В первые часы после убийства Кеннеди, когда в прессе появились фотографии Освальда, вспоминает Герреро, состоялся примечательный разговор между его матерью и тетушкой, Еленой Гарро, – женщины были в панике.
«Я слышал, как мама сказала в трубку: “Это невозможно! Невозможно! Правда, Елена, это невозможно. Ты уверена?.. Я подъеду”». По словам Герреро, его мать велела ему взять семейный автомобиль. “Потом говорит: “Отвезешь меня к Елене”». Герреро сказал, что возразил было, что ему нужно ехать на занятия, но мать ответила: «Это неважно. Мы едем к Елене домой».
И они поехали домой к Елене Гарро, у которой был телевизор, и вместе стали смотреть фоторепортаж из Далласа, в том числе увидели мелькнувшие в новостях первые снимки Освальда, взятого под стражу. Герреро вспоминает, как его мать и Елена Гарро испуганно переглянулись, сообразив, что за несколько недель до этого видели убийцу президента на вечеринке. «“Да-да, это он, точно он!”» – восклицали они в панике. «Его лицо вновь и вновь появлялось на экране, – вспоминает Герреро. – И мама все твердила: “Это он, это он!”»
Франсиско помнит, как спросил вслух: может ли мексиканская полиция обвинить его семью в причастности к делу об убийстве Кеннеди, если станет известно, что они были на той вечеринке вместе с Освальдом. «Господи, да мы же не имеем к этому ни малейшего отношения! Мы всего лишь пошли на вечеринку, где был тот человек. Мы же туда его не отвозили».
Его мать поклялась никогда не рассказывать о том, что видела на вечеринке, вспоминает Франсиско. Она была коммунисткой – то есть политическим противником своей сестры Елены – и умела хранить тайны: в те времена в Мексике заявлять о своих марксистских взглядах было небезопасно. Все остальные, присутствовавшие на той вечеринке, тоже решили помалкивать, говорит Франсиско. «Все поняли, что это был он [Освальд], – сказал Франсиско. – Но никто не хотел об этом заговаривать. Я думаю, от страха. Я сам испугался».
Эта тема стала запретной, сказал он. «Никто больше не упоминал об этом».
По словам Франсиско, единственный, кто все же проговорился представителям власти о той вечеринке и об Освальде, это его тетушка Елена: она беседовала с кем-то в посольстве США – «не знаю, с кем именно» – в первый же день после покушения либо на следующий день. Ее отвез туда его дядя, Альбано Гарро, брат Елены, теперь его уже нет в живых. Франсиско вспоминает, что дядя был сердит, потому что Елена, собиравшаяся лишь на пятнадцать минут заглянуть в американское посольство, провела там почти четыре часа. Он слышал, как мать говорила, что после этого Елене Гарро «несколько раз» звонили из посольства вроде бы «по важному делу».
В архивах ЦРУ или мексиканского правительства не обнаружено убедительных доказательств того, что Сильвия Дюран была чьей-то шпионкой, хотя в 1963 и 1964 годах такие подозрения высказывались многими. Сегодня Дюран, как и прежде, настаивает, что не встречалась с Освальдом за пределами кубинского консульства. Но если Дюран все эти годы говорила правду, тогда выходит, что множество людей лгали, в том числе ее родственники и даже бывшие близкие друзья, один из которых до сих пор жив. «И зачем им врать спустя полвека?» – думаю я.
Я считаю, что людям, которых я, готовя эту книгу, отыскал в Мексике, можно верить, хотя бы потому что никто из них не пытался, в отличие от многих других в США и других странах, якобы мельком видевших Освальда, нажиться на том, что им известно об убийце президента. Они не писали «разоблачительных» книг, не пытались продать свои истории разным СМИ. То же относится к родным и близким Чарльза Томаса. Его вдова Синтия и другие члены его семьи десятки лет отказывались говорить с журналистами и прочими сторонними лицами о том, что случилось с этим достойным человеком, чья блестящая карьера, а затем и вся жизнь закончились так трагически по причинам, которые им до конца были неясны. Для меня большая честь, что все эти люди взяли на себя риск побеседовать со мной, не попросив ничего взамен, кроме обещания выяснить, правда ли то, что много лет назад рассказала Елена Гарро Чарльзу Томасу: что Сильвия Дюран пригласила Ли Харви Освальда на вечеринку с танцами, где также присутствовали кубинские дипломаты и шпионы, а также мексиканские сторонники правительства Кастро, и что некоторые гости открыто высказывали надежду, что кто-нибудь убьет президента Джона Кеннеди – хотя бы в знак поддержки революционной Кубы, которую Кеннеди мечтал сокрушить.
