А с третьего этажа, высунувшись в проем в перилах, через который в коптильню поднимали туши и крупные куски мяса, на них смотрел Франсиско Варгас. Трудно было узнать в этом человеке богатого купца, стоявшего на самых верхних ступенях собора. Сейчас на нем была грязная рубашка, волосы давно не мыты, а глаза покраснели.
- Кого я вижу! Маэсе Вимполе, какая честь! И наш друг Санчо, этот милый мальчик, который осмелился бросить мне вызов, тоже здесь! Какой приятный сюрприз! Да еще и друзей с собой привели.
- Где Клара? - спросил Санчо, изо всех сил стараясь казаться спокойным.
Купец подал кому-то знак, и сверху послышалась приглушенная возня. Потом Санчо услышал, как девушка что-то крикнула, но не смог разобрать слов.
- Отпустите ее, и я дам вам то, о чем вы просили.
- Молодой человек, вы полагаете, что я совсем идиот? Ну что ж, показывайте, что вы для меня украли. Посмотрим, такой ли вы непревзойденный вор, как говорил Закариас.
Санчо спешился, взял мешки с деньгами и сделал несколько шагов вперед - чуть дальше того места, где остались лошади. Здесь лежал огромный точильный камень, о который, как Санчо догадывался, убийцы точили свои смертоносные орудия. Теперь на этот камень Санчо бросил мешки, и от звона монет содрогнулось всё здание - сверху донизу.
- Двадцать тысяч эскудо.
Купец смотрел на него, не веря своим глазам. Когда он оставил Санчо записку, то ни единой минуты не верил, что тот сможет раздобыть такую сумму. Всё, чего он на самом деле хотел - это заставить его страдать, а заодно вытянуть из него столько денег, сколько Санчо может достать.
Молодой человек выхватил шпагу и, отступив назад, проткнул ею оба мешка. Они лопнули, словно перезрелые гранаты, и золото хлынуло наружу.
- Здесь двести сентенов. Украдены с Монетного двора две ночи назад. А теперь верните мне Клару.
Купец стоял, пораженный увиденным. Затем, нахмурившись, покачал головой.
- Ах, ну почему я не встретил вас раньше, чем тот карлик, память которого вы так чтите... Право, жалко губить такой талант. Гроот!
На втором этаже показался фламандец, держа в руках мушкет, направленный на Санчо. Молодой человек, готовый к такому повороту, тут же бросился на землю. Однако в последнюю секунду Гроот передумал и выстрелил в лошадей. Пуля сразила одну из них, остальные в испуге встали на дыбы, сбросив наземь Гильермо и Дрейера. Лишь один комиссар сумел удержаться в седле, но тут же спешился, торопясь укрыться от пуль. Все четверо спрятались у боковой стены, где пули Гроота никак не могли их достать.
- У них больше нет огнестрельного оружия, - заверил Мигель. - В противном случае нас бы давно уже не было в живых. Расстрелять нас сверху - плевое дело.
- В таком случае, чего они хотят? - спросил Санчо.
- Во-первых, отрезать нас от лошадей, а во-вторых, друг от друга. Не сомневаюсь, что их здесь гораздо больше, остальные прячутся наверху, - тихо ответил Дрейер. Выглядел он ужасно.
- Вы с Гильермо оставайтесь здесь. А мы с комиссаром поднимемся наверх.
- Нет, мой мальчик. Они могут прятаться и внизу. Так что мы пойдем вместе, - сказал Мигель.
Сверху послышался ехидный голос Варгаса.
- Старик, калека, идиот и мальчишка! И это всё ваше войско? Ну что ж, достаньте меня, если сможете!
- Скорее, к лестнице! - прошептал Санчо.
Они осторожно поднялись на второй этаж. Деревянная лестница была узкой и скрипела под их шагами. Санчо высунул голову и тут же убрал ее обратно, за мгновение до того, как перила разлетелись от выстрела. Ему в лицо полетели щепки и кусочки штукатурки.
