на шлемах Бурова и Трипольского включились как только они приблизились к телу псевдоамериканца. На всякий случай Буров скомандовал Ординатору, чтобы тот был готов делать серии мнемокадров по мысленному сигналу. Мало ли что может случиться с техникой при осмотре «человека» Макленнора…
УЗИ подтвердило, что поток протоволн угодил в левую часть грудной клетки. Трипольский аккуратно надавил пинцетом в эту область, и кожа расползлась трухой. Порушенные молекулярные связи ещё держатся какое-то время, но хоть сколько-нибудь серьёзного стороннего воздействия не выносят. Первые испытания протоволн проводились на титане, и даже этот металл после атаки нового человеческого оружия становился настолько хрупким, что пятимиллиметровую пластину пополам ломала лаборантка.
Трипольский прямо видел перед собой, как могли бы быть устроены суставы «человека». Сам бы он непременно прибёг к старой как мир гидравлике, только иного принципа, замкнутую на систему вен, что в человеческом теле выполняла кровеносную функцию. Он ждал, что внутри брюшной полости будет нечто невообразимое, удивительное по простоте и функциональности, достойное гения Алана Макленнора. А о содержимом грудной клетки он даже думать себе не позволял…
Воздушные замки начали рушится ещё при беглом осмотре кожных покровов — эпидермис имел поры. А полный осмотр и вовсе выявил абсолютное внешнее повторение: даже пупок был, равно как и гениталии. Мистер Макленнор зачем-то копировал такие детали человеческого тела, и это немало обескураживало. Зачем идеальному андроиду половой член? Зачем пупок, он ведь никогда не питался в утробе матери? Разве что это всё мимикрия в целях безопасности…
Но вскоре под недоумёнными взглядами предстали внутренние органы. От человеческих их отличал разве что сталисто-сизый цвет, который придавала им голубая кровь. Никаких агрегатов, узлов и микросхем. Никакой тонкой машинерии. Банально, склизко и зловонно. Это был человек с иной биохимией, не идеальный робот.
По убеждённости Трипольского прошла трещина — Макленнор попросту не мог создать это. Фарадей, кажется, даже слышал этот треск. Как же так?! Мистер Макленнор никогда глубоко не интересовался бионикой! Никогда не пытался даже в очевидных вещах подражать природе, а тут такое… Мало того, что его дитя выглядело человеком, оно в сущности им являлось! Да и с помощью чего он создал бы его тут, на Ясной?!.
Ложная мысль командира, что «человек»-то вовсе не Макленнора, оказалась пророческой… Холодный пот потёк по спине, действия Трипольского становились дёргаными, руки тряслись всё сильней, будто вступив в резонанс со звоном спутанных мыслей.
Нет, этого быть не может. Немало фактов, прямых и косвенных, говорили, что Бёрд создан именно хитрым британским учёным, никем иным. Нужно просто успокоится, дышать глубже, чтобы ничего не повредить по неосторожности. Ему, Алексею Трипольскому, ведь ещё работать с этим телом на Земле. Если, конечно, мистер Макленнор не заинтересует его чем-то куда более важным здесь…
Озвучив в голове последнюю мысль, Трипольский покосился на Бурова, словно тот мог каким-то образом расслышать.
Истукан недоумевал, и, судя по виду, почище его самого. Он наверняка задавался этим же вопросом: как, с помощью каких инструментов и технологий создал Бёрда Макленнор? Сотворить полное подобие человеческого организма — это ж не овечку клонировать! Но Бурову всё же было проще. Он был уверен, что учёный «прыгнул» сюда в составе американской экспедиции, а значит, оборудование теоретически имел. В представлении Трипольского же всё было совсем не так…
— Вызовем транспорт, — прогудел Буров не глядя. — Белотелых, их оружие, этого перечеловека — всё нужно по контейнерам, и в Новосибирск. Забавно, но господин Бёрд добился-таки своего: на Землю он всё же попадёт… Правда, по частям.
— Нужен формалин… — растеряно пробормотал Фарадей, и не предполагавший, что произнесёт эту фразу. — Органы надо вынуть.
Едва Трипольский прикоснулся к грудной клетке, как ткани тела в повреждённом протоволной участке начали рушиться. На Земле был шанс извлечь пользу от поражённых тканей, частично их восстановив. В некоторых лабораториях имелись габаритные прототипы, вроде бы даже успешно испытанные — где-то в Бонне, при университете, говорят, удачно возвратили крепость кристаллической решётке алмаза…
Когда дело дошло до головы, они переглянулись — напряжение и растерянность читались на лицах обоих. Фреза пошла медленно с самого начала. А когда на трети пути понадобилось заменить насадку, стало ясно, что кость у «человека» несравнимо крепче настоящей человеческой.
Трипольскому то и дело казалось, что Майкл вот-вот раскроет глаза и уставится на него ненавидяще и с укором. Особенно после всего, что они увидели внутри него.
Когда он отнял фрезу и отступил, а получившаяся «крышка» черепа отпала, Буров громко и нескладно выругался.
— Я был прав… я не ошибся! Не ошибся! — от дикой радости стеклопластик шлема Трипольского забрызгало слюной. — Это он! Он, чёрт меня подери!
Фарадей указывал в сине-фиолетовый мозг, напоминавший человеческий разве что формой. Полупрозрачная вытянутая полусфера позволяла видеть множество всполохов по тысячам замкнутых, на первый взгляд хаотично расположенных колец, образованных тонкими — не толще волоса — двойными контурами, закрученными спиралью.
Именно его видел на чертежах Трипольский! Это был тот самый квантовый мозг! Идеальное вместилище для идеального же, а не опосредованного искусственного интеллекта! И он жил! Всё ещё функционировал, несмотря на гибель носителя! Фарадей не был бы сам собой, если бы тут же не бросился разглядывать находку на предмет подводов охлаждения и питания. Для удобства он упал на колени прямо у изголовья стола.
— Это он? Мозг с чертежей?
Тяжёлый бас Бурова с трудом пробился в ликующий разум. Истукану пришлось повторить, чтобы добиться хоть какой-то реакции. Тот кивнул поначалу, но потом понял, что из-за объёмистого шлема Буров этого не увидел.
— Да…
Это значило, что его теория верна. К чёрту сомнения — верна! Да, тело Бёрда оказалось и близко не таким, каким изначально представлялось, но никто бы не поместил ему в черепную коробку квантовое чудо, устройство которого даже он, Алексей Трипольский, не понимал до конца! Алан Макленнор действительно здесь, на Ясной! И вернее всего в том виде, в каком ещё не был ни один человек до него! Майкл одним своим существованием это доказывал!
Если на всё вскрытие ушёл почти час, то на одну только подготовку к выемке мозга потребовалось не меньше двух. Нельзя было просто взять да и отделить его, как ту печень. Хотя бы потому, что…
— Как он охлаждается? — склонился Буров.
В оксфордских чертежах всё — поэзия. Структура квантового мозга была гениальна, несомненно, но говорить, что она же была и проста не приходилось. Хотя бы потому, что даже он, Алексей Трипольский, не смог разобраться в двух наиважнейших моментах, а именно — как и за счёт чего происходило питание
