еще не женился и вовсю гулял по клубам. Лок еще не встретил чокнутую Алисию Кантер, пил, почти не просыхая, и устраивал со сводным братцем гонки на центральном шоссе. Теперь Виттория, когда-то работавшая в соседнем отделе, стреляет в него пулями из храмового серебра, а мерзавка-волчица и вовсе одевает наручники. Неудивительно, что голос расшалился… хотя что там. Он уже давно шалил не по-детски, просто Лоуренс боялся себе в этом признаться. Зеленые таблетки, еще с полгода назад помогавшие ему забыться (иногда и без алкоголя), почти не действовали.
В коробочке из молочно-белого пластика лежало пять капсул, таких же молочно-белых, как упаковка. В каждой из них содержалась щепотка порошка, за употребление которого можно было отхватить здоровенного леща от Ордена, не говоря уж о распространении. Думать о том, где темный эльф, продававший Лоуренсу эти капсулы, добывает такое, не хотелось. В составе порошка – кровь светлых эльфов, от которой штырит вампиров, и сильнодействующий седативный препарат, изготовляемый в подпольных лабораториях для темных существ. Когда он принял эту гадость в первый раз, то пережил сорок минут ада, сказать о которых «плохой трип» было бы все равно что вспомнить о нежном поцелуе любимой женщины, но со второго раза стало легче. Темный эльф предупредил, что порошок вызывает привыкание, пусть и не так быстро, как в случае с вампирами и эльфийской кровью. Симптомов отвыкания Лоуренс пока что не чувствовал. Наверное, потому что принимал дурь не так уж и часто, максимум раз в месяц. Действовала она хорошо. Мысли будто улетучивались, оставляя приятную пустоту в голове, и он засыпал, как ребенок.
Вошедший на кухню Пират сверлил хозяина недовольным взглядом.
– Не смотри так, мужик. Мне будет плохо без этой штуки.
Кот подошел к своей миске и демонстративно сел рядом. Лоуренс достал одну из капсул, проглотил ее и запил очередным глотком виски. Пират отреагировал на это гневным мяуканьем.
– Да-да. Поздний ужин. Не ори так, соседей разбудишь.
Животное пару раз ударило лапой по пустой жестяной миске. Первые боги ведают, когда и как Пират успел обучиться этому трюку. Иногда он гремел миской в пять часов утра и не успокаивался до тех пор, пока злобный встрепанный хозяин не спускался на кухню.
– Не хочу вас обидеть, мистер, и уж точно ни на что не намекаю, но я забыл, как выглядит ваша талия.
Кот фыркнул. Лоуренс вынул из холодильника упаковку с консервами, снял жестяную крышку и выложил содержимое в миску. Пират еще пару секунд глядел на него, будто высматривая первые признаки наркотического прихода, а потом приступил к еде. Ел он, как ни странно, очень интеллигентно, не чавкая. И всегда вылизывал миску дочиста.
Лоуренс выпрямился, потерев спину, и выбросил пустую банку в мусорное ведро. Он моргнул, изучая расплывающиеся очертания предметов мебели, и блаженно улыбнулся. Голос умолкал, уступая место целительной тишине. Ради этого момента можно вытерпеть все, что угодно. И какая разница, что утром все вернется на круги своя? Он счастлив. Он родился заново, но без гребаного дара, который испоганил ему жизнь. Сейчас он может все. Он круче любого обращенного. Круче карателя. Он гребаный король обоих миров!
– Эй, слышишь, Лиэна? – крикнул Лоуренс, раскинув руки. – Я свободен! Эта штука надо мной больше не властна! Что бы ты сказала на это, а? Ты бы не посмела вертеть мной так, чертова стерва! Если бы я был…
Звук, донесшийся до его ушей, был смутно знакомым, но очень странным. Тихое «дон-дон» долго добиралось до сознания Лоуренса, а потом вонзилось ему в барабанные перепонки миллионом крохотных иголок. Дверной звонок. Кто сюда заявился, да еще в такой час? А который, собственно, час? Он посмотрел на циферблат спортивных часов и поморщился – исходивший от него свет показался слишком ярким. Одиннадцать вечера. Не так уж и поздно, если разобраться. Может, это заблудившаяся шлюшка? Ее обязательно нужно пригреть.
Путь от кухни до входной двери дался Лоуренсу нелегко. Да что там – выход из кухни он сосредоточенно искал минуты три, раз за разом тыкаясь носом в стену. Под ногами путался Пират: ради ночного визита он оторвался от еды и нетерпеливо сопел в ожидании встречи с ночным гостем. Кот любил встречать гостей, а если они задерживались дольше чем на пятнадцать минут и садились на диван, то он считал своим долгом устроиться у них на коленях.
– Да какого хрена, отвали, – возмутился Лоуренс. Он споткнулся о Пирата и чудом удержался на ногах. – Хочешь, чтобы я упал и разбил голову? Кто тебя тогда будет кормить?
Оба знали, что падение хозяину дома вреда не причинит, равно как и удар головой. Он встанет, обработает ссадину антисептиком и продолжит заниматься своими делами. Максимум отправится в приемный покой госпиталя имени Люси Тревер для того, чтобы один из тамошних врачей заштопал ему рану на черепушке. А поэтому Пират продолжил вертеться вокруг с утроенным усилием.
В гостиной Лоуренс споткнулся о кота еще раз, но до двери добрался. К счастью, он оставил в замке ключ: в противном случае пришлось бы шарить повсюду, и до утра он бы не справился. Невидимый гость нажал на кнопку звонка еще раз, и Лоуренсу показалось, будто у него в голове устроили теракт.
– Добрый вечер.
Стоявшую на пороге девицу он видел впервые. Или нет? Сказать было сложно, потому что Лоуренс ее не очень хорошо видел. А если точнее, то не видел вовсе. Мозг не желал соединять черты ее лица в единое целое. Проклятые белые капсулы.
– Сэр? – позвала девица. Она подалась вперед и потрепала Лоуренса по плечу. – С вами все в порядке?
– А вы, собственно, кто?
Собрав волю в кулак, он сфокусировал взгляд на девице и понял сразу несколько вещей. Во-первых, они уже встречались, и при не самых приятных обстоятельствах. Во-вторых, она была вампиршей. Совсем молоденькой, вряд ли разменяла первый полтинник. В-третьих, она из полиции. В-четвертых, он видел ее много раз и до той знаменательной встречи в квартире Донны Паркс.
– Терри Нур? На полном серьезе? Дочь Филиппа Хобарта?..
Проклятый мозг отчаянно сопротивлялся, не желая работать. Мозгу хотелось подремать. Он уже наполовину уснул и планировал продолжать в том же духе.
– Для вас – офицер Нур, – прохладно уточнила девица.
– Что вы вообще в полиции делаете? – Лоуренс выдержал паузу. – А что вы делаете у меня дома в одиннадцать ночи? И откуда вы знаете, где я
