Читаем без скачивания Белые искры снега. Анна Джейн - Анна Джейн

- На счет три, - согласилась я. – У вас была хорошая собака, - обернувшись, сказала я. – Овчарки – умные. Мне они всегда нравились.

И мы прыгнули из окна, прямо в сияющий под луной и звездами декабрьский снег, в который провалились по и полетели дальше, оказавшись в сверкающем безвременном пространстве, среди зеркальных облаков, дыхания ветра и белой убаюкивающей тишины.

Я больше не была в том месте, но знала, что Юлиана скорчилась на полу, рыдая и дрожа всем телом, а полупрозрачная гордая красивая женщина рядом с ней гладила собаку.

Чуть позднее в этом доме появились люди, много людей – молчаливых, серьезных, и все, как один, обладающих магической силой. Сначала прибыли люди из Патруля, затем – из лиги Орла, организации, следящей за магическим порядком. Они пришли наказать Юлиану за преступления. Запрещенные магические артефакты и заклинания, колдовство, направленное на лишение человека воли, и последующий отбор энергии для поддержания жизни в самой ведьме, покушение на саму жизнь людей, и прочие несоблюдения Общего устава грозили ей огромным наказанием, и даже спешно прибывшие люди общества «Черная Роза», к которому некогда принадлежала Юлиана, ничего не могли поделать.

- Мерзкая Фиалка оказалась права, - хохотала ведьма, когда ее уводили из дома. – Права! Я не хочу в Орлиную Нору, не хочу! Дайте мне еще раз увидеть браслет! Дайте!

Но никто ее не слушал.

Я не видела всего этого, но знала, что так все и происходило. Ведь в снах может быть все, что угодно, верно?

А в сказочном лесу то и дело скрипел снег и ухала сова. И звезды были блестящими и далекими. И никакая метель тут не заметала следы двух пар ног.

Снег радостно валил на нас, взвивался над головами, запутывался в волосах и лез в глаза. Метель не успокаивалась, мороз щипал щеки и игриво пробирался под одежду.

Я тряхнула головой, отгоняя от себя странную мысль, что я только что была в другом месте. Привидится же…

- Там огоньки! – вдруг удивленно сказал нахохлившийся от холода Ярослав. - Дом, наверное. Смотри!

- Хочешь туда пойти? – спросила я, приглядевшись – и точно, в лесу огоньки мерцают. На миг мне показалось, что я там уже была.

- Я совсем идиот, что ли? – с усмешкой спросил Яр, поежившись. – Чтобы тащиться непонятно к кому, кто живет в лесу? Нет уж, спасибо. Если хочешь, иди, я с тобой не пойду, - взглянув на меня, заявил он, засовывая руки в карманы и подозрительно глядя на огоньки.

- А что так, трусишка? – прищурилась я. Идти туда я не имела ни малейшего желания, но подразнить ученичка хотелось. – Боишься, да?

Зарецкий с жалостью глянул на меня.

– Понимаешь, есть такая штука, как инстинкт самосохранения, - тоном человека, который открывает большой секрет, сообщил он. – И он у меня неплохо так развит.

- Ты просто боишься! - с коварной улыбочкой объявила я. Мальчику-еноту это заявление не понравилось.

- Только дураки не боятся, - снисходительно заметил он. - Мне моя жизнь дорога. Мало ли кто там жить может? Я иногда, в отличие от тебя, смотрю фильмы и читаю книги. Всем известно – огней в лесу следует опасаться. И вообще бежать от них как можно дальше. Со всех ног и без оглядки. Поняла меня? – тоном великого наставника спросил Ярослав. Видя, что я засмотрелась вдаль, он закатил глаза. – Нет, ты серьезно, что ли, туда хочешь? Анастасия Скудоумовна, глупая ты разговаривающая голова, у тебя все хорошо с мыслительными процессами, хотя кого я спрашиваю?

- Отстань, - отмахнулась я от Зарецкого, пропустив мимо ушей «глупую голову».

- Я и не лезу. И спасать тебя не побегу. Вот же! – выругался он. – А где моя вторая перчатка? Только что же была на мне…

Пока он ворчал, мне почему-то вспомнились огни среди деревьев острова, когда мы с друзьями приезжали на берег реки полюбоваться городом. Тогда и с Женькой все было нормально, он держал меня за руку… А теперь все иначе. Вроде бы и не случилось ничего, но наши так и не начавшиеся отношения дали трещину. Льдина раскололась, и обе ее половинки теперь удаляются в разные стороны. Я в одну, он – в другую. Хотя Женя и звонил мне сегодня зачем-то. Сначала я обрадовалась, а потом…

Вспомнив, как он со мной разговаривал, я рассердилась. Нашелся мне повелитель. «Приходи прямо сейчас»! Ну как же, да, сейчас все брошу, скину все свои обязательства и прибегу на задних лапках.

- Тачка едет! – обрадовано сообщил мне порядком замерзший Яр, который все никак не мог смириться, что его прекрасный новенький телефончик на трассе бесполезен. – Лови!

