиппа, запереть его в одной из дальних комнат дворца и держать там в строгом заключении. Вскоре после этого дон Карлос скончался, что спасло Филиппа и Испанию от назревавшего глубокого внутри – и внешнеполитического кризиса.
У современников в Испании не было никаких сомнений в том, что решительные действия Филиппа II были вызваны государственной необходимостью и защитой династических интересов. Одновременно они дали материал для запущенной его противниками политической пропаганды, которая в виде так называемой «legenda negra» («мрачная легенда») прошла по всей Европе. Отзвуки ее послужили основой для таких известных произведений немецкой литературы, как «Дон Карлос» Фридриха Шиллера, «Юность и зрелость короля Генриха IV» Генриха Манна, «Тонио Крюгер» Томаса Манна и др. Через несколько месяцев после принца Карлоса, на 23-м году жизни, умерла Елизавета. Так как у Филиппа не было сыновей, то необходимость иметь наследника заставила его поспешить с вступлением в новый брак. Он женился на приехавшей из Вены красивой эрцгерцогине Анне, которой было только 21 год. От нее родился тот болезненный ребенок, не имевший ни личной воли, ни ума, который впоследствии царствовал под именем Филиппа III.
Имея принципиально те же цели, что и его отец, Филипп II изменил и модернизировал инструменты и методы осуществления своей политики. В 1561 г. Он избрал своей резиденцией Мадрид, вблизи которого по его распоряжению с 1563 по 1586 г. был возведен Эскориал – символический центр его владычества, сочетавший в себе королевскую резиденцию, монастырь и династическую усыпальницу. С переносом двора и центральных органов власти в Мадрид Филипп осуществил для Испании то, что во Франции и Англии уже было завершено. С этого момента Мадрид стал превращаться в испанскую столицу. В отличие от отца, который постоянно переезжал из одной страны в другую и сам участвовал в походах, Филипп все время проводил в кабинете; ему нравилось думать, что, не выходя из комнаты, он правит половиной земного шара. Он любил неограниченную власть еще более страстно, чем его отец, продолжив оформление в Испании абсолютной монархии.
Важнейшими центральными органами власти в период правления Филиппа II стали Советы, которые развивались в Кастилии из Королевского совета со времени Фердинанда и Изабеллы. Часть Советов обладала весьма емкими функциями: Государственный совет – важнейший орган решения внешнеполитических дел; Финансовый совет, ответственный за решение финансовых вопросов; окончательно оформившийся лишь при Филиппе Военный совет. Надрегиональную компетенцию имел созданный еще в 1483 г. Совет Инквизиции, который стал важнейшим центральным органом монархии Филиппа. Другие совещательные органы имели преимущественно региональную компетенцию, например Советы Кастилии, Арагона и заморских территорий. В 1555 г. из Совета Арагона выделился в самостоятельный орган Совет Италии. Совет Португалии (1582) и Совет Нидерландов (1588) Филипп создавал при появлении нового круга задач и соответственно возникновении чрезвычайно актуальных проблем.
Коллегиально организованные совещательные органы обладали административными, законодательными и судебными функциями. Это были органы власти, помогавшие королю находить решения и служившие для обмена мнениями. Сам Филипп крайне редко принимал участие в заседаниях Советов. Как правило, совещательные органы представляли свои варианты решения письменно в форме рекомендаций. Посредником служил ответственный секретарь, также член Совета. С 80-х гг. XVI в. таких секретарей объединили в хунту, которая превратилась в важнейший орган правления при Филиппе. Отдельные хунты, в состав которых входили представители различных ветвей власти, создавались уже в 60-е гг. для организационного решения сложных вопросов.
Стиль правления Филиппа можно определить как авторитарный и бюрократический. У него были фавориты, служители, которыми он очень дорожил, но никогда не делил с ними не только своей верховной власти, но даже своих правительственных забот. Он сам был своим первым министром и до самой старости хотел все видеть своими собственными глазами. О своих правах, как и о своих обязанностях он имел самое высокое понятие и считал себя главным слугой страны. Королевское звание, говорил он, есть должность, и при том самая важная из всех. Отправляясь в Эскориал из Мадрида, король брал с собой массы деловых бумаг. Из некоторых его писем явствует, что он засиживался за бумагами до глубокой ночи, покидая рабочий стол лишь тогда, когда чувствовал крайнюю усталость и изнурение. Трудолюбие его было невероятно: он подробно рассматривал содержание депеш своих посланников, делая многочисленные пометки на полях. Его секретари посылали ему заранее написанные ответы на все доклады, но он пересматривал содержание этих ответов и своими поправками показывал как свою проницательность, так и глубокое понимание каждого дела. Это достоинство имело и обратную сторону, так как король в своей дотошности часто доходил до неважных мелочей, подолгу вникал в каждый вопрос и постоянно отлагал решение срочных дел.
