Цитадель была далеко. Ричард точно не знал, где сейчас находится, за исключением того, что где-то на приличном расстоянии к югу от Предела Агаден, в необитаемой, предположительно, области, в самой глубине непроходимой чащи, так что вряд ли удастся раздобыть здесь каких-либо лошадей. Решай проблемы по очереди, одну за одной, напомнил он себе, каждую проблему в отдельности.
Хотя взбираться по крутому каменистому склону, да еще в темноте, было очень трудно, он не мог доставить себе удовольствия остановиться, когда знал, что находится близко к цели. Кроме того, если он хотел повидать этих мерцающих в ночи, то сделать это можно только темной порой, так что не стоит дожидаться утра, чтобы закончить подъем, а затем прождать еще весь следующий день до тех пор, пока вновь стемнеет.
Добравшись наконец до вершины, Ричард внимательно оглядел окрестности, чтобы сориентироваться. За гребнем крутого склона местность выравнивалась, переходя в рощу из редко растущих дубов. Легкий ветерок, овевавший его весь день, стих несколько часов назад, на закате, и стояло полное безветрие. Тишина ощущалась гнетуще, словно повисшая на нем тяжесть. Обычные ночные звуки мелких животных и насекомых, естественные для долин, бесконечным морем раскинувшихся позади него, почему-то совсем затихли, пока он совершал этот долгий подъем.
При свете луны Ричард тут же заметил, что с деревьями что-то не так. Было похоже, что все они мертвые. Толстые приземистые стволы искривлены и покрыты наростами. Кора во многих местах начала отваливаться неровными длинными кусками. Изогнутые и перекошенные ветви выглядели как когти, тянущиеся, чтобы схватить любого, кто отважится проникнуть в это место.
Ричард до сих пор все внимание уделял подъему, но теперь насторожился, обратившись в слух, стараясь уловить хоть какой-то звук в этой жуткой, нагоняющей страх тишине. Он осторожно пробирался под деревьями, стараясь производить как можно меньше шума. Это оказалось трудно, поскольку земля была усыпана сухими сучьями и листьями. Смутно вырисовывавшиеся наверху ветви отбрасывали нелепые тени в лунном свете, а прохладный воздух заставлял поеживаться.
При следующем шаге что-то хрустнуло под его ногой со странным дробным звуком ломающейся кости. За все годы, проведенные в лесах, Ричард никогда не слышал звука, подобного этому.
Он застыл на месте, прислушиваясь и ожидая. Его мысли понеслись ускоряющимся галопом, пока он старался «припомнить» этот звук, пытаясь уяснить его причину. Его старания не дали результата, он так и не смог определить его. Ничего больше не услышав и не заметив ничего движущегося, он осторожно отступил назад, убирая ногу с того, что оказалось им раздавлено.
После визуальной проверки всех направлений и оценки каждой тени он опустился на корточки, чтобы рассмотреть, на что же наступил. Что бы это ни было, оно оказалось прикрыто листьями. Ричард осторожно отгреб сгнившие листья в сторону.
На него уставился наполовину вдавленный в лесной суглинок, потемневший от времени, сломанный человеческий череп. Нога проломила округлую макушку, а неповрежденные пустые глазницы, казалось, смотрели на него.
Внимательно приглядевшись к земле вокруг, Ричард заметил под листьями и другие бугорки. Затем он заметил черепа, не похороненные под лесной подстилкой. Только с того места, где он сидел на корточках, можно было различить добрую полудюжину частично выступающих из листьев и еще большее число выдаваемых округлыми бугорками. Под листвой нашлись и остальные кости, имевшие отношение к тому черепу, на который он наступил.
Ричард медленно поднялся и снова тронулся в путь, внимательно осматривая по дороге землю, толстые искривленные стволы деревьев, а также ветки над головой. Но так никого не увидел и ничего не услышал. Теперь, зная, на что обращать внимание, он замечал черепа в самых разных местах. Дойдя до тридцати, он перестал считать их. Казалось, останки здесь разбросаны, а не собраны грудами, словно люди умирали по отдельности или мелкими группами. За некоторыми исключениями, казалось, это были отдельные люди, каждый из которых умер в своем отдельном месте. Возможно, тела просто приносили в это место и бросали; но как было на самом деле, он не знал. Было несколько исключений, когда черепа лежали совсем близко друг к другу, но он посчитал, что такое могло произойти случайно – просто так вышло, что кто-то упал возле останков другого.
Ричард снова присел, чтобы осмотреть несколько черепов, из которых некоторые лежали на виду, а другие были скрыты под лесной подстилкой. Его первоначальная мысль была о том, что, возможно, здесь место древней битвы, но, насколько он мог судить даже при лунном свете, эти люди умерли никак не в одно и то же время. Место напоминало кладбище, где тела просто кидали на землю, а не хоронили в ней.
Он заметил здесь и кое-что другое: похоже, никакие хищники не побеспокоили мертвых. Будучи лесным проводником, Ричарду доводилось находить в лесу останки. Звери всегда доедали мертвых – и людей, и не людей. Здесь же все выглядело так, будто каждое из этих тел разложилось со временем, и кости остались лежать точно в том положении, в каком оказались, когда человек упал – на бок, либо с распростертыми руками, либо лицом вниз. Ни один не лежал так, как бывает в случае похорон: руки либо четко скрещены на груди, либо вытянуты по бокам. Здесь все выглядели так, будто просто свалились замертво. Но этот факт не казался настолько удивительным, как тот, что ни один труп, похоже, не был потревожен никаким хищником.
Проходя по этой, казалось, бесконечной дубовой роще, Ричард удивлялся, есть ли вообще у нее конец. В безлунную облачную ночь или даже пасмурным днем в этом месте можно было бы запросто заблудиться. Все вокруг выглядело одинаковым. Деревья располагались равномерно со всех сторон, и не было ровным счетом ничего, за исключением звезд и луны, что указывало, в каком он идет направлении.
Когда ему показалось, что он идет уже половину ночи, Ричард ускорил движение через этот лес мертвых. Он был уверен, что следует в том направлении, что указала ему сильфида. Однако сильфида не имела представления, что именно Ричард найдет здесь; она только передала ему указание Бараха, оставленное три тысячи лет назад. Со времен Бараха здешний ландшафт мог сильно измениться. Хотя кости не казались такими старыми. Разумеется, могло быть и так, что в этой дубовой роще лежали и кости тысячелетней давности, к настоящему времени уже рассыпавшиеся бы в пыль.
По мере продвижения окружающие заросли становились все более густыми. Наконец Ричард обнаружил, что углубляется в темный и мрачный лес из громадных сосен, чьи стволы стояли близко друг к другу, а каждый ствол – такой же толстый, как когда-то его домик в лесах Хартленда. Это было все равно что неожиданно очутиться перед стеной взмывающих в самое небо гор. Стволы деревьев, напоминавшие колонны, не имели веток и сучьев до высоты, находящейся за пределами видимости. Но ветки, росшие еще выше, полностью закрывали небо и делали подножье леса темным, запутанным лабиринтом среди толстых стволов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
