– А для тебя что-нибудь значит имя Гхази?
– Гхази? – Ричард задумался на минуту. – Нет. А должно?
– Оно означает «огонь». Гхази получил это имя по пророчеству. Если ты тот самый, то должен знать это имя.
– Жаль, но я не знаю его. И не знаю почему, но могу сказать, что я не доверяю пророчествам.
– Мне очень жаль, но в эту землю пришло несчастье. Мерцающие в ночи переживают время страданий. Мы не можем помочь тебе. Тебе следует уйти.
Его собеседник снова начал удаляться, вращаясь, пока уплывал между вздымающимися соснами.
Ричард сделал шаг вперед.
– Ша сказала, что если мне понадобится помощь мерцающих в ночи, они мне помогут! Мне нужна ваша помощь!
Маленькая точка света снова остановилась. У Ричарда возникло четкое ощущение, по тому, как она неподвижно зависла, что мерцающий в ночи что-то обдумывал. Прошла почти минута, и он снова начал медленно вращаться, отбрасывая мерцающие лучи света. Он вернулся назад почти на прежнее место.
Затем мерцающий в ночи произнес имя. Ричард уже много лет не слышал, чтобы это имя произносили вслух.
Кровь застыла у него в жилах.
– Может быть, это имя что-то значит для тебя? – спросил его собеседник.
– Откуда ты знаешь имя моей матери? – прошептал Ричард.
Мерцающий медленно подтянулся еще ближе.
– Много-много лет назад Гхази отправился через границу тьмы, чтобы отыскать ее, чтобы помочь ей, рассказать ей о ее сыне и сообщить еще множество самых разных вещей, которые ей необходимо знать, множество разных вещей, которые потребуется знать ее сыну. Но Гхази так и не вернулся.
Ричард уставился на него широко открытыми глазами.
– А куда деваются мерцающие в ночи днем? Когда вокруг светло?
Его собеседник, представлявший собой не более чем светящийся серебристым светом уголек, медленно повернулся, отбрасывая лучи, скользнувшие по лицу Ричарда.
– Мы отправляемся туда, где темно. Мы не любим находиться на свету.
– А огонь может повредить вам?
Лучи света стали тускнеть.
– Огонь может нас убить.
– Добрые духи… – прошептал Ричард.
Тот, с кем он беседовал, приблизился, его мерцающий свет стал ярче, словно для того, чтобы изучить лицо Ричарда.
– В чем дело?
– А что за пророчество было относительно Гхази? – поинтересовался Ричард.
Медленно вращающийся свет остановился.
– Пророчество касалось смерти Гхази. Оно указывало, что ему предназначено умереть в огне.
Ричард на секунду прикрыл глаза.
– Много лет назад, когда я был еще ребенком, моя мать погибла в огне.
Мерцающий в ночи оставался безмолвным.
– Мне очень жаль, – сказал Ричард тихим голосом, в то время как слова Шоты проносились в его голове, – но я думаю, что Гхази умер в моем доме. Наш дом охватил огонь. После того как моя мать вытащила из огня меня и моего брата, она вернулась туда еще за чем-то… Мы так и не узнали, за чем. Вероятно, она задохнулась в дыму. Больше я не видел ее. Она погибла в пламени.
Думаю, она вернулась туда за Гхази. Думаю, моя мать и Гхази погибли вместе в этом огне, и он не смог завершить свою миссию.
Казалось, мерцающий в ночи пристально наблюдал за ним некоторое время.
– Мне очень жаль, что такое случилось с твоей матерью. И что печаль об этом все еще не покидает тебя.
Ричард растерял все слова и мог только кивать. Мерцающий в ночи вновь начал вращаться, на этот раз быстрее.
– Ричард Сайфер – это то имя, под которым мы знаем тебя. Идем, Ричард Сайфер, и мы расскажем тебе то, что Гхази отправился сообщить твоей матери.
Глава 41
Ричард последовал за искрящейся точкой света в древний лесной массив, в место тишины и покоя. Он еще никогда не видел столь огромных деревьев. И он был поражен странным несоответствием, как такие крошечные существа жили среди таких больших деревьев.
Казалось, он шел долгие часы, хотя Ричард знал, что это кажется ему из-за сильного утомления. Когда они наконец выбрались на просторную поляну, Ричард едва поверил своим глазам. Здесь все было так, как описывала ему Кэлен. Травянистый луг усыпан сотнями искр мерцающих в ночи, скользящих меж высоких стеблей травы и полевых цветов. То звездное поле, что виднелось вверху в разрыве между высокими соснами, казалось безжизненными и мертвыми по сравнению со звездами, сверкавшими в этой траве.
Зрелище было восхитительное, но оно вызвало в сердце Ричарда боль, потому что напомнило ему о Кэлен и о том первом дне, когда он встретил ее и когда она представила его Ша, о том времени, когда она рассказывала ему о мерцающих в ночи. В его мыслях Кэлен и мерцающие в ночи были связаны.
И вот, спустя столько лет, он узнал, что его мать бросилась в горящий дом спасать именно мерцающего в ночи. В том огне погибла не она одна.
А все из-за того, что за тысячи лет до этого некий человек отправился в Храм Ветров и сделал там нечто такое, в результате чего Ричард появился на свет с двумя сторонами дара… с двумя сторонами, которых, по словам сильфиды, он теперь лишен.
Как только Ричард ступил на траву, некоторые из мерцающих в ночи приблизились к нему, заинтересовавшись незнакомцем, оказавшимся среди них. Они вспыхивали то ярче, то слабее, как будто беседовали между собой.
– Как тебя зовут? – спросил Ричард сопровождавшее его крошечное существо.
– Мое имя Тэм.
Ричард наблюдал, как мерцающие в ночи, плавно скользя, приближаются к нему, даже поднимаются на одну с ним высоту, прежде чем уплыть в сторону.
– Наша численность сокращается, – сказал Тэм. – Подобного раньше никогда не случалось. Для нас наступает время тяжелых испытаний. Но причины этого нам неизвестны.
– Отчасти из-за этой причины я и оказался здесь, – сказал ему Ричард. – Я надеюсь получить помощь, и тогда мне, возможно, удастся остановить то, что вызывает пагубу среди мерцающих в ночи. Если же мне не удастся преуспеть в этом, вы в конце концов исчезнете из этого мира.
Тэм некоторое время молча обдумывал услышанное. Остальные, кто слышал слова Ричарда, медленно отплывали в сторону, забиваясь в темные места в гуще травы, словно в поисках укромного тихого местечка, где можно поплакать. Хотя некоторые, наоборот, приблизились.
– Здесь многие знали Гхази, – сказал Тэм. – И скучают по нему. Не можешь ли ты рассказать нам, что он сказал перед тем, как жизнь покинула его? Так, как ты рассказывал о словах, сказанных Ша?
– Весьма сожалею, Тэм, но я вовсе не видел Гхази. Даже не знал, что он приходил повидать мою мать. Должно быть, Гхази и моя мать умерли до того, как у него появился шанс рассказать нам хоть что-то о причинах своего появления там.
Ричард удивился: уж не это ли было причиной пожара?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