- На той стороне здания есть еще одна лестница, она ведет на третий этаж, - хрипло прошептал Санчо Мигелю.
- Мы должны любой ценой добраться до них. Кстати, сколько их там?
- Не знаю, мне некогда было разглядывать, - с усмешкой ответил Санчо.
Комиссар высунул в отверстие свой крючковатый нос. Вместо цепей и крючьев, какие в изобилии имелись на первом этаже, здесь стояли разделочные столы. Вонь здесь была даже еще сильнее, чем внизу, судя по всему, именно отсюда она и исходила.
- Фламандец в углу, караулит нас со своим мушкетом, - сказал Мигель. Это старый мушкет, не думаю, что он так уж опасен - во всяком случае, если он не выстрелит в упор. Идемте наверх!
Санчо не был в этом так уверен, учитывая причиненные мушкетом разрушения, но выбежал наверх и пригнулся за одним из столов. Выстрела так и не последовало. Вместо этого появился смуглый низкорослый мужчина со шпагой и кинжалом. Он бросился на Санчо, и тому пришлось покинуть свою позицию и скрестить с головорезом шпаги. Шум за спиной подсказал ему, что приближается еще один враг. Повинуясь инстинкту, он отшатнулся в сторону и едва разминулся с направленной ему в бок шпагой. Он не видел нападавшего, поскольку его слепило проникающее через окна в потолке солнце, при этом в тени, как он предполагал, таились враги. Головорез перед ним на мгновение отвлекся, но потом снова начал на него наскакивать, так что Санчо пришлось оголить оборону на фланге.
- Давайте ему поможем! - крикнул Мигель. Остальная часть отряда высунулась из лестничного проема, скрестив шпаги с противниками, которых Санчо не видел. Он спрашивал себя, сколько их может быть, и хватит ли их скудных сил, чтобы склонить чашу весов в свою сторону.
Враг, с которым он бился, был отличным фехтовальщиком. Его стиль был сухим и грубоватым, и Санчо противопоставил этому отточенную технику и хитрость. Громила не обладал таким же чувством стали, как Санчо, и предпочитал кружить вокруг него, прижимая к столу, за которым юноша прятался секунду назад. Он хотел загнать Санчо в угол, а потом пойти в атаку, целясь в ноги, и этот удар будет сложно отразить. Но юноша предвидел этот маневр, и когда его бедра коснулись дерева, сделал две быстрые комбинации и отскочил в сторону. Шпага головореза, направленная ему в ногу, вонзилась в ножку стола и застряла. Только это и нужно было Санчо, чтобы перерезать ему глотку. Бандит рухнул, сжимая в руке шпагу.
За спиной послышалось какое-то движение, и Санчо обернулся с поднятой шпагой. Но тут же опустил ее, увидев, кто это. За ним находились Мигель и Гильермо, попавшие в затруднительное положение с тремя противниками. Англичанин оборонялся, как умел, а комиссару едва удавалось защищать обоих. Из ран на его плече и лбу сочилась кровь, он явно не мог бы сопротивляться слишком долго.
Санчо вскочил на стол, находящийся слева от него, пробежал по нему и спрыгнул за спиной у двоих головорезов. Один обернулся, и как раз вовремя, чтобы острие шпаги Санчо вонзилось ему в брюхо. Другой испугался и смог проскользнуть под столом, а потом побежал к лестнице. Мигель повернулся к Гильермо, который отчаянно отбивался от медлительного толстяка с красным носом. Головорез был явно в подпитии, возможно, лишь это сохранило жизнь англичанину, который несмотря на все усилия с каждым разом отходил всё дальше под натиском противника. К своему неудовольствию, он понял, что в реальной жизни шпага противника предназначена не для того, чтобы стучать по твоей, производя как можно больше шума, а лишь для того, чтобы перерезать глотки.
