в багажнике которой находились десяток немецких автоматов, запасные магазины в подсумках и ящики с патронами. Затем незнакомец развернул на капоте карту и изложил молодым людям задачу.
Мигелю с друзьями отводилась роль резервной группы, которая должна будет вступить в игру в случае, если не удастся освободить генерала Варелу по пути на Пласа-Майор. Если наблюдатель сообщит, что конвой с генералов въехал на площадь, люди Мигеля должны будут ворваться на площадь через въезд с улицы Герона, автоматным огнем уничтожить или распугать гвардейцев, после чего вместе с генералом покинуть площадь через въезд с противоположной стороны.
На первый взгляд, все казалось довольно просто. Утром в день казни Мигель со своими приятелями выдвинулись на площадь Провинсия, вернее, в ту ее часть, где начинается улица Герона, ведущая на Пласа-Майор. У нападавших было две «Испано-Сюиза» Т49, одну из которых вместе с оружием оставил им незнакомец, а вторую, точно такую же, только красную, Мигель позаимствовал из отцовского гаража. Машины эти были оснащены мощными сташестидесятисильными моторами и могли развивать скорость до ста семидесяти семи километров в час. То, что нужно для быстрого налета!
На деле же план посыпался с самого своего начала. Едва только мальчишка, поставленный наблюдателем, замахал руками, сообщая о въезде конвоя на площадь, бойцы Пятой Колонны откинули мягкие крыши на автомобилях и завели моторы. Но моторам требовалось некоторое время, чтобы прогреться и набрать обороты, так что с места машины тронулись отнюдь не сразу.
До въезда на площадь автомобилям нужно было проехать менее пятидесяти метров и, по прикидкам Мигеля этого расстояния должно было хватить, чтобы как следует разогнаться. Но в тот момент, когда головная машина приблизилась к въезду на Пласа-Майор, темный проем арки осветился фарами выезжавшего навстречу грузовика. Не ожидавший такого поворота Себастьян, сидевший за рулем головного автомобиля, рефлекторно надавил на тормоз, чудом избежав столкновения.
Грузовик полностью въехал в арку со стороны площади и остановился. Не глуша мотор, из его кабины выскочил водитель и бегом скрылся в направлении площади. Все произошло настолько быстро, что ребята не успели ничего сделать. А затем что-то делать стало уже поздно.
Откуда именно в открытый кузов машины прилетела граната, Мигель понять не успел. Да он и испугаться-то сперва не успел, а потом, когда глаза ослепли от яркой вспышки, а в ушах забили колокола, ему стало не до испуга. Последовавший за вспышкой удар прикладом в лоб окончательно лишил его чувств...
10 декабря 1936 года. 11:50.
Мадрид, площадь Пласа-Майор.
То, чего так ждали местные жители и Гертруда Шнайдер, наконец, случилось. Въехавший на Пласа-Майор конвой доставил к месту казни Хосе Варелу, мятежника и предателя.
Прибытие конвоя представляло из себя отдельную операцию. Вначале, выгрузив охранявших конвой гвардейцев, грузовики, до ужаса похожие на родные отечественные полуторки, въехали в арки, перекрывая входы на площадь, где и остановились. Выскочившие из кабин водители достали из кузовов деревянные противооткатные клинья, вставили их под задние колеса и только потом присоединились к остальным гвардейцам. Основные маршруты, по которым можно было бы ворваться на площадь на автомобилях, таким образом, оказались перекрыты.
Едва водители покинули свои автомобили, со стороны арки, ведущей на улицу Герона, раздались очень громкие хлопки, безошибочно опознанные Максимом как звуки разрывов светошумовых гранат. Он таких хлопков еще во время полигонных испытаний наслушался.
«Засада удалась, - ухмыльнулся Максим. - А я, честно признаться, сомневался, что кто-то решится устроить налет на площадь... да уж, до Артузова мне еще расти и расти!»
Услышав разрывы гранат, народ на площади немного заволновался. Но, когда на улице Герона все стихло, а из черного фургона с решетками на окнах, наконец, вывели Хосе Варелу, одетого в генеральскую форму без знаков различия, волнение на площади сменилось предвкушающим гулом, заставившим Максима недовольно поморщиться.
Варела, ведомый конвоирами, поднялся по ступеням на эшафот. Гул на площади усилился, Максим же, наоборот, насторожился. Если они с девочками все поняли правильно - сейчас должно что-то произойти!
- Полная готовность, - тихо скомандовал Максим своим спутницам, после чего слегка встряхнул за плечо Шнайдер, не отрывавшую глаз от Варелы. - Грета, соберись! Мы здесь не для того, чтобы на казнь любоваться!
К чести Греты, она моментально оторвала взгляд от Варелы и сориентировалась. Максим осторожно окинул взглядом толпу, выискивая ближайших к нему людей с платками на шеях. Сигнал, переданный через девушек, вернулся назад в виде распоряжения задерживать людей с платками при малейшем подозрении. Товарищ Артузов явно решил подстраховаться.
На эшафот, тем временем, поднялся Энрике Листер, поверх военной формы носивший черную кожаную куртку на молнии.
- Товарищи! Сограждане! - торжественно начал Листер. - Сегодня поистине великий день, день, когда наш враг, повернувший оружие против нашей республики, получит по заслугам! Хосе Энрике Варела Иглесиас не принял стремления нашего народа к равенству и демократии, но все же мы дали ему второй шанс! Мы возвратили его на службу и даже присвоили ему звание бригадного генерала. И как он нам отплатил? А он сперва принял участие в мятеже, а затем и вовсе взял в осаду Мадрид...
Окончить свою речь Листер не успел. Откуда-то из первых рядов раздался хлесткий пистолетный выстрел. Один из гвардейцев, стоявших в оцеплении, выронил винтовку и осел на брусчатку. На его мундире медленно расползалось багровое пятно.
Где-то слева от Максима, откуда, собственно, и раздался выстрел, послышались крики и звуки какой-то возни. Кажется, там кого-то били смертным боем. Гвардейцы немедленно вскинули винтовки, ощетинившись свернувшими на солнце штыками, но огонь не открывали, не понимая, в кого именно