– Факт остается фактом: мы видели Освальда на той вечеринке, – говорит сегодня Франсиско Герреро Гарро. – Мы встретились и говорили с тем, кто потом пошел и убил президента Соединенных Штатов.
Вашингтон, округ КолумбияСентябрь 2013 года
Фото
Борт номер один, только что прилетевший из Далласа, на авиабазе Эндрюс, штат Мэриленд, 22 ноября 1963 г.
John F. Kennedy Presidential Library and Museum, Boston
Линдон Джонсон не послушал агентов Секретной службы, советовавших ему вылететь из Далласа сразу же, как только он взойдет на Борт номер один. Вместо этого самолет оставался на аэродроме лишние 35 минут – Джонсон дожидался, когда прибудет Жаклин Кеннеди и доставят гроб с телом ее мужа. Миссис Кеннеди поднялась на борт вскоре после того, как гроб с телом покойного погрузили в самолет. Затем Джонсон был официально приведен к присяге – в присутствии миссис Кеннеди, все еще в окровавленной одежде, и Леди Берд Джонсон.
Cecil Stoughton/John F. Kennedy
Presidential Library and Museum, Boston
LBJ Library photo by Cecil Stoughton
Председатель Верховного суда Эрл Уоррен и его жена Нина на следующий день после покушения. Снимок сделан возле Белого дома, когда они вместе с другими членами Верховного суда ходили к гробу президента, помещенному в Восточном зале. 24 ноября, в воскресенье, Уоррен, стоя рядом с миссис Кеннеди и ее дочерью Кэролайн, прочел панегирик Кеннеди в ротонде Капитолия США, где был выставлен гроб.
Art Rickerby/Time Life Pictures/Getty Images
AP Photo
Генеральный прокурор США Роберт Кеннеди терпеть не мог президента Джонсона, но согласился остаться в его правительстве. Эти двое высокопоставленных лиц, запечатленные на снимке, сделанном в Белом доме в октябре 1964 года, были освобождены от дачи показаний перед комиссией Уоррена.
LBJ Library photo by Yoichi Okamoto
6 декабря 1963 г. Роберт Кеннеди и его жена Этель покидают новый дом Жаклин Кеннеди в Джорджтауне, после того как помогли ей переехать.
AFP/Getty Images
Супруги Кеннеди на яхте береговой охраны Manitou в заливе Наррангасетт, снимок сделан 8 сентября 1962 г. В руках у миссис Кеннеди – биографическая книга Уильяма Манчестера «Портрет президента» о ее муже, и, как можно заметить, она курит.
Robert Knudsen. White House Photographs. John F. Kennedy Presidential Library and Museum, Boston
Хотя Кеннеди требовал Даллеса после провала операции в заливе Свиней в 1961 году, он сохранял дружеские отношения с Даллесом, как явствует из этого снимка, сделанного 27 сентября 1961 г., когда был объявлен преемник Даллеса (слева) на посту главы ЦРУ – промышленный магнат из Калифорнии Джон Маккоун (справа).
Robert Knudsen. White House Photographs. John F. Kennedy Library and Museum, Boston
Даллас, 25 октября 1963 г. Постоянного представителя США в ООН Эдлая Стивенсона (в центре) обступили полицейские, после того как на демонстрации одна из активисток, выступавших с антиооновскими лозунгами, ударила его по голове плакатом. Это происшествие, случившееся за месяц до покушения на Кеннеди, показывает, с какой враждебностью порой встречали заезжих политиков в консервативном Далласе.
AP Photo/Carl E. Linde
Утром в день покушения Кеннеди сказал своей жене, что они едут «в страну дураков», увидев в The Dallas Morning News объявление в черной рамке под заголовком: «Добро пожаловать, мистер Кеннеди». В этом объявлении администрацию Кеннеди обвиняли в «потворстве коммунистам, их попутчикам и крайним левым в Америке». На улицах появились листовки «Разыскивается за измену» с фотографиями Кеннеди в профиль и анфас, как фотографируют преступников.
Похоже, президент применяет «метод Джонсона» к своему наставнику в политике – сенатору от штата Джорджия Ричарду Расселу. Снимок сделан в Белом доме 12 декабря 1963 г., через три недели после убийства Джона Кеннеди.
