сторону. Перед ним лежала красивая женщина лет пятидесяти. Блондинка с шикарной гривой волос. Лицо её было настолько идеально, что любой художник, увидев такое изящество, посчитал бы за счастье перенести изображение женщины на холст.
- Нравлюсь? – смех был похож на звон колокольчика, да и голос совсем не напоминал тот, к которому уже привык. – Да, вот я такая. С детства пользовалась своим умением, когда никто не видел. Только папа и мама знали что я особенная. Папа тоже был таким, умел меняться, только его второй облик так и не узнала.
- Вы не явный оборотень. Смена облика произошла не на дублированном генном уровне. Скорее Вы полиморф, хотя и это сомнительно. Скажите, Тамара, Вы способны принять только два образа? Или больше?
- Увы, – женщина не прекратила улыбаться. – В своей юности читала много фантастики и жутиков, где люди превращались в волков, других животных. Мне тоже хотелось, сбросив одежду, сменить образ на волчий и убежать далеко-далеко в лес, но, увы. Сколько не скулила, выла, пытаясь превратиться в нечто другое, блондинка во мне побеждала. Что, не ожидали?
- Если честно, нет. Скажу честно – Вы симпатичны и в этом и в первоначальном образе. Умная и красивая женщина, покалеченная жизнью. А Вам самой в каком легче жить?
- В этом, Антоша. Когда тупая блондинка, через некоторое время и становлюсь ей. Стихает боль от потери сына. Утихает злоба к невестке. Начинаю даже где-то её понимать, но из этого образа вернуться в первоначальный намного труднее. Самое большой срок, который смогла выдержать без потери собственного Я – неделя. Просто, возвращаясь домой и запирая двери, я возвращала настоящий облик, отдыхая и набираясь сил для следующего дня.
- Спасибо, что поделились со мной секретом, это дорого стоит. – Антон задумался на секунду. – Возвращайте своё истиное лицо и спасибо за разговор. В принципе, у меня вопросов нет.
- Зато у меня есть, - внезапно поднявшись со стула, к кушетке подошла сестра. – Тамара, а почему Вас не обратились к Братству? Знаю, Вы в курсе существования сообщества одарённых людей. Вас не привлекли или сами прятались, скрывая свои способности?
- Милая девочка, - женщина, которая уже вернула себе изначальную внешность, повернула голову. – Я, естественно, знала о Братстве - папа о Вас много рассказывал, советуя, когда станет невмоготу, в случае крайней необходимости попросить помощи и защиты у Вас. Вот он и настал, этот случай... Вас ведь не так много, хотя и делаете то, на что не способны другие. К сожалению, я не обладаю сильным ментальным даром, это раз. Не воин, поэтому не способна не только защитить других, а и себя, это два. И третье – мне с детства папа внушал, что с моими способностями лучше не отсвечивать. Так, кажется, говорит молодёжь? Вот я и следовала данному совету. Вы, как понимаю, пока брат беседовал, хорошо порылись в моих мозгах? Чувствовала, что Вы двое меня сканируете, при этом не сопротивлялась, какой смысл? По крайней мере, я не позволила себе ничего утаить, да и поставленная перед Вами задача, как понимаю, успешно выполнена?
- В принципе, да, хотя перед нами никаких задач не ставилось. – Арина обернулась к следователю, который всё время просидел без движения. – Мы не работаем ни на государство, ни на силовые органы. Сделали одолжение службе безопасности, от которой, знаю, не услышим даже слова благодарности, не то что чего-то более значимого. Такие у нас взаимоотношения, Тамара, с сильными мира сего. Удивлены? Мы живём по тому же принципу, что и Вы – не тронь то самое, запаха не будет и не испачкаемся.
Арина вернулась на место, где сидела до разговора, но тут псо стула поднялся Антон.
- Что касается Вас, Тамара, говорю в присутствии человека, который ведёт Ваше дело. Вы лично не совершили по отношению к государству ничего, что могло быть квалифицировано как предательство Родины. Покушение на убийство? Может было, может нет, доказательством могут служить лишь Ваши слова, на которых обвинение построить нельзя. Это и не признание вовсе, потому что находитесь сейчас под внушением. Да, Тамара, под моим внушением, а говорили то, что мы хотели от Вас услышать. Что касается Ваших взаимоотношений с представителем иностранного государства, то с кем общаться и, простите, с кем спать, это личное дело каждого. Обещаю – завтра будут представлены адвокаты, которые займутся Вашим делом. Оплату за их услуги возьмём на себя. И, пожалуй, основное. Имея полномочия представлять и говорить от лица Братства в целом, с этого момента эта организация берёт Вас под свою защиту как полноправного члена сообщества Одарённых. Уважаемый, - Антон отвернулся от ошарашенной подобными новостями женщины к следователю. – Вы слышали что я сказал и посколько сейчас ведётся видеозапись, прошу внести мои слова в распечатку и итоговый протокол. Что касается самого дела, которое Вы ведёте. Я не дипломированный юрист, хотя законы знаю намного лучше большей части следователей и прокуроров. Это моё хобби, так сказать. Максимум, в чём можете обвинить эту женщину, не в покушении на убийство, а в намерении на покушение, а там срок наказания иной. К тому же, как врач, заявляю со всей отвественность, что все действия обвиняемая совершила в состояния аффекта. Как итог – суд ей вынесет условный срок или поместит на принудительное лечение. Что касается условий прибывания в этом заведении - настоятельно прошу предоставить подследственной нормальные условия в соответствии с законом. Она не умалишённая и психически вполне здорова.
Когда Тамару освободили и довольно грубо толкнули к двери, Арина, догнав женщину, встала перед охранниками.
- Вы, как заметила, даёте волю рукам? – девушка, не глядя, на ощупь нашла ладонь женщины и плотно её сжала в своей. – Не угрожаю, предупреждаю. Любой, кто доставит этой женщине физическую боль, уже вдвойне сам ощутит на своей шкуре. Гарантирую незабываемые впечатления. Свободны.
Арина проводила глазами Тамару и когда дверь закрылась, вернулась к столу и нависла над следователем.
- Что хотели, получили? – Увидев недоумение на лице мужчины, усмехнулась. – Если есть мозги там, где им место, сообразили бы сразу, что с такими людьми, как Тамара, надо дружить. Их надо оберегать от невзгод, создавая все условия для жизни и работы. Она оступилась в жизни, это так, при этом сама и пальцем не пошевелила. Давайте откинем в сторону всё услышанное. Ненавидела невестку? Да. Желала смерти? Снова да. Но где она
