Всё происходило слишком быстро. В городе вокруг них было полно орков, и Феликс был уверен, что Катя водит их за нос.
— Интересно, эта лестница тоже ведёт прямо к лаве? — угрюмо произнёс Готрек, и, несмотря на жару, по спине Феликса пробежал холодок.
Лестница привела их в подземный зал, пол которого покрывали причудливые узоры. И не нужно было быть магом, чтобы догадаться, что они были колдовскими. Ах, как он хотел, чтобы Макс Шрейбер или даже эльф Теклис были сейчас рядом, уж они бы смогли рассказать, что это за узоры. Хотя, вспомнив обо всех окружавших его гномах, насчёт эльфа Феликс передумал.
В подземном зале было не только ужасно жарко, но ещё и очень душно. Путешественники моментально взмокли, по лицам ручьями струился пот. Ощущения были, как будто они оказались на противне гигантской печи. Феликс глянул в сторону Кати, её лицо буквально светилось ликованием. «Наверное радуется, что до сокровищ её отца уже рукой подать,» — подумал Феликс, — «Хотя может быть дело не в этом.»
— Будьте осторожней, — предупредила девушка, — не наступайте на эти линии.
— Почему это? — требовательно спросил Готрек, — Боишься, что это принесёт нам несчастье?
— Нет. Эти линии являются частью защитного заклинания.
— И откуда ты это знаешь? — задал вопрос Феликс, но Катя сделал вид, что не услышала его.
Она уже продвигалась к двери, видневшейся в дальней стороне зала, аккуратно ступая по дорожке, очерченной причудливыми линиями. Дорожка петляла по напольному узору как в настоящем лабиринте, но, в конце концов, Катя без происшествий добралась до своей цели. Гномы сразу же последовали за ней. Готрек пожал плечами и тоже стал пересекать комнату. Феликс же внимательно наблюдал за происходящим. Что-то было не так, но он никак не мог определить что именно. Наконец он заметил, что руны на лезвии топора Готрека светились. Феликс дотронулся до своего эльфийского амулета. Он был горячим, слишком горячим, даже учитывая жару подземного зала. Может быть, Катя была права, и эти линии действительно были частью колдовской защиты.
Феликс сомневался, что это открытие может что-либо изменить. Лица гномов светились золотой лихорадкой, Катя же излучала какой-то странный восторг. Готрек, уже успевший преодолеть лабиринт линий, водил руками по рунам, окружавшим массивную дверь. Одна из плит, на которых были нанесены руны, поддалась, и тяжёлая дверь медленно и бесшумно отползла в сторону, открыв за собой ещё один зал.
Все как один гномы издали радостный вопль и бросились вперёд, не обратив ни малейшего внимания на возгласы Феликса, просившего дождаться его. Даже со своего места он видел в новом зале отблески сверкающего золота и какое-то непонятное свечение. Феликс бросился вдогонку за гномами, торопливо продвигаясь по дорожкам нанесённого на полу лабиринта.
Открывшийся зал оказался меньше, чем предыдущий, и в нём действительно было золото. Горы золота громоздились прямо на каменном полу, здесь были и странные квадратные монеты с дыркой посередине, и диковинные драконьи маски, и сундуки, доверху забитые золотыми и серебряными монетами явно человеческого происхождения, и выглядевшими более-менее современно. На мгновение Феликса, как и всех гномов, охватила золотая лихорадка. Гномы уже отбросили все сомнения, они уже были богаче, чем им виделось в их самых смелых жадных мечтах. В этом зале находилось громадное богатство, но не оно привлекло внимание Феликса.
В дальнем конце зала был большой бассейн с кипящей и пузырящейся лавой. Узкий мостик вёл к центру бассейна, где на маленькой площадке располагался небольшой каменный столб, испещрённый диковинными рунами. На верхушке столба лежал огромный самоцвет, светившийся изнутри кроваво-красным цветом. Камень был изумительно красив, и даже не очень опытный в делах оценки драгоценностей Феликс понимал, что это была самая дорогая вещь в зале.
Определённо, Катя считала точно также, потому что она, не обратив внимания на горы золота, в которых уже радостно копошились гномы, сразу же устремилась к самоцвету. Только Готрек и Феликс следили за ней, остальные же были слишком заняты, копаясь в грудах золота и вопя от счастья. Алчное возбуждение охватило и Феликса, но он был настороже. За время своих приключений он побывал во многих сокровищницах, и никогда они не доставались охотникам за драгоценностями так легко. Наверняка, и здесь тоже должен быть какой-нибудь страж.
Опасения Феликса подтвердились. Как только Катя ступила на мостик, лава внизу вспучилась и начала подниматься. Температура и без того жаркого воздуха резко повысилась. Лава начала вытекать из бассейна, и, пренебрегая всеми законами мироздания, она текла, вздыбливаясь вверх, и формируя массивную человекообразную фигуру, цвета раскалённого камня с прожилками тёмного огня и как минимум в полтора раза превышавшую рост обычного человека. Когда фигура начала издавать какие-то звуки, создалось впечатление лопающихся пузырей в лавовом озере. Можно было различить слова:
— Я — страж этого места, смертные. Убирайтесь прочь, иначе навлечёте гибель на себя и на этот остров. Огненное сердце горы не для вас. Предостерегаю, что Древние поставили меня здесь охранять плоды своих трудов. И я не подведу их!
Мгновение Катя стояла неподвижно, а потом посмотрела на Готрека:
— Вот противник достойный твоего топора.
— Действительно, — ответил ей Готрек.
Создание из лавы взревело и сделало шаг из бассейна. Пол трещал и вспучивался, где ступали его ноги. В воздухе сильно запахло серой. Гномы спешно набивали свои заплечные мешки драгоценностями, разрываясь между жадностью и страхом. Страх победил, так как лавовое существо продолжало приближаться. От него пыхало жаром как из открытой доменной печи. Готрек облизал пересохшие губы и решительно направился ему навстречу.
— Что это за тварь? — прокричал Феликс, на ходу подбирая с пола пригоршни диковинных древних монет, какое-то золотое ожерелье и тут же распихивая всё по карманам своей туники.
— Огненный дух, заключённый в тело из расплавленного камня, — ответила ему Катя, — но не бойся, за то время, что он находится здесь, он сильно ослаб.
— Теперь я узнаю тебя, колдунья, — проревел огненный дух, приближаясь к девушке, — у тебя ничего не получилось в прошлый раз, не получится и в этот. Я всё ещё достаточно силён, чтобы уничтожить всех вас.
— Это мы ещё посмотрим, — бросаясь в бой, рявкнул Готрек.
Слова огненного чудовища на мгновение заставили Феликса задуматься. Его не оставляло ощущение, что они совершают ужасную ошибку. Что имел в виду дух, когда сказал, что Катя уже бывала здесь? Она ведь не могла быть здесь раньше. И почему он назвал её колдуньей? Жуткое подозрение закралось в голову Феликса.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