- Почему я?! – возмутилась я искренне. А к нам, и правда, приближалась машина.

- Ну, ты же девушка, - сказал умник Зарецкий. - Больше вероятности, что мужик за рулем остановится при виде особы в юбке, чем в штанах.

Однако, он оказался не прав, за рулем сидела женщина. Ее машина, которую я не сразу узнала, притормозила рядом с нами. Я решительно открыла переднюю дверь и заглянула в салон. Человека, сидящего за рулем, я встретить здесь и сейчас никак не ожидала, впрочем, этим чувством – неожиданности – был пропитан весь сегодняшний день.

- Вы? – безумно удивилась я, увидев крестную, руки которой лежали на руле. Она смотрела на меня серьезно и даже как-то сердито.

- Я. Садитесь, - велела Матильда. – Ты – рядом со мной. Спутник – сзади, - добавила она, и я устроилась на удобном сидении, кивнув перед этим Зарецкому на заднюю дверь. Тот моментально оказался в салоне.

Порядком замерзшие, мы не верили своему счастью – в машине было тепло и уютно. Декабрьская стужа осталась позади, как и странные огоньки в темном лесу. Страшная сказка закончилась более, чем хорошо.

Ехали мы быстро и молча, только играло негромко радио. Матильда, которая не стала нас ни о чем спрашивать, лишь коротко поинтересовалась адресом Ярослава, и через минут сорок ее автомобиль остановился около одного из подъездов высокого дома-башни, принадлежащего новому жилому комплексу. Где-то в этом районе находилась и школа, в которой учился Зарецкий и проходила практику я.

Яр, поблагодарив Матильду и скупо попрощавшись со мной, вышел из автомобиля и почти сразу скрылся в своем подъезде, ни разу не оглянувшись. Крестная все также молча развернулась и выехала на проспект, по которому, несмотря на время, мчалось туда-сюда множество машин.

- Спасибо, вы очень нам помогли, - несколько несмело начала я, сделав для себя вывод, что, во-первых, Матильда чем-то безумно недовольна, а, во-вторых, она не хотела говорить ни о чем при моем спутнике.

- Не за что, - ровным голосом ответила она. – Я тебя довезу и поговорим, - добавила крестная.

Мы опять поехали по ночным спокойным дорогам. Оживший мобильник запиликал, и я прочитала сообщение от Дана, что к нам в гости пришли ребята и все ждут меня.

До моего дома добрались мы довольно быстро. И только тогда светловолосая женщина в элегантных очках отпустила руль и повернулась ко мне, давая понять, что готова к разговору. Она смерила меня внимательным взглядом голубых холодных глаз.

- Ты в порядке? – спросила она почему-то.

- Да, все хорошо, - отозвалась я и наконец, задала волнующий меня с самого начала вопрос. - Как вы оказались там, на трассе?

- Услышала, что Реутовы поедут следом за тобой, - отозвалась она. – Решила, что будет правильно, если я за ними… прослежу.

- Реутовы? – подняла я бровь. – Но там была только Рита… Или? – Тут до меня запоздало дошло, почему нас высадили из тачки, принадлежащей тете Ире. И как до меня раньше не дошло! – Вот же змея, - недобро произнесла я, сжав кулаки. Злость, как это часто бывало, набросилась на меня внезапно, сжав своим невидимым обручем виски.

- Кто? – полюбопытствовала Матильда.

- Ирина. Жена Тимофея.

- Расскажи мне все по порядку. Почему ты очутилась в этом месте и что произошло. Подробно.

И я рассказала ей все, что с нами произошло. Поведала о том, как я оказалась на вручении стипендиатов фонда «Верис», как вновь встретилась с Тимофеем, как он себя вел, как столкнулась с Ритой и с Ириной, как попалась на удочку своей ушлой чокнутой родственницы. Я рассказывала довольно долго, но четко, со всеми подробностями, упомянув даже Инессу Дейберт и Олесю. Только про Ярослава я почти ничего не говорила, ограничившись словами о том, что он – мой ученик. Матильда внимательно, не перебивая, слушала меня.

- Интересно, - проговорила она задумчиво, пытаясь проанализировать ситуацию. – Настя, никогда более не соглашайся на какие-либо предложения женщины по имени Ирина Реутова.

Мне показалось, что в ее голосе мелькнуло раздражение или даже отвращение.

- Да, я так и сделаю. Просто тогда я была в состоянии легкой паники, не хотела встречаться с отцом, что по глупости согласилась на ее предложение, - вздохнула я, понимая теперь, как ступила. – Еще и ребенка с собой взяла.

- Ребенка? Ах, этого юношу. На ребенка он не тянет, - с полуулыбкой произнесла Матильда. – Признаться честно, я даже решила, что это твоя парень. Что же, тебе повезло, что я услышала их разговор и поехала следом за ними, а потому быстро нашла тебя. Не думаю, что с вами что-то случилось бы, машин на трассе много, но ты должна понимать, что это была демонстрация силы. Тебя пытались поставить в унизительное положение. Показать тебе твое место. Твое бессилие.